Мимолетная страсть - Лесия Корнуолл

Изабель споткнулась. Скандал. Крах. Позор.

— О, святые небеса, я вас шокировала! — ахнула Марианна.

Изабель ледяными пальцами смяла воротник и так туго стянула шаль вокруг горла, что едва не задохнулась. Она отпустила шаль.

Онория обязательно услышит где-нибудь о леди в розовом, она обожает сплетни. Свекровь непременно спросит ее, видела ли она эту женщину. А что, если Чарлз вспомнит про ее костюм?

— Давайте присядем, — попросила Изабель и рухнула на ближайшую скамью, не дожидаясь согласия Марианны. Сердце под безвкусным серым платьем колотилось как сумасшедшее.

Утки моментально собрались у ее ног, ковыляли, переваливались, подслушивали. Они быстро научились избегать той части пруда, где играли Джейми и Робби.

— Вообще-то я очень тревожусь за брата, — сказала Марианна, усаживаясь рядом.

— Правда? — спросила Изабель, чувствуя, как к ледяному ужасу примешивается любопытство.

— Дед хочет, чтобы он в этом году женился. Видите ли, ему уже тридцать два, и я полностью согласна, что уже пора, но дед выбрал для него дочь герцога Уэлфорда, леди Амелию.

В сердце Изабель вспыхнула ревность. Она даже не знала эту леди Амелию, но уже ненавидела дочь герцога Уэлфорда, с которой Блэквуд разделит жизнь. Изабель уставилась на свои руки, обтянутые перчатками, и попыталась усмирить черные чувства, полыхавшие в сердце.

Это нелепо. Сама она выйти за него не может и не может допустить, чтобы они и дальше занимались любовью в темных уголках во время балов-маскарадов. Изабель уже решила, что впредь будет отклонять все приглашения на костюмированные балы и избегать даже невинных разговоров с Блэквудом.

В особенности на его свадьбе.

— Заметьте, я хочу, чтобы он выбрал себе невесту, — продолжала тем временем Марианна, — но надеюсь, что это будет не леди Амелия. Она вовсе не та девушка, из которой получится хорошая жена.

Изабель заставила себя разжать кулаки, стиснутые до боли.

— Почему дочь Уэлфорда не подходит ему?

Марианна фыркнула:

— Да кисейная барышня вроде Амелии наскучит ему через неделю! Он начнет искать развлечений в других местах, с кем-нибудь вроде той леди в розовом, и будет таким же несчастным, как сейчас. Ему нужна женщина с характером, чтобы подчинить его себе и удержать под каблуком.

— И кто же это может быть? — спросила Изабель, сильно выпрямив спину и собравшись с духом, чтоб услышать имя, но никак на него не отреагировать.

Но Марианна ее удивила, и позвоночник снова превратился в желе.

— А вот тут мне нужна ваша помощь. Может быть, вы знаете подходящую даму? Вы осторожно, но внимательно наблюдаете за людьми на каждом приеме и должны знать леди, которая…

Потрясенная Изабель вскочила на ноги.

— О, Марианна, не просите меня об этом! — выкрикнула она, чувствуя, что натянутые нервы вот-вот лопнут. Осторожная и наблюдательная, вот как? А что бы Марианна сказала, знай она правду?

— Но почему, Изабель, что в этом такого? — спросила Марианна, ошеломленная вспышкой подруги не меньше, чем она сама.

Изабель с ужасом увидела, как внезапно глаза подруги понимающе распахнулись, а ладонь взлетела ко рту.

— О! О, конечно, я поняла!

Желудок Изабель перевернулся.

— Поняли?

Она ждала, что Марианна вспомнит, как сильно леди в розовом походила на нее. Снова сев, Изабель пыталась придумать хоть какое-нибудь оправдание, причину для такого поведения, убедительную ложь. Ей казалось, что она уже много недель подряд только и делает, что врет.

Но Марианна похлопала ее по руке.

— Ну конечно. Вы очень сильно любили своего мужа, правда? Я хочу сказать — наверняка любили, ведь вы так долго скорбите о нем…

Это предположение так поразило Изабель, что она снова вскочила.

— Нет! — воскликнула она. Слово вырвалось само. — Нет, Марианна, вы очень ошибаетесь. Я не любила Роберта Мейтленда, впрочем, как и он меня!

Она бы не перенесла, если бы подруга думала, будто она могла любить такого занудного и полного ненависти человека, как Роберт.

— Не любили? — В глазах Марианны смешались жалость и потрясение.

Изабель поняла, что сказала лишнего. Она прикусила язык так сильно, что ощутила железную горечь крови, и уставилась на уток, все еще завороженно глядевших на них.

— Пожалуйста, не просите меня предлагать невест для Блэквуда. Я не могу.

Сердце мучительно сжалось, но она снова нацепила на себя маску доброжелательной безучастности, пытаясь успокоить разбушевавшиеся чувства.

— Ну конечно же, нет! Не могу даже вообразить, какого ужасного мнения вы о браке, раз ваш собственный оказался настолько несчастливым, — сказала Марианна.

Она тоже встала и положила руку на плечо Изабель. Это успокаивающее прикосновение и жалость, за ним скрывавшаяся, показались очень неприятными.

— Вы не думали о том, чтобы снова выйти замуж? — спросила Марианна. — На этот раз по любви?

Изабель проглотила горький комок, вставший в горле.

— Я больше никогда не смогу выйти замуж.

— Почему? — удивилась Марианна. — Многие вдовы находят себе вторых мужей. Не все мужчины настолько плохи. Уэстлейк, к примеру, просто чудесный муж. Вы молодая и привлекательная, я уверена, если вы снимете траур, то получите предложений больше, чем сможете сосчитать.

Изабель стиснула зубы, чтобы не выдать своего отчаяния, застывшего в груди. Ноги ее дрожали от усилия казаться спокойной, а по ложбинке между грудями катилась струйка пота.

Марианна придвинулась к ней ближе.

— А вы не думали завести любовника?

Челюсть Изабель отвалилась. Марианна хихикнула.

— В этом нет ничего шокирующего, Изабель! Многие леди это делают, знаете ли. Кого-нибудь осмотрительного.

Взгляд Марианны сделался пронзительным, она постукивала себя пальцем по подбородку, разглядывая джентльменов в парке. Изабель никак не могла выдавить из себя ни слова возражения — свинцовый комок напрочь забил горло. Ей не нужен другой любовник. Ей нужен…

— Блэквуд! — Глаза Марианны засияли, широко улыбаясь, она повернулась к Изабель.

Изабель с изумлением захлопнула рот. Марианна засмеялась.

— О, Изабель, я опять вас шокировала! Я не имела в виду выбрать вам в любовники его, хотя слухи утверждают, что в постели он весьма искушен. Я хотела сказать, что он наверняка знает кого-нибудь. Финеас проводит много времени, рыская в тенях полусвета, а Адам говорит, что он знает в Лондоне всех.

Изабель прижала руку к виску, где начинала пульсировать боль.

— Марианна, если Онория узнает, что мы с вами просто вели подобный разговор, вы даже представить себе не можете, что она сделает — что она может сделать! — взмолилась она и бросила отчаянный взгляд на Робина, промокшего и счастливого.