Крик во тьме - Денис Гровер Сванк

На меня накатила новая волна горя, но я быстро взяла себя в руки. Если я хотела выжить, не могла позволить себе роскоши горевать.

Вайатт потянулся к дверной ручке со своей стороны.

— Если нам повезет, Джуниор подсчитал стоимость ремонта твоей машины.

Я прошла следом за Вайаттом в небольшую комнату ожидания, которая представляла из себя не более, чем два раскладных стула, стоящие под окнами, выходящими на парковку, развернутые лицом к высокой стойке. Когда я приблизилась, поняла, что это была двухуровневая стойка — стойка повыше для посетителей, а ниже располагался стол, на котором стоял компьютер и лежали клавиатура и кипа бумаг.

Вайатт обошел стойку и включил компьютер, затем открыл вкладку браузера.

— Пользуйся, — сказал он. — Пойду проведаю Джуниора, посмотрим, насколько он продвинулся с твоей машиной.

Я села на стул и принялась рыться в сумочке. Вытащила небольшую записную книжку, в которой хранился логин и пароль от моего VPN, а также социальных страниц Шарлин Мур. Я авторизовалась на сайте VPN, который присвоил мне адрес Калифорнии, а затем вошла на «Фейсбук». Количество людей, которых я не знала, в моей новостной ленте застало меня врасплох, но я сказала себе, что это не важно. Я искала Остина.

Он не был другом Шарлин, но я достаточно легко нашла его профиль. Однако, он скрыл свой электронный адрес и довольно долго не выкладывал посты. Может мне больше повезет на «Инстаграм»— он опубликовал позавчера фотографию еды из ресторана. На меня нахлынуло облегчение. Вчера Остин был жив и здоров. Это был хороший знак.

Может быть, лучший способ обеспечить его безопасность — вообще не контактировать с ним.

Может быть, мне стоит попросить сделать это за меня моих друзей из Арканзаса.

Я вошла на почту, которую сделал мне Джед, не зная, как передать сообщение так, чтобы кто-то другой не понял, о чем оно. Мне нужно было говорить загадками на случай, если мой отец когда-либо свяжет меня с этим аккаунтом, но я не могла слишком намудрить, а то они меня не поймут.

Привет, мои дорогие,

Надеюсь, у вас все хорошо. У меня неприятности, но я не сомневаюсь, что все наладится, так что не волнуйтесь.

Я обратила внимание на то, что мое прошлое снова поднимает свою голову, но на сей раз, у него есть зубы. Можете ли вы сообщить моему другу в Техасе, что он в опасности, и ему нужно защитить себя? Я беспокоюсь и за вас тоже. Извините, что вовлекла вас в это.

К.

Мое сердце болело от одиночества. Я прожила с Роуз и ее сестрой два месяца, а Нили Кейт проводила с нами столько времени, что мне казалось, что я жила и с ней тоже. Я была должна Джеду больше, чем когда-либо смогу вернуть. Они были настоящими друзьями, близкими друзьями, и, вероятнее всего я больше никогда не увижу их снова. Далласский криминальный синдикат моего отца переехал в Арканзас. Кто-то в его организации узнал, что я скрываюсь там, и я была вынуждена бежать. Я провела уже две недели, оплакивая свою потерю, и знала, что должна найти способ двигаться дальше, но в данный момент, я чувствовала себя такой беспомощной.

— Ты расстроена потому, что узнала, что не получишь награду? — спросил Вайатт, стоя на пороге.

Я подскочила, прижав ладонь к груди.

— Ты всегда так подкрадываешься к людям?

— Это мой офис.

Я нажала «Отправить» под электронным письмом и закрыла страницу, затем удостоверилась, что вышла с социальных страничек Шарлин Мур.

— Просто немного взгрустнулось, — сказала я, выходя из VPN и закрывая и эту страницу тоже. — Это были тяжелые двадцать четыре часа.

Я закрыла записную книжку и вернула ее в сумочку.

Он с секунду рассматривал меня, словно тщательно анализировал мой ответ, но я не была ему ничего должна… кроме платы за ремонт моей машины.

— Оценка стоимости готова?

Он прислонился к дверному косяку.

— Не совсем. Похоже, масляный поддон проржавел, и что-то проткнуло его. Дыра была небольшая, так что все масло сразу бы не вытекло. Если ты ехала несколько часов, прокол мог произойти во время поездки, а масло закончило вытекать на смотровой площадке.

Он сделал паузу.

— Ты могла проверить масло утром до того, как отправиться в путь, и щуп показал бы, что все нормально, так что дело не в том, что ты слишком поздно его проверила.

Я коротко кивнула.

— Спасибо тебе. Веришь или нет, мне полегчало.

Я поморщилась.

— Так сколько это будет стоить?

— Ну, мы нашли еще пару проблем. Ремень ГРМ нуждается в замене, а тормоза вот-вот залипнут. Ты замечала проблемы с управлением, когда была на каблуках?

Я поморщилась. Замечала.

Должно быть, он принял выражение моего лица за ответ.

— Если ты не поменяешь ремень ГРМ, машина, может, и доедет до Уилмингтона, но я не хочу отпускать тебя, пока ты не починишь тормоза. Они точно не пройдут государственную проверку, если ты едешь в Северную Каролину.

У меня упало сердце.

— Я поищу запчасти, — сказал он, — но так как это Хонда, они будут стоить дороже.

— Конечно, — сухо ответила я. Когда он принял оскорбленный вид, я сказала: — Я не обвиняю тебя в том, что ты пытаешься обмануть меня. Я знаю, что запчасти некоторых машин стоят дороже запчастей других. Назови мне приблизительную цифру.

Он заколебался.

— Две с половиной тысячи, — затем добавил: — Я не возьму с тебя платы за эвакуатор и как смогу сокращу расходы на новые тормоза. Как я и сказал, я не могу позволить тебе ехать вниз с горы с тормозами в таком состоянии.

Держась за стойку, я закрыла глаза и, сделав глубокий вдох, открыла их.

— У меня нет столько денег.

— Я могу поискать подержанные части, чтобы снизить стоимость.

— Насколько?

— Может, на несколько сотен.

Теперь уже знакомое жжение в моих глазах вернулось, но слезы ничего не исправят.

— Буду честным, — сказал он. — Большую часть этой стоимости занимает труд, но Джуниор… у него есть жена и дети. Я скину тебе стоимость своей работы, но он нуждается в деньгах.

Я покачала головой.

— Нет. Я не посмею просить у тебя скидку за работу. Если ты работал, то заслуживаешь, чтобы тебе заплатили, и, конечно же, я не хочу, чтобы Джуниор или его семья остались без денег.

— Я сообщу тебе новую стоимость ремонта с учетом покупки подержанных частей, — сказал он, уже более мягким тоном.

Я встала со стула.

— Спасибо. Что ж,