Истинная для Темного - Наталия Смелова

лишь в интересах королевской власти. Чтобы, если понадобится, у них появились дети с сильными способностями. Но и тогда эти дети — будущая собственность короля. Потому что жизнь их ждет жестокая, в которой нет места ни привязанностям, ни слабостям. Но в силу их будущих обязанностей, им нужно знать, как соблазнять женщин, как играть на их слабостях. Об этом тебе никто из девушек рассказывать не будет. Надеюсь, я понятно говорю. Пока они учатся в Академии, Темным разрешено развлекаться как они хотят, но, естественно, не допуская громких скандалов. Преподаватели понимают, что это все детские игры перед взрослой жизнью. Затем они отправятся в Академию боевых искусств, там вообще девушек не будет два года. Жаловаться на их проделки кому-то из руководства бесполезно — их закроют, прикроют, но в обиду не дадут. Потому что без приказа короля никто им никто ничего сделать не может. А парни, понимая, что их ждет впереди — во время учебы здесь развлекаются, как могут. Отсюда их вечеринки, девушки, пари и прочее. К тому же, таким образом они учатся обесценивать как свои чувства, так и чувства других. Девушки поплачут и забудут. В крайнем случае, на них наложат заклятие забвения и тогда у них в памяти вообще ничего не останется. Совсем уж все я тебе рассказывать не буду, чтобы не слишком тебя пугать. Теперь ко второму вопросу: почему ты. Ты помнишь свой первый вечер во время вечеринки первокурсников?

— Конечно, помню. — мрачно ответила Китти.

— Я тоже помню твой рассказ. Вот это и был отбор. Каждый из пяти участников должен был согласиться на твою кандидатуру. Или хотя бы большинство. Седрик был там?

— Нет, его там не было. — Китти пыталась понять, что она чувствует, но в груди у нее по-прежнему ощущалась черная дыра.

— Верно. Отбирали девушку, на которую поставят и которую Седрик должен будет соблазнить. Обычно есть и вторая сторона пари. Другая компания, которая играет против первой. Я, честно, не знаю, кто с другой стороны и на какую девушку поставили. Если бы знала — сказала бы. Но я предпочитаю в это не лезть. Это очень неприятно, Китти. Я это понимаю. Поэтому и позвала тебя, чтобы рассказать об этом.

В голове у Китти всплыла холодная, режущая по сердцу, как бритвой, мысль: «Неужели Лео все это знал и согласился на это?» От этого осознания у нее онемели руки и ноги.

— Китти, ты как? — Сочувственно заглянула ей в лицо Анна.

— Это ужасно, Анна. — наконец, выдавила из себя Китти.

— Да, ужасно. И самое ужасное, что ты это никак не могла знать или предвидеть. Но я обещала себе, что пока я тут, моя история больше ни с одной бытовичкой не повторится.

— Твоя история? — не сразу поняла Китти то, что сказала Анна.

— Я рассказываю тебе об этом, потому что на меня тоже играли. И тот человек, которому я доверяла.

— Майер? — глухо спросила Китти.

Анна вопросительно подняла брови и кивнула головой.

— Откуда ты знаешь?

— Когда мы с Лидией возвращались с вечеринки, то увидели вас возле теплиц, — виновато сказала Китти.

— А, да. Рассказать тебе, как это было у меня?

— Ты можешь? Вдруг это что-то очень личное…

— Я уже спокойно к этому отношусь. — ровным голосом ответила Анна.

— Я знаю Майера с детства. Моя мать управляет их домами, но не могу сказать, что я проводила с ней много времени. Во время учебы в школе я жила в женском интернате, летом приезжала на несколько недель к матери. Родители Майера обычно проводили лето в поместье. Вот там я с ним и познакомилась. В детстве мы с ним иногда даже играли вместе. Потом он уехал учиться. А через два года и я поступила сюда. И точно так же, во время вечеринки первокурсников, наткнулась на компанию Темных. А потом появился Майер и начал за мной ухаживать. Ухаживать он умеет, и красиво говорить тоже. Наверное, ты уже сама оценила, что, когда хотят — Темные могут быть очень приятными и убедительными. Но это всего лишь игра на чужих слабостях.

— И как ты узнала про это пари?

— Можно я не буду тебе все рассказывать? — Горько усмехнулась Анна. — В общем, узнала. После того, как он выиграл то пари.

— Тебе было очень больно? — Китти чувствовала, что вот-вот расплачется.

— Очень, — на удивление спокойно сказала Анна.

— И как же ты после всего смогла с ним общаться? — Потрясенно спросила Китти.

— Я и не общалась. Он два года ходил за мной и просил прощения. И ходит до сих пор.

— Анна, но мы же видели, что вы целовались? — озадаченно спросила Китти.

Анна улыбнулась.

— Это ничего не значит. Если он мог играть со мной, то и я ведь могу? Тем более, через год он уедет, и я вряд ли его снова увижу.

— Мне он показался неплохим парнем, Анна. — Виновато сказала Китти.

— А во время вечеринки что делал этот парень? — внимательно посмотрела на нее Анна.

Китти молчала. Она помнила ту девушку, с которой весь вечер общался Майер.

— Вот ты и ответила. — сказала Анна. — Но на всякий случай уточню, что та девушка, которую ты видела — это дочь друзей его родителей. Таким образом, он в кругу себе равных, родители спокойны, что он общается с дочерью их друзей, а не с дочерью прислуги.

При этих словах Анны, Китти догадалась, что там было еще что-то, о чем та не стала ей рассказывать. Но все равно ей было обидно и за себя, и за Анну.

— Ты его любишь? — внезапно спросила Китти.

— Люблю. — спокойно ответила Анна.

— И как ты можешь, после всего, что произошло? — недоумевала Китти.

— К моему огромному сожалению, похоже, я однолюб, Китти. К тому же, я не подпускаю его к себе слишком близко. Так что эта любовь уже не причиняет мне слишком много боли. И я надеюсь, что когда он уедет и я не увижу его больше, это пройдет.

— Это все так грустно, Анна. Почему мы не можем выбирать, кого любить? — горько спросила Китти.

— А ты уже любишь Седрика? — вопросительно посмотрела Анна на Китти.

— Нет, что ты. Я едва его знаю. Я не думала, что его интерес и внимание ко мне окажутся лишь игрой. Хотя мне следовало внимательнее относиться к тому, о чем вы говорили. — вздохнула Китти.

— Ну, если с этим мы закончили, давай тогда поговорим о том, что тебе делать дальше. — продолжила Анна. — Что ты обо всем этом думаешь?

— Я больше не хочу и