Моя принцесса - Юлия Витальевна Кажанова

– Значит, улыбка молодит, – рассмеялся он.

– Выходит так. Ладно, а что насчет семьи и дома? – мне хотелось узнать о нем больше.

– Тут всё просто. Хоть семья у меня и большая, но всего одна родная сестра. С домом, правда, немного сложно. Видишь ли, мама любит переезжать. У нас несколько домов, но везде тепло и уютно. Поэтому я затрудняюсь сказать, откуда я родом. Если ты имеешь ввиду номер роддома, то тут никаких проблем. Но я не считаю родным город, в котором пробыл после рождения от силы месяц. Маме нравится часто задерживаться в Швейцарии, есть дом и в Москве, и в Питере. Есть особняк в Лондоне.

– Ясно, кочуете по городам, – сказала я, а сама подумала, что семейка необычная семейка. Или так у всех, кто имеет несколько домов? – А лично у тебя сколько домов?

– Несколько, я тебе покажу все, не бойся, – и так он это сказал… не хвастался, нет, а как-то по-доброму это прозвучало.

– Хорошо.

Ох и не простой мне достался орешек.

– Можно я тоже буду задавать вопросы? – предложил он, пересаживаясь ко мне на шезлонг.

– А разве у тебя нет досье на меня? Я думала, ты уже всё изучил, – сказала я, и ощутила, как его руки стали массировать мое тело. Блаженство!

– Ну да, на тебя у меня особое досье, но оно не может рассказать о тебе больше чем ты сама, – спокойно говорил он, поглаживая спину. – Пожалуй, тебя надо смазать, – сказал он, беря в руки бутылочку с маслом. – Давай малышка, вытяни руки вперед и ухватись за лежак, и не вздумай их опускать, пока я не разрешу, – отдал приказ мой мужчина, которому я с радостью повиновалась. Что же ты задумал на этот раз?

– Расскажи мне что-нибудь ещё, – сказала я, млея в его руках.

Он начал разминать плечи и руки, иногда наклоняясь так сильно, что я чувствовала тяжесть его тела.

– О работе говорить не хочется, это скучно. Могу рассказать об увлечениях.

– Давай, – ответила я, а сама решила, что надо будет и ему массаж сделать.

– Люблю быструю езду, прогулки на природе, пешие походы. По клубам я уже давно не хожу. Умею управлять самолетом, но редко это делаю. Ещё у меня есть яхта, надо будет тебя прокатить, – я не видела его лица, но чувствовала, что он улыбается. – Теперь моя очередь задавать вопросы.

– Хорошо, задавай, – усмехнулась я. Главное не заснуть.

– Почему на тебе купальник? Он и так ничего не скрывает, почти. Долой его, – и словно фокусник в мгновение ока избавил меня от него.

– Мартин! – возмутилась я, и хотела встать, но сильная рука придавила меня к шезлонгу.

– Чего ты так испугалась. Тут кроме нас никого нет. Да и зачем тебе загар с полосками, теперь вот будешь вся шоколадная, – хрипя, сказал он, сжимая ягодицы. – И да, я сказал, руки не опускать пока не разрешу, так что ложись и руки вверх, – прозвучал приказ, а руки заскользили по телу, размазывая масло.

– Хорошо. А на счет вопроса, ты действительно хотел знать, почему я в купальнике?

– Вообще-то нет, меня просто раздражает эта тряпка на твоем теле, – вполне серьезно заявил он.

Ну, вот что за мужчина!

– Давай свой вопрос.

– Что ты любишь? Чем занимаешься в свободное время? – спросил он.

– Это два вопроса, а не один, – усмехнулась я.

– Я тоже ответил на несколько твоих, так что мы в расчете. Давай отвечай, не отлынивай, – рассмеялся он, слегка шлепнув меня по попе.

– Хорошо, хорошо, – рассмеялась я. – У меня не так много увлечений, потому что всю себя я посвятила учебе. Друзей тоже особо не было, поэтому по клубам не гуляла. Моим убежищем была библиотека, – вспоминать учебные годы не хотелось, они не были радостными, скорее очень грустными.

– Звучит, словно ты пряталась там специально, – серьезно сказал он, продолжая массаж.

– Наверное, это так. Дети жестокие бывают, и их поступки тоже. Всё потому, что я была не похожа на них. Они боялись того, чего не понимали, вот и изводили меня, – тихо сказала я, стараясь не заплакать.

Я с детства отличалась от других. Во мне было слишком много всего. Слишком зрячая – видела то, что даже врачи не могли увидеть. Слишком хороший слух – перешёптывания на другом конце коридора не были для меня секретом. Слишком сильная – на спор гнула ложки одной рукой, в то время как другие и двумя руками не могли. Один раз во время игры в вышибалы слишком сильно бросила мяч в одноклассника, после он попал в больницу со сломанными ребрами. С тех пор меня все сторонились и стали гнобить. Начались разговоры за спиной, шуточки в виде кнопок на стуле или клея. Как-то раз подкинули крысу в портфель, ещё вылили ведро воды на голову и много чего ещё. Подойти и ударить они боялись, вот и придумывали что-то другое.

– Что их пугало? – тихо спросил он, от чего я вынырнула из воспоминаний.

– Я, – прошептала, отворачиваясь, продолжать разговор не хотелось, настроение пропало.

– Прости, давай просто забудем. Лучше о книгах поговорим, что ты обычно читаешь? – как ни в чем не бывало начал он. Умел он отвлечь, и я была за это ему благодарна. Книги и правда, были моим спасением.

Глава 17

– Итак, что ты любишь читать? – спросил Мартин, начав активно мять ягодицы. Приятная дрожь прошла по телу. Если и дальше все так будет продолжаться, то нам точно придется перебраться в спальню.

– Я, как и все девушки, люблю читать романы. Всем хочется нежности и любви, всего того чего нет в реальности.

– Ну почему же нет, – возмутился он.

– Мне с тобой повезло, но ты один, а девушек миллионы, и все хотят обычного женского счастья и ласки. В реальности мы поглощены работой, быт и дети съедают личную жизнь. Какая романтика от мытья полов или стирки белья? Парень или муж на работе пропадают, весь день одна. Повезет ещё, если отношения продлятся несколько месяцев или год, а там обязательно размолвка. Кому-то захочется чего-то нового, в итоге пара распадается, – печально сказала я. Как бы не было грустно, но это реальность.

– Тебя послушать, счастливых пар и нет вовсе. А как же «жили они вместе до гробовой доски и умерли в один день»? – прозвучало вроде насмешливо, но нотки грусти