Все, что мне нужно - Э. Сальвадор

— Помни, у нас есть местоположение друг друга, — говорит Кара.

Я киваю, вспоминая, что с начала занятий мы решили поделиться друг с другом своим местоположением на случай чрезвычайной ситуации.

— Они много говорят…

Мне не нужно объяснять, чтобы они поняли, о чем я говорю.

— И ничего хорошего обо мне.

— Конечно, это не так, и это никогда не будет хорошо.

Кара усмехается.

— Она уже чувствует себя дерьмово. Нет нужды так говорить.

— Зачем делать вид, будто мы не видели того, что было сказано? Эти hijos de puta, pinches pendejos, cabrones9… блин, они заставили меня ругаться по-испански, — ворчит Дейзи.

— Эти идиоты чувствуют себя оборонительно и думают, что имеют право так думать, потому что все они живут в иллюзии, что знают ТиДжея. Я знаю, что это больно, и ненавижу, что тебе больно. Если бы могла, я бы дала пощечину каждому, кто говорит всякую ерунду.

На моих губах появляется улыбка, потому что я бы не позволила ей сделать именно это.

— Я не могу этого сделать, но могу сказать вам, что мы все знаем правду. Мы все знаем, что ТиДжей — отец, и я знаю, что это не то, что вы хотите услышать, но они так похожи.

Дейзи никогда не перестает быть честной.

— Эти люди ничего не знают ни о тебе, ни о ТиДжее, и несмотря на то, что они это знают, они будут продолжать нести всякую ерунду, потому что чувствуют право на свое мнение. Особенно, когда речь идет не о них, а если бы роли поменялись местами, это была бы другая история.

Кара сухо усмехается.

— Разве это не правда?

— Никто из этих людей не знает, и они не узнают, если ТиДжей не решит пройти тест.

Челюсть Дейзи дергается, а нос раздувается.

Я сказала девочкам, что не собираюсь упрашивать его пройти тест. После того, что он сказал мне в пятницу, я устала. Я не могу снова пережить то, через что прошла с родителями. Это было утомительно, и последнее, что мне нужно, — это впасть в яму депрессии, как я сделала два года назад.

Так что этого не произойдет. Если Феникс когда-нибудь спросит, я скажу ему правду, но до тех пор не собираюсь поднимать этот вопрос.

— Независимо от испытания, тебе не нужно никому доказывать. Пожалуйста, не поддавайся этим негативным комментариям, — сочувственно добавляет Кара, потирая мою спину. — Ты зашла слишком далеко, чтобы позволить этому сбить тебя с толку. Ты крутая мамаша, родившая ребенка. Ты не только учишься в университете, но и работаешь, и у тебя есть свой бизнес.

— Меня бы здесь не было, если бы не вы, девочки.

Я улыбаюсь им обеим, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза.

Я всегда буду благодарна своим лучшим подругам, а также родителям Дейзи за помощь. Если бы не они, я бы не была там, где нахожусь сейчас.

— Мы ничего не сделали, а только слегка подтолкнули тебя. Ты сделала все сама, и мы не можем еще больше этим гордиться.

Кара улыбается мне.

— Но я серьезно не знаю, что бы я делала без…

— Ладно, ладно, — перебивает меня Дейзи, вероятно, чувствуя себя неловко.

Она ласкова, но только в определенной степени. Она не плакса и не обнимашка. Последний раз я видела, как она плакала, когда родился Феникс, и даже тогда она пыталась это отыграть.

— Теперь, когда мы с этим разобрались, я просто хочу знать, кто начал это дерьмо.

Я вздыхаю, ковыряя краску, застрявшую под ногтем. Я думала, кто мог бы что-то сказать, но никто не приходит на ум. Единственные люди, которые знают, это девочки и ТиДжей. Сначала мои мысли обратились к ТиДжею — я не могу поверить, что говорю это — но я не верю, что это был он.

Я пожимаю плечами.

— Кто знает, но я не думаю, что это был ТиДжей. Его друзья вели себя точно так же, когда мы увидели их в субботу.

Конечно, если бы это было так, они бы что-нибудь сказали. Они были повсюду в «Ликвид», но ни разу не сказали хоть слова о ребенке. Хотя они сказали несколько вещей, которые меня расстроили. Это была причина, по которой я с самого начала пошла в туалет.

Ребята намекнули, что ТиДжей ревнует.

Если бы они только знали, что он больше не хочет меня видеть. Я им об этом не говорила, но ясно дала понять, что меня это не волнует.

— И он написал мне, — говорю я.

— Что?

— Когда?

— Что он сказал?

— Не так давно, — отвечаю.

Я разблокирую телефон и жалею, что не вышла из Инстаграма, потому что они видят фотографию Алексии и ТиДжея.

— Я видела ее комментарий к одному из постов, в котором говорилось обо мне…

Я рассказываю им, что произошло и что заставило меня перейти на ее страницу.

— Тебе лучше надеяться, что я ее не увижу.

— Она того не стоит, Дейзи. Она действительно знает ТиДжея. Они близки, — тяжело сглатываю, но комок в горле остается. — Во всяком случае, вот что он написал.

Я выхожу из Инстаграма и открываю его сообщения.

Никто: Нам нужно поговорить.

Никто: Это не шутка. Нам нужно поговорить.

Никто: Хватит меня игнорировать.

Никто: Я просто хочу поговорить.

— Чем ты планируешь заняться? — спрашивает Кара, кладя телефон передо мной.

— Я не хочу с ним разговаривать. Уверена, он захочет, чтобы я признала, что это я начала и лгала.

На лице Дейзи появляется коварная ухмылка.

— Тебе следует встретиться с ним, и пока ты его отвлекаешь, я прорежу ему шины, — говорит она, вытаскивая карманный нож.

Я фыркаю, нажимая пальцем на кончик лезвия.

— Нет, ты не собираешься этого делать.

Кара смотрит на меня так, будто это я говорю об иррациональных действиях.

— Он водит G-Wagon. Я уверена, что он может позволить себе новые шины.

— Нет, — невозмутимо говорю я.

Мой взгляд падает на телефон, когда он загорается. На моем экране появляются три сообщения от Сейнта.

Сейнт: «Midnight Brew» в 4?

Сейнт: Давай, не оставляй меня в подвешенном состоянии.

Сейнт: Кофе и все, что пожелаешь, я возьму с собой.

Он и еще несколько человек написали мне ранее, но я не смогла заставить себя ответить. Особенно Сейнту. Он был со мной добр, но с ТиДжеем он все еще дружит.

— Не могу поверить, что ты все еще разговариваешь с ним, — Дейзи морщит нос.

— Он очень милый.

Я перечитываю его сообщения, размышляя, хочу ли с ним встретиться.

— Ты бы знала, если бы дала ему