Конфетка для отпрыска - АрмИя Бога

— Слушаю! Есть новости? — во мне словно закипает что-то.

— Есть Богдан, но пока не по твоему отцу. Мы нашли первого красавчика. Хорошо его твоя девочка отделала! — в голосе Платова даже улавливались нотки восхищения.

— Где он? — готов уже сорваться.

— Не торопись, Райский! Он пока под наблюдением, как только возьмем его, ты узнаешь первым, обещаю!

— Спасибо, я в долгу не останусь!

— Знаю, до связи.

Внутри все переворачивается в предвкушении расплаты. Этот урод заплатит за каждую слезу Ириски! Они все заплатят за все! И последним будет мой папаша! Вишенка на моем торте мести, которую я годами ношу в себе. И сейчас, я не упущу этот момент, воспользуюсь им и глазом не моргну!

Возвращаюсь в дом. Ира сидит все также за столом и поднимает на меня вопросительный взгляд.

— Что-то случилось? — испуганно спрашивает.

— Нет, это по работе звонили, все нормально, — стараюсь говорить спокойно.

— Богдан! — подходит ко мне ближе, заглядывая в глаза, — А кем ты работаешь?

И тут мое сердце ухает куда-то. Я не ожидаю такого вопроса и не знаю, что ей ответить. Боюсь сказать ей правду.

— Только ответь мне правду, — словно читая мои мысли, снова просит.

И тут снова вибрирует телефон.

Глава 26

После того, что между нами произошло, я чувствую себя по другому. Находясь рядом с Богданом, за эти два дня, я практически и не вспоминала о том, что со мной случилось. Ну только если не считать моего подробного рассказа, из-за которого он сорвался и уехал. Но он вернулся и вернулся ко мне.

Я ни в коем случае не жалею о том, что Богдан стал моим первым мужчиной. Мало того, я счастлива, потому что только с ним я чувствую себя спокойно и хорошо. Только рядом с ним мое тело реагирует так, что хочется выть во всеуслышание. И я признаю, что бы про него не говорили, какие бы слухи не ходили о его персоне, я влюбилась. Так наивно, в какой-то степени по-детски, но влюбилась в этого зверя, найдя в нем защиту от страшного и несправедливого мира. И совершенно его не боюсь.

Мы вместе готовим завтрак и по-большей части молчим. Но это понятное для обоих молчание. Богдан, в принципе, не многословен.

У него звонит телефон и он выходит из дома, чтобы я ничего не слышала. Он явно напряжен и мне это не особо нравится. Я не хочу, чтобы после того, что со мной произошло, у Богдана были проблемы.

— Что-то случилось? — интересуюсь, когда он возвращается.

На его лице отчетливое напряжение и он готов прямо сейчас куда-то сорваться.

— Нет, это по работе звонили, все нормально, — отвечает, но я почему-то не верю.

И тут я понимаю, что ничего о нем не знаю. Вообще. Решаюсь спросить хотя бы об этом.

— Богдан! — подхожу к нему ближе, — А кем ты работаешь?

Его глаза становятся темнее ночи, что всегда выдает его, когда он злится или нервничает. Я это давно заметила. Но не успевает Богдан ответить, как снова раздается звонок.

— Слушаю! — произносит он в трубку, не сводя с меня глаз, — Я выезжаю!

Понимаю все без слов. Он практически всегда так срывается и уезжает, оставляя все без объяснений. А сейчас он снова оставит меня одну, не считая нужным сказать куда и зачем едет.

— Мне пора ехать, сладкая, — подходит и прижимает к себе, целуя в макушку, — Никуда не выходи из дома. Я скоро вернусь.

— Я теперь тут пленница? — уточняю.

Он отстраняется и строго смотрит.

— Нет, конечно! Просто тут ты в безопасности.

— Что это значит? Мне что-то угрожает? — страх сковывает тело.

Если Богдан так считает, то значит так оно и есть. И эта мысль глубоко въедается в мой мозг.

— Ира, послушай! Все будет хорошо, только слушай меня, ладно? Просто не выходи никуда из дома. Я очень скоро вернусь.

Молча киваю. А что мне остается? У меня нет никакого выбора, кроме как ждать. А чего именно, пока не понятно.

Богдан уходит и я закрываю дверь на замок.

Внимание! Дальше присутствуют сцены жестокости и насилия! Готовы увидеть Богдана во всей красе?

Генри нашли очень быстро. Платов свое слово держит. Да и сложностей особо не возникло, ведь теперь его лицо выглядит практически как визитная карточка.

Его взяли возле дома, когда он по собственному желанию выписался из больницы. Лучше бы он там и оставался. Хотя для меня и это не проблема. Эту тварь я бы из-под земли достал.

— Приезжай на старое место. Он будет там, — говорит Платов, — Только вытяни сначала из него хоть какую-нибудь информацию по отцу.

— Я выезжаю!

Я никогда не интересовался окружением своего папаши. Да мне это и не нужно было, пока это не коснулось лично меня. Сначала похищение Катюши, потом убийство Валеры и Лены, а на десерт — издевательства и избиение той, от которой схожу с ума. Не все Райские одинаковые. Иногда и от осинки вырастают апельсинки. Но моя месть станет вишенкой на торте или последним гвоздем в крышку ваших гробов. За боль, причиненную моим близким, я не моргнув глазом, убью любого.

Еду к старому заброшенному заводу на окраине города. Раньше, когда он был действующим, там плавили металлы. Но уже давно, он не работает по прямому назначению. Теперь это лишь брошенное здание, в котором ночуют бомжи и ширяются наркоманы. А еще это прекрасное место для казни и одна из них произойдет очень скоро.

Платов, а точнее его люди, всегда подчищает за мной и другими, кто выполняет заказы, поэтому вопросов ни у кого и никогда не возникает.

Паркую машину за заводом, чтобы не видно было с дороги. Снимаю номера и кидаю их на заднее сиденье. Вижу, как из железных дверей здания выходит Сокол