Странник... мой? - Юлия Резник

Подбежала к двери, приникла к глазку и, с облегчением выдохнув, загремела замками.

– Нет! Вы только на нее посмотрите! Она спит!

– Ира…

Я сжала в объятиях помощницу. В смысле, бывшую, но все же. Она, совсем к тому не привыкнув – обычно я отличалась сдержанностью, неловко замерла. Но буквально тут же овладев собой, с радостью приобняла меня в ответ.

– Я тебе звоню с тех пор, как пришло сообщение, что ты снова в сети. Господи, как же ты нас всех напугала!

– Да? – изумилась я.

– Ну конечно! Она еще спрашивает! Так ты меня пригласишь войти?

– Конечно. Заходи, – всполошилась я. – Тебе сварить кофе?

– Давай.

Квартира у меня была небольшой. Кухня-гостиная и спальня. Но она располагалась в хорошем районе недалеко от центра, а это для меня было гораздо важнее размеров.

– Ну, рассказывай! Что там происходило?! Весь офис на ушах. Я просто в ахере. Меня, кстати, два раза допрашивали…

– Тебя?!

– Ну да. На предмет того, куда ты могла деться. Ну, и вообще… Что ты за человек. В офисе такое напряжение в последние две недели, что я не откажусь, если ты плеснешь немного коньяка в мой кофе.

Я улыбнулась, открывая шкафчик.

– У меня как раз завалялось немного. Я в выпечку добавляла…

– Не знала, что ты печешь, – искренне изумилась Ирина.

Ох, Ира… А чем мне себя занять, если не готовкой под какую-нибудь лекцию на ютьюбе? Теперь, вон, может, буду рисовать… Тут я осеклась, потому что по какой-то совершенно парадоксальной причине эта мысль только сейчас пришла мне в голову! И так она меня приложила, что к делу захотелось приступить незамедлительно, поскорее избавившись от нежданных гостей. Даже руки зачесались, господи! А телом прошла дрожь.

– У меня все консьержи прикормлены, дворники и бомжи, – усмехнулась я.

– Авторитетный ты человек.

– Это да. Ну, так что там, ты говоришь, в «ГорСтрое»?

– Не знаю толком. Но проект в С* закрыли. Тут ты, должно быть, в курсе.

– Да. Местные подняли невообразимый шум. Плюс к ним присоединился Странник.

– Обалдеть, да? Об этом тоже было полно разговоров.

– Еще бы, – откашлялась я. – В целом, там и с землей намутили. Так что они в своем праве.

– Ага. Но, я думаю, совсем не поэтому Новиков ходит чернее тучи. А как он на одном из совещаний пропесочил твоего Вавилова… – Ирина выглянула из-за чашки, хитро сверкнув глазами.

– Почему моего? – напряглась я.

– Ну-у-у, Дарья Михайловна, я же не слепая.

– Так ты поэтому поспешила мне сообщить, что он свою жену пропихивает на мое место? – спросила, отведя взгляд.

– И поэтому тоже. Должна же ты знать, какую змею пригрела.

– Спасибо. Узнала, – хмыкнула я. – И как справляется их семейный подряд в новых условиях?

– Да никак. У нас же проверка за проверкой. Чую, погонят Эндрю поганой метлой.

Эндрю Вавилова в фирме прозвали за его пижонский стиль и некоторую щеголеватость. Он уделял много внимания своей внешности. Носил удлиненную стрижку, создавая на голове тщательно уложенный беспорядок, модные костюмы, блейзеры и кардиганы, копируя стиль олд мани.

Сейчас даже не смогу объяснить, почему я находила это привлекательным. Тот же Странник в своих худи и простых клетчатых рубахах, надетых под заношенную джинсовку, выглядел гораздо более притягательно и стильно.

Господи, вот уж кого мне не следовало вспоминать.

Сердце мучительно сжалось.

– Туда ему и дорога.

– В офисе его любили, – пожала плечами Ира.

– Это да.

– Ты лучше расскажи, почему сама уволилась! Еще и не сказала ничего. Представляешь, какой у меня был шок? Сначала пропала, потом это. Я так волновалась, что похудела.

– Намного? – усмехнулась я.

– На три килограмма.

Учитывая Иркины пропорции, это совершенно не бросалось в глаза.

– Тебя попросили, да?

– М-м-м?

– Говорю, тебя попросили? Из-за того, что ты не смогла разрешить этот вопрос, не прибегая к… кхм… таким сомнительным методам?

– Ты про пожар, что ли? – не сразу догадалась я. – Ир! Ну, ты что?! Тоже поверила? Обалдеть!

– Нет, а что мне оставалось? – стушевалась та.

– Не знаю, – я раздосадованно покачала головой. – Но уж точно не то, что я имею к этому какое-то отношение.

– Вавилов громче всех орал, что это писец. И что тебя нужно непременно призвать к ответу.

– На воре и шапка горит, – хмыкнула.

– Серьезно?! Думаешь, это он?! Охренеть. Вот это страсти-мордасти. Но знаешь, я замечала кое-какие несоответствия в актах.

Даже Ирина замечала, а я нет. Получается, вот такая я слепая дура?

– Если хочешь продолжать работать в «ГорСтрое», лучше забудь об этом.

– Ты что-то знаешь, да? – Ира уставилась на меня из-подо лба.

– Главное не то, знаю я или нет. А то, что я с этими знаниями собираюсь сделать.

– И что же?

– Ни-че-го. Я закрыла для себя эту тему. Воевать с ветряными мельницами меня не прельщает.

– Расскажешь хоть, где ты пряталась все это время? Я же серьезно тебя уже похоронила раз пять…

– Мне помог один из местных активистов. Я пожила в его доме.

– Потому что вовремя поняла, что тебя сливают?

Наши взгляды с Ириной встретились. Вот не зря я ее ценила.

– Да. Поэтому.

– Знаешь что? Не хочу я работать на людей, которые подставляют своих.

– Ты всегда можешь уволиться. Главное, не руби с плеча. Подыщи, куда уходить. У тебя ведь Саня.

Ира в одиночку растила сына-астматика. И ей, конечно, приходилось несладко.

– Ага. Громко хлопнуть дверью не получится. А как хочется, – Ира мечтательно закатила глаза. – Слушай, а в той деревне… Как вообще? Есть работа?

– Да не особо. А что? – изумилась я.

– А то. Нам с Саней рекомендован чистый воздух. Думаю, может, бросить все к чертям. Уехать в глушь, завести корову… Возможно, хоть там я его на ноги поставлю, а?

– Радикально. Может, тебе тогда стоит рассмотреть варианты с какой-нибудь удаленной работой? Места там и впрямь чудесные. Вот… Посмотри.

Я показала Ирине несколько фотографий. Сердце отозвалось тягучей болью,