Любовь по соглашению - Мая Таль

— Анна, — Андрей подбегает ко мне и берет за руку. — как ты? Я извёлся за этот месяц. Почему ты не хотела меня видеть?

— Андрей, — я вытащила свою руку из его и указала ему на кресло. — я хотела обо всем хорошо подумать. И сейчас, когда я все помню, хочу расставить все точки.

— Я только этого и ждал, Анна. Раз ты все вспомнила, значит ты помнишь то, что я предлагал тебе перед аварией? Ты согласна?

— Да, помню. Мы не поедем с тобой.

Андрей был будто удивлён моему отказу.

— Но… почему, Анна? Это Давид? Он пугает тебя тем, что заберёт Машу?

— Дело не в этом.

— А в чем тогда?

— В моем желании, Андрей. Я слишком долго была ведомой. Теперь я хочу сама строить свою жизнь.

Я была настроена решительно. Впервые в жизни я знала, что делаю.

— Анна, подумай ещё раз, прошу тебя..

— Андрей, я..

— Анна! Послушай. Что он может дать вам, кроме денег? Я дам вам спокойствие, семью. Маша будет ходить в садик, в школу. Я все для вас подготовил. Он не даст тебе спокойной жизни.

— Я не делаю выбор между вами, дело не в том, кто из вас что нам даст. Просто мне больше ничего ни от кого не нужно.

— Я не могу поверить тебе. Ты выбрала его? Я уверен, он тебя пугает..

— Нет. Я наконец-то выбрала себя. Да и тебя я тоже совсем не знаю, Андрей. Мы знакомы совсем ничего. Да, баба Клава говорит, что ты хороший человек. Но я тебя узнать совсем не успела. Да и не хочу теперь. Прости меня, Андрей, но я не хочу больше ни одного мужчину.

Андрей сидел задумчивый и разбитый. Мне это все было даже непонятно. Мы были знакомы так мало. Он мне симпатичен, то, что он мне предлагал казалось спасательным кругом. Но ведь я его не знаю. И больше не хочу делать ошибок.

— Анна, подумай ещё немного, прошу тебя, — настойчиво просил он.

— Я все решила. Я хочу жить для себя и для дочери.

Андрей грустно улыбнулся.

— Мне никогда не везло с девушками знаешь. Мне всегда предпочитали каких-нибудь подонков, вроде Давида. И ты сделала так же.

— Я не выбирала Давида. Я выбрала себя и дочь, и наш комфорт.

— Нет, Анна. В сделала свой выбор. И скоро ты это поймёшь. — он встал и пошёл к двери. — Я бы не хотел прощаться, но, видимо, так нужно. Скорее поправляйся. Прощай, Анна.

Андрей ушёл. Быстро и легко. Я думала этот разговор будет сложнее, но он просто меня услышал и ушёл. За что я ему сейчас была безмерно благодарна.

— Ну что, Анна Георгиевна, — заходит врач. — по дому скучаете?

Да уж. Если бы он у меня был..

— Сегодня вас выпишут. Можете поехать к мужу и дочери.

Меньше всего сейчас меня обрадовала эта новость. Дома у меня нет, а Маша у Давида… К Кристине поехать я не могу, она продала дом. Идти мне некуда, тем более с ребёнком. Денег у меня тоже нет.

Я забыла о том, что передо мной стоит врач и погрузилась в мысли.

— А вот и муж за вами пришёл, — врач оборачивается на дверь, и входит Давид. — Так, выписку уже должны были подготовить. Все ваши последующие действия там прописаны. Позже ещё раз все разъясню. Не буду мешать вам, собирайтесь.

Врач вышел и мы с Давидом остались одни. Он стоял и будто боялся пошевелиться. Мы не виделись месяц. За это время приходила только баба Клава с Машенькой. И обе они уже были на стороне Давида. Маша обожала его, баба Клава хотела, чтобы мы сошлись и жили семьей. Я четко понимала, что с Андреем мне не по пути. Но насчёт Давида решить ничего не получалось. В тот день, ровно месяц назад, когда он во всем признался, я уже все это вспомнила. Я вспомнила об этом перед его приходом, утром. Но я не хотела, чтобы он знал об этом. Я хотела увидеть, как он поступит со мной теперь. И он больше не обманул меня. Он во всем признался. И если до его прихода я хотела быть только с дочкой, то теперь, когда он стоит передо мной, я не могу отказаться от него. Передо мной всплыли все те немногие счастливые мгновения вместе. Я пересматривала то видео и на душе становилось так тепло. Я все ругала себя за это. Но поделать ничего не удалось. Вот он пришёл и снова то тепло в груди.

— Анна, я знаю, что тебе некуда идти. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя одинокой. Я помогу вам. Прошу, прими эту помощь.

— Давид..

— Нет, Анна, не перебивай. Я знаю, что ты ничего от меня не хочешь. Но Маша и моя дочь тоже. Ты растила ее одна, это мой долг. Теперь я буду заботиться о том, чтобы у неё все было хорошо.

— Я хочу к тебе.

— Все, что ты хочешь, я сделаю. Ты можешь жить у меня, я могу оставаться в другом месте, или можно..

— Давид! Я хочу к тебе!

— Ко мне? Я… не понял тебя, Анна.

Он смотрел на меня нахмурившись, словно боялся услышать, что не так понял меня.

— Я все помню, Давид. И я простила тебя. Если ты все ещё любишь меня, то давай дадим нашей девочке нормальную, счастливую семью.

Давид молча смотрел на меня. У него покатилась слеза, которую он быстро вытер и подбежал ко мне. Он сжал меня в объятиях так сильно, что стало тяжело дышать. Но в этих объятиях ко мне вернулась моя жизнь. Другая, но моя. Счастливая, наполненная любовью. Я люблю его. Так зачем мучить троих человек, из-за гордыни? Его поступку есть оправдание и я его принимаю. И прощаю. Я обняла его в ответ и дальше все уже было не важно.

Давид бережно помог мне одеться, еле сдерживая себя от радости. Он был таким милым, когда пытался прятать свои эмоции. Он так сильно хмурил брови и сжимал челюсти.

— Я все вижу.

— Ты о чем?

— Я вижу, что ты счастлив, не хмурься давай.

Он рассмеялся и поцеловал меня.

— Только не говори никому, а то решат, что Седлецкий размяк, — приказал он мне на ухо.

Он сам собрал мои вещи. Пришёл врач и объяснил наше последующее лечение. Через месяц обещал, что я уже буду бегать. Чему