Любимый злодей - Д. С. Одесса

Глаза Зейна опасно сужаются.

– Откуда…

– Откуда я знаю, что у тебя есть сестра, о которой здесь никто не говорит? –  Нурия подходит к Зейну, задирает подбородок и решительно смотрит ему в глаза. Как я восхищаюсь ее смелостью. –  Потому что Хейли и Мейли рассказали мне о ней. Они по ней скучают.

– Никогда больше не упоминай ее имя, поняла, шлюшка?

Я уже близок к тому, чтобы выскочить из-за полки и свернуть ему шею.

– Как ты меня назвал, урод несчастный? –  твердо парирует она.

Кажется, моя ревность к этому ублюдку беспочвенна. Тем не менее надо преподать ему урок.

– Шлюшка! Пусть у меня пока нет доказательств, что ты тайно водишь сюда кого-то по ночам, я найду их. Тогда ты получишь по заслугам, и я надеюсь, что у тебя не ослабнут колени, когда я потребую свой выигрыш!

У меня в животе все сжимается, когда он хватает ее за талию и толкает дальше к закрытой двери. Что этот выродок собирается с ней сделать? В этот же момент я решаю вмешаться. Никто не смеет к ней прикасаться!

– Я не проиграю пари. Отпусти!

Он зажимает мой цветок между собой и дверью. Я открываю стеллаж, чтобы все-таки сломать ему шею. Прямо сейчас. Если не сделать этого, он навредит ей или будет преследовать. А я этого не допущу.

Рядом с книжным шкафом есть выключатель, на который я нажимаю. Верхний свет тут же гаснет, и ни Нурия, ни Зейн меня не замечают. Я выныриваю из щели между стеной и стеллажом, достаю нож из голенища сапога и вращаю его в руке. Прощай, надоедливая скотина!

– Почему погас свет? –  отрывисто спрашивает Зейн.

– Не делай этого! –  слышу я голос Нурии и сразу догадываюсь, что она обращается ко мне.

– Чего не делать? –  не понял Зейн.

Не перереза́ть ему горло! Хватит с меня его приставаний, хватит намеков на то, что она с ним переспит!

– Здесь кто-то есть? –  спрашивает он.

– Твою мать, да, и он убьет тебя, если ты немедленно не уйдешь, –  предупреждает его Нурия. –  Проваливай ты наконец!

И прежде чем я успеваю дойти до этого сукиного сына, дверь открывается, и Нурия с силой выталкивает Зейна в полутемный коридор. Когда тот с растерянным выражением лица оборачивается, то видит меня и смотрит как на привидение. Игра все равно проиграна, и мне плевать, побежит ли он к отцу, чтобы настучать на нас. Он не более чем шут, от которого я собираюсь избавиться, потому что ему нет места на моем поле!

Я бросаю в него клинок, одновременно притягиваю к себе Нурию и толкаю дверь ногой. Она захлопывается с громким хлопком, от которого дрожит пол.

– С ума сошел? –  кричит на меня моя роза.

– Запри дверь.

– Он всем расскажет. Проклятье! Что это было?!

– Если бы ты позволила мне закончить начатое дело, он бы никому ничего не рассказал, –  отвечаю я, прежде чем отпустить ее. –  Запрись.

– Ты совсем спятил!

– Точно!

Когда она наконец поворачивает гребаный ключ, я ловлю ее, прижимаю к двери и с силой бью раскрытой ладонью по дверной панели рядом с ее головой.

– Я убью этого подонка за то, что он к тебе прикоснулся.

– Не убьешь! –  возражает она. –  Он сын семьи, в которой я живу.

– А мне не все равно? –  У меня вырывается смешок без намека на веселье, прежде чем ее маленькие кулачки обрушиваются на мою грудь. Восхитительная нелепость.

– Ты не убьешь его.

– Он тебя слышит, –  сообщаю я ей. Могу поспорить, что его ухо сейчас прижато к двери, и он только и ждет, когда я выйду из комнаты, чтобы избить меня до смерти или застрелить. Какой предсказуемый болван!

– Черт возьми, –  ругается Нурия. –  Черт возьми, ты все портишь.

– Я все порчу? –  мрачно повторяю я. –  Он –  мерзавец, который назвал тебя шлюхой и трогал тебя без разрешения! Ты серьезно думаешь, что я буду спокойно на это смотреть? По-твоему, я позволю ему так поступить с тобой и со мной? Позволю какому-то случайному придурку забрать у меня то, что я хочу? Думаешь, я не способен кастрировать этого ублюдка, а потом перерезать ему горло? Ты ошибаешься!

Она не произносит ни звука. Ни единого проклятого слова. Мне хочется наказать ее прямо сейчас, на этом самом месте: бросить на кровать и заставить искупить вину за все эти неприятности!

– Что там происходит? –  слышу я голос мистера Монейра и поднимаю голову. Нурия делает дрожащий, испуганный вдох.

Проклятье! Пора уходить.

Грозно зашипев, я резко отпускаю Нурию, отворачиваюсь от нее и направляюсь к потайному ходу.

– Куда это ты собрался? –  тихо шипит она мне вслед.

– Разбирайся со своим дерьмом сама, раз не хочешь, чтобы это делал я.

– Эй, так нечестно. Что мне им сказать?

Как будто мне есть до этого дело!

Дойдя до стеллажа, я оглядываюсь:

– В данный момент я не против убить и тебя тоже, после того как ты встала на защиту этого ублюдка. Мне плевать, что ты им скажешь. Как насчет правды?

Насмешливо хмыкнув, я делаю шаг в темноту, задвигаю за собой стеллаж и следующие несколько метров, пока иду по тайному ходу, слышу стук в дверь спальни Нурии.

Нужно прибегнуть к другим средствам. Увезти ее к себе в Бостон, защитить, не отпускать от себя, чтобы ни один выродок не заполучил ее, не прикоснулся к ней, не домогался, не оскорблял ее. Почему она не понимает, что рядом со мной ей гораздо лучше?

И почему я не понимаю, что мне должно быть наплевать на то, чего она хочет?!

Каждое ее решение еще более безрассудно, чем предыдущее. К тому же с каждым днем меня все больше одолевают подозрения, что в этом поместье творится что-то зловещее. То кто-то вырубает этого несчастного Энстона. То кто-то пробирается ночью в комнату Нурии. Что бы здесь ни происходило, ничего хорошего от этого ждать не стоит. А что, если оно может стоить Нурии жизни? Пока я не знаю, что это, но обязательно выясню!

Глава 16

Демон

Гнев и месть –  это мое оружие, которое я выковал собственными руками.

Если кто-то посмеет встать между мной и моей королевой, его будет ждать бесконечная и мучительная смерть.

– В поместье Монейров прибыли копы, –  сообщает мне Лекстон со жвачкой во рту, пока я направляюсь к бару в особняке, испытывая сомнения даже относительно собственного существования. –  Мужик, там настоящая тревога. Что случилось?

Резко схватив с полки бокал, я наливаю