Одержимость сводного брата - Елена Гром

— А в кого мне еще верить, — усмехаюсь, и она широко улыбается, заставляя мое сердце нестись галопом туда, где нет границы, нет цели, туда, где мне нет места. Она поднимается, целует меня в щеку и убегает, уже забыв про Фогеля. Чем меня безумно радует.

— Потрясающая, — говорит он ей вслед, и я киваю. А что еще я могу сказать, если он прав. — Бережешь ее для себя?

Этот вопрос выбивает из колеи. Хочется правду сказать, но я молчу, поворачиваюсь.

— Она мне сестра. Родная.

— Всякое бывает.

— А ты почву прощупываешь?

— Ну, нет. Рисковать жизнью и становиться мужем твоей сестры я не хочу.

— Хм, — странно. — Чего это?

— Люди не идеальны. Ошибиться может каждый. И от измен никто не застрахован. А если я оступлюсь и даже случайно обижу эту бабочку, ты меня убьешь, верно?

Я молчу. Еще год назад я бы перегрыз ему глотку, я бы выкрикнул: «Да», — не смей даже думать о ней! А теперь я смотрю на этого Кена и вижу, что сейчас он не врет, не лукавит, не пытается выкрутиться, как делал это в детстве. Он честен, и это подкупает.

— Верно.

Глава 57

Я сам не знаю, зачем, но предложил ему пойти со мной на выступление Миры. Наверное, это был второй шаг к падению в бездну, я словно сознательно отдалялся от нее, а еще хотел проверить, не брешет ли Фогель. Он почти влюбился. Я видел это, знал, что у него участилось дыхание, когда эта бабочка вылетела на лед, когда взмахнула крылышками и запорхала. Я знал это, потому что чувствовал все, но гораздо острее, сильнее, а еще помню свой бред в мельчайших подробностях, порой казалось, я до сих пор в ней, а ее ногти режут мне кожу на спине. И я долбанный извращенец, если возвращаюсь снова и снова на место преступления, туда, где впервые ощутил себя настоящим, туда, где потерял связи с реальностью. Это Мира мне сестра, а мое присутствие в ее жизни только усложнит все, особенно, если она будет смотреть на меня так, как смотрела через экран на мокрое тело, разглядывая тату.

Я цветы не принес, зато Фогель смотался. Хотел мне вручить, но я лишь буркнул:

— Сам подаришь.

И был повод. Моя девочка стала первой. Не нужны ей никакие партнеры, она сама все может, стоило только поверить в себя.

— Честно, по мне немного слащавый вид спорта, — заговорил Фогель, когда мы вышли из дворца. Мира закатила глаза, и этот подхалим тут же исправился. — Но ты выступала, как тигрица.

— Вот так бы сразу. Ну, куда тут можно сходить?

— Вы, ребята, как хотите, а я пойду заниматься. Вы, я так понял, давно не виделись.

Фогель ушел, и Мира, пожав плечами, взяла меня под руку, и мы пошли гулять.

— Ты отдалился от меня.

Вот так с места и в карьер. Она всегда была чересчур прямолинейной. Может, и правда, пора дать ей понять, что тех отношений, когда мы спали вместе, и я спокойно мог себя контролировать, больше не будет? Теперь, находясь со мной, она в опасности, потому что, вкусив наслаждение раз, я вряд ли смогу себя легко сдерживать.

— Это после комы. Я понимаю, ты многое пережил, — хочет она взять меня за руку, я стискиваю до боли ее пальцы, чувствуя, как по венам хлещет адреналин.

— Мира, — я так много готов сказать, еще больше сделать, но перед глазами она. Разбитая бампером проезжающей мимо тачки, поломанная мною, правдою, моей одержимостью. Нахрен ей эта правда не нужна! Ей нужен брат, и я буду братом. Лучшим. Настоящим. Тем, к которому она сможет обратиться всегда. — Просто…

— Просто?

— Просто мы взрослеем. У меня появляются интересы, которыми я с тобой не могу поделиться.

— Девушки?

Хочется скорчить гримасу. Наверное, придется завести девушку или прикинуться геем.

— Девушки.

Она дует пухлые губы, бьет меня кулачком в плечо. Небольно.

— Я так и знала. Кто она? Ты нас познакомишь?

— Я же сказал, — усмехнулся я, чуть наклонившись к негоднице. — Девушки.

— Фу! Я не думала, что ты будешь Казанова.

— А кто?

— Скорее граф Монте-Кристо, который всю жизнь любил лишь одну.

— Ну, это точно не про меня, — поднимаюсь, смотрю по сторонам и подмигиваю засмотревшейся на меня девушке. Мира тут же берет меня под руку и дальше ведет по набережной. Ревниво прижимаясь к боку. А пока она рядом, я могу немного пофантазировать о том, как она требует бросить всех моих телок и быть только с ней.

— А откуда ты этого Ника знаешь? Акцент у него смешной.

Бесит. Но не ответить будет странно.

— Он немец. Учились вместе в военной школе. Когда детьми были. Сначала врагами были.

— Правда? — она широко раскрыла глаза, внимая каждому слову, и я решил рассказать о нем без утайки. Все самые неприятные подробности. Как других подставлял. Как нападал исподтишка. В общем, все, чтобы она не смогла даже подумать о нем в романтическом плане.

Глупо это. Рано или поздно появится кто-то, кто будет с ней рядом. Но может, к тому времени я смогу смириться со своей участью брата?

Но не сейчас. Не сейчас. И это точно будет не Фогель. С ним я не собираюсь водить дружбу.

Но судьба складывается иначе. Рождение брата подкосило меня.

Глава 58

Мирослава

Было так странно видеть отца и мать бесконечно счастливыми. Нет, они улыбались и раньше, но последнюю неделю их было не узнать. Рождение Платона словно ознаменовало новый период в отношениях нашей семьи. Более того, мама даже к Ярославу стала мягче. Спросила, как у него продвигается учеба, поздравила с последней победой. Это удивило нас обоих. Мы даже замерли, когда она с улыбкой всем этим интересовалась.

— О, кстати, Ярослав молчит, но в его команде появился Фогель, бывший враг из военной школы.

— О, тот самый?

— Да, — кивнул Ярослав. — Он стал неплохим парнем. Играет вообще классно.

— Мне кажется, люди не меняются. А в детстве он был премерзким.

— Ну, Мира, — смеется мама. — Ярослав в детстве вообще тебя похитил, а меня пугал, что заберет тебя из семьи.

Маме весело, а мы с Ярославом неловко переглядываемся. Что, значит, заберет? И когда он ей это говорил? И что имел в виду? Ужин закончился, а вопросы остались.

— Ярослав, — я без стука зашла в его комнату, но его не было. Зато открыта переписка с кем-то. Наверное, с девушкой. Мне стало любопытно, и я подошла к экрану. Хм. Фогель И о чем с ним вообще можно разговаривать?

Они общались в основном о хоккее, местах, в которые пойдут вместе, девушке Ника. И когда только успел? А еще обо мне. Но ничего криминального. Лишь