Спаси меня от одиночества - Аля Драгам

В руках Ники болтается рюкзачок, с которым она ходит в вуз, и бумажный пакет.

Отталкиваюсь от тачки и раскидываю руки, приглашая в свои объятия.

Ника хохочет и, разбежавшись, влетает в мои руки, которые тут же прижимают её к себе, как невероятную драгоценность. Впрочем, почему «как»?

— Доброе утро, — касаюсь её губ в лёгком поцелуе. — Неожиданно.

Она смущается так, как умеет она одна.

— Ммм, — старается выпутаться, но я держу крепко.

— Но мне нравится.

Провожу носом по её виску и прикрываю глаза от удовольствия.

— На самом деле я не собиралась. Мы поспорили, — освободив одну руку, машет в сторону дома за своей спиной.

Подняв глаза, вижу в окне довольную физиономию Вики. Показываю ей большой палец и подмигиваю. Её сестра с каждым днём мне нравится всё больше и больше. Ведь даже наша встреча была спровоцирована ей.

— Значит, ради спора, — шутливо обижаюсь и закатываю глаза. — Я-то думал…

Выпускаю добычу и галантно открываю салон, помогая устроиться удобнее. Забираю рюкзак и пакет, спрашивая, что в нём.

— Там… эээ…

Но я, не дожидаясь разрешения, лезу в пакет сам и вижу… налистники?!

— Это мне? — уточняю и после Никиного смущённого «да» цепляю один, отправляя в рот. — Обожаю.

Любимое блюдо детства. Такие делала мама, когда я учился в школе. И начинка из сладкого творога.

— Ника, ты чудо, — прожевав, отправляю второй следом.

С сожалением убираю пакет, потому что время поджимает, а жевать за рулём я не люблю.

— Тебе правда нравится? — Бельчонок с видимым удовольствием наблюдает за моей довольной физиономией.

— Не то слово!

И это «не то слово» повторяется сегодня несколько раз, но уже Никой.

Я же получаю неподдельный кайф от её открытых эмоций. Сначала на мосту через Кольский залив, где Ника прыгает и снимает всё, что кажется ей хотя бы немного симпатичным. Тут же отправляет фотографии своим подругам и показывает мне их реакции в виде смайлов.

Я не всматриваюсь в экран, но каждую звёздочку в глазах Бельчонка сохраняю в личную коллекцию.

Когда её нос становится розовым, а красивые кадры заканчиваются, возвращаемся в машину и выезжаем за пределы города.

Памятники, которые есть в списке Ники, мы ещё успеем посмотреть. А вот в другом месте нас уже действительно ждут.

В ВК есть несколько визуалов к главе.

Есть предположения, куда Антон повёз Нику?

Глава 38. Ника.

[Трек к главе — Монокини «Называй меня ветер»]

Деревянно-металлические остовы парусно-моторных лодок выглядят скелетами сказочных морских чудовищ, на которых действуют море и время.

Антон, скрестив на груди руки, слушает гида, с которым мы встретились, проехав почти час по пустынной дороге. Я же с широко раскрытыми глазами впитываю в себя мощь и энергетику этого места.

Кладбище заброшенных кораблей — так называется первый пункт экскурсии-сюрприза, устроенного для меня Полянским.

Пальцы дрожат, когда делаю первые фотографии. Кадры получаются невероятные!

Само место держит в напряжении и не отпускает. И название, и разрушенные суда, и стихия, и природа… Всё это будто ожившие герои какого-то фильма ужасов.

Красиво. Но красота эта мрачная.

Она притягивает, не отпускает, заставляет волноваться и усиливает сердцебиение.

Гид говорит и говорит. Его рассказ касается рыболовного промысла Териберки. А меня тянет дальше.

Безумно хочется подойти ближе и хотя бы одним пальчиком прикоснуться к навечно уснувшим здесь легендам.

Как привязанная, следую за внутренним зовом. Присаживаюсь у самой кромки воды и тянусь рукой. Мне не хватает нескольких сантиметров. А вот камень, на котором я опрометчиво устроилась, оказывается очень коварным.

Поросший мхом, он словно пытается скинуть меня с себя, как инородное тело в этом застывшем месте.

— Ника! — и вместо ледяной воды я оказываюсь в крепких и надёжных объятиях Антона.

Сердце подскакивает к горлу, но уже не от атмосферы места, а от близости и тепла невероятного мужчины.

Мужчины, который умеет удивлять.

Мужчины, который примагничивает.

Мужчины, в которого…

В которого я, кажется, влюбилась.

Так быстро и так непонятно, но из сурового парня, испугавшего меня, он превратился в того, кто не покидает мысли ни на минуту.

— Вообще мы не разрешаем подходить близко, но для Антона Сергеевича…

Эту фразу гид повторяет уже второй раз. Первый был, когда мне захотелось остановиться в тундре и ощутить её всем существом. Не из окна автомобиля, а понюхать, потрогать, попробовать на вкус.

— Вот сюда, — нам показывают дорогу и я, наконец, могу приложить ладонь к отполированному дождями и снегами, морскими волнами и ветрами, вросшему в землю боку.

Этот корабль отлично сохранился на фоне многих скелетов, доживающих свой век под слоем травы, водорослей и воды.

— Невероятно, — шепчу. — Это магия.

Ладонь покалывает от переизбытка ощущений.

— Настоящая магия впереди.

— Будет ещё что-то?

— Увидишь…

Ох.

Не сдержавшись, поворачиваюсь и встаю на носочки, но никак не могу достать до щеки Антона. Он с улыбкой смотрит за моими попытками, а потом сам наклоняется и целует. Только не в щёку.

Глубоко, настойчиво. Жадно.

В животе начинает щекотать. Руки немеют, а пальчики на ногах сами собой поджимаются, когда к губам подключается язык.

— Мы… не… одни…

Выталкиваю в промежутках.

— Он ушёл, Ника, — Антон шепчет, прижимая к себе и позволяя услышать, как гулко бьётся его сердце.

— Всё равно. Неудобно.

Я не привыкла к такому. Блин! Да я вообще не привыкла к отношениям, когда можно не стесняться. Полянский уверен в себе и том, что ему можно многое. А я…

С Иваном всё было совершенно не так. Совершенно!

— Если хочешь, сделай ещё фотографии. Я пока покурю.

Антон отстраняется, забирая своё тепло. Плечи осыпает мурашками, но я быстро переключаюсь. Мне и правда хочется ещё насладиться этой странной атмосферой. Правда, сколько бы новых фоток я не сделала, перед глазами так и стоит наш поцелуй.

Обойдя все точки, которые доступны, возвращаюсь к машине. Мужчины негромко переговариваются в ожидании.

— Всё, — довольно сжимаю смартфон, память которого пополнилась моими новыми впечатлениями.

Жаль, что здесь нет связи, чтобы сразу скинуть отчёт девчонкам. Они ждут.

— Не проголодалась? — Антон заботливо пристёгивает ремень мне, потом себе.

Экскурсовод в это время