Инфорсер - Саманта Уиски

Зная, что она там, наверху, наблюдает за мной? Я никогда не играл лучше.

Мы обыграли их на выезде, и не было ни одного головореза в команде соперника, который бы не злился сегодня вечером, особенно после того, что я с ними сделал. Это тоже было чертовски здорово. По крайней мере, на льду я мог поддаться инстинктам, которые всегда бурлили во мне у поверхности, и не сдерживаться — вот почему я был лучшим силовиком, который был у "Акул". И с помощью Пейдж мои ночные драки были сведены к нулю. Оказалось, когда на карту было поставлено что-то более важное, чем просто моя задница, я мог сдерживать свой вспыльчивый характер чуть лучше. Или, может быть, это было потому, что это была Пейдж, на которую мне было не наплевать в первую очередь.

— Рори! — кричал Тренер в раздевалке, вызывая меня в свой кабинет. Я вытер свои только, что вымытые волосы сухим полотенцем, пока маячил в его дверях.

— Да?

— Ты хорошо поработал там сегодня.

— Спасибо, тренер.

— Вне льда ты тоже неплохо справляешься, — сказал он, указывая на фотографию, которая была у него на столе в «Макинтоше». На снимке были мы с Пейдж, за пределами места для будущего приюта — мы покрыты грязью, но улыбаемся друг другу, как идиоты. Заголовок был напечатан жирным шрифтом: "Рори Джексон похитил сердце Пейдж Тернер".

Черт возьми, они действительно напечатали это.

Я с трудом сглотнул, когда тренер повернулся ко мне.

— Все эти перемены в тебе. Неужели из-за нее?

Я кивнул.

— Понимаю. В хорошей женщине есть что-то такое, что может превратить нас именно в тех мужчин, которыми мы всегда должны были быть. И ты был предназначен для большего, чем драки в баре и перескакивание из постели в постель.

Блин, когда тренер успел стать моим отцом?

Он прочистил горло.

— В любом случае. Продолжай в том же духе.

— Будет сделано, тренер. — Я развернулся, чтобы уйти, но он окликнул меня, чтобы остановить. Я взглянул на него через плечо.

— Я горжусь тобой, — сказал он, а затем отмахнулся от меня, как будто я постучал в его гребаную дверь, чтобы поговорить по душам.

Я от души рассмеялся.

— Что смешного? — Спросил Гейдж, перекидывая сумку через плечо.

— Ничего, чувак. — Я бросила теперь уже мокрое полотенце в переполненную корзину и натянула через голову белую футболку.

— Покер сегодня вечером? — Спросил он.

— Пока, не знаю, — сказал я, хватая свою сумку из шкафчика. — Я должен посоветоваться с Пейдж.

— Видите, — выпалил Бентли рядом с нами. — Чертов, подкаблучник.

Гейдж сузил глаза и резко повернулся к нему.

— Чувак, ты ведешь себя в двадцать раз более раздражающе, чем обычно. Тебя только что бросили? Так вот почему ты не можешь держать свой рот закрытым или просто ищешь боли?

Бентли съежился в массивном присутствии Гейджа и поднял руки вверх.

— Ладно, ладно, мужик. Я ухожу отсюда. — Он пригнул голову и выскочил из раздевалки.

— О, черт, теперь я чувствую себя мудаком, — сказал Гейдж, качая головой. — Как этому парню вообще заполучить девушку, не говоря уже об одной, достаточно надолго, чтобы она успела бросить его?

Я пожал плечами.

— В наши дни в Интернете можно найти все, что угодно. — Гейдж рассмеялся. — Но мне почти жаль его, — продолжил я. — Я был бы развалиной, если бы Пейдж выставила меня пинком под зад на холод.

Ледяной укол пробежал по центру моей груди, когда до меня дошла правда моих слов. Я знал, что это было больше, чем контракт, с которого мы начали, но то, как я вел себя, то, как я представлял себе совместное будущее… Черт возьми, этого было достаточно, чтобы кровь застыла в моих венах. Я никогда ни в ком не нуждалась в своей жизни, и несколько недель с Пейдж, превратили меня в… Гейджа. Во всех влюбленных, с сердечками в глазах и которые постоянно трахаются!

Я даже не знал, возможно, ли то, чего я хотел. Не знал, осмелюсь ли я спросить, чувствует ли Пейдж все то, что чувствую я. Черт, я уже знал, что недостаточно хорош для нее и никогда не буду. Ей нужно было выйти замуж за кого-то вроде Кеннеди, а не за Акулу.

Свадьба? Срань господня.

Мог бы я быть тем парнем? Тем, кто просыпался рядом с ней каждое утро и засыпал с ней каждую ночь. Тот, кто посещал с ней благотворительные вечера по будням и раздавал еду в приюте по выходным. Такая жизнь была совсем не похожа на мою, но чем больше я себе это представлял, чем больше представлял ее рядом со мной, тем больше мне этого хотелось.

Но могла ли она даже помыслить о жизни в браке со мной? Наш контракт был заключен на три месяца не просто так. Она была идеальна для меня, но, черт возьми, если бы я не был для нее огромной обузой.

— Братан? — Гейдж ударил меня в грудь, и я моргнул, вынырнув из своих мыслей.

— Что? — выпалил я, не в силах избавиться от осознания того, что сейчас я представляла себе будущее, которого, как я знал, мне не позволено было иметь.

— Ладно, это видимо отказ от покера. Просто перепроверяю. — Он покачал головой. — Не позволяй новичку залезть тебе под кожу, ладно?

Я потряс руками, которые, как я только сейчас понял, сжал в кулаки.

— Все совсем не так.

Гейдж пристально посмотрел на меня, но промолчал. Он был хорош в том, чтобы не давить, когда в этом не было необходимости. Он ударил меня кулаком, прежде чем вытолкнуть за дверь, и я услышал слабый визг Летти, когда она увидела своего папу.

Это, должно быть, здорово. Мне приходила в голову эта мысль слишком много раз и больше, чем я мог бы кому-либо признаться, — мысль о том, что семья, ожидающая тебя за дверью, была бы лучше, чем "хоккейные зайки", которые обычно ждали меня. Раньше так и было. Теперь у меня была Пейдж.

Осознание того, что она была где-то там, ожидая меня, разлилось теплом по моей груди, которое на этот раз только частично распространилось на мой член.

У меня была Пейдж. Пока что. Один месяц прошел. Осталось два.

Когда я переступил порог, то осознал одну важную истину: трех месяцев никогда не будет достаточно.

ГЛАВА 12