Простить невозможно забыть - Ника Горина

Дмитрий выдохнул и осторожно лег рядом с девушкой.

Катерина тяжело дышала. Она натянула на себя плед.

— Иди ко мне, — он раскрыл для нее объятья, и девушка прижалась к нему, положив голову на плечо.

Дмитрий закрыл глаза. Ему не хотелось думать ни о чем. Катя, его Катя была в его руках. Этого было достаточно.

Он проснулся поздно ночью. Огонь в камине почти догорел, и в комнате стало прохладно. Катя крепко спала, закутавшись в плед. Он осторожно встал, стараясь не разбудить девушку, и снова разжег камин.

Когда огонь разгорелся сильнее, он вернулся к Кате. Они так и спали на полу перед камином до самого утра.

Катя проснулась первой. Дмитрий спал рядом, крепко обнимая ее. Девушка улыбнулась и погладила его по небритой щеке. И вдруг он перехватил ее руку и поднес к губам. Катя улыбнулась.

— Доброе утро, — произнес он, целуя каждый ее пальчик.

— Привет, — прошептала Катя.

— Не замерзла ночью?

Девушка покачала головой. Она смотрела на него с такой нежностью. Глаза ее сияли.

Дмитрий притянул ее к себе и поцеловал. Желание обладать ею снова разгорелось в нем.

Он осторожно провел по ее лицу кончиками пальцев, от брови до губ.

Катя оттолкнула его руку и засмеялась, закрывая лицо руками.

— Щекотно, Дим.

Он улыбнулся. Впервые она назвала его по имени. И это прозвучало так естественно и тепло.

Они снова занялись любовью.

Весь день они провели в доме. Попарились в сауне, погуляли в лесу. Дмитрий сам готовил еду. Катя за это время пыталась научиться готовить, но пока у нее получалось не очень.

В город они вернулись поздно ночью.

— Ложись спать, — произнес Дмитрий, когда они вошли в квартиру. — Тебе завтра в школу. Я отвезу тебя.

— А ты не пойдешь со мной? — Катя протянула ему руку, улыбаясь.

— Ты хочешь, чтобы я спал с тобой? — Дмитрий взял ее за руку.

— Я думаю, тебе больше нет надобности спать на диване. Или я ошибаюсь? — Катерина заглянула в его глаза.

— Ты права, — улыбнулся он, обнимая девушку и заводя ее руки ей за спину.

На следующий день Дмитрий забрал Катерину после школы. И они вместе приехали в клуб. Всю дорогу девушка улыбалась ему. Она вся светилась от счастья. За выходные накопилось много счетов и документов, с которыми требовалось разобраться как можно скорее.

Глеб вошел в кабинет Дмитрия.

— Я что-то пропустил? — спросил он, вглядываясь в лицо друга.

— О чем ты? — Дмитрий сидел за столом, перебирая бумаги.

— Катя переехала в твою спальню?

— Что? — Дмитрий поднял глаза.

— О, вот только не надо делать вид, что ты не понимаешь, — Глеб опустился на диван. — Видел Катерину внизу. Она вся сияет. Просто порхает по залу. Никогда ее такой не видел. Да и твои глаза блестят, как начищенные пятаки. Вы спите вместе?

— Не думаю, что тебя это касается, — ответил Дмитрий.

Глеб усмехнулся.

— Не ты ли всегда говорил, что она ребенок, и все такое…. А сам уложил ее в свою постель.

— В чем проблема? — Дмитрий внимательно посмотрел на друга.

— Проблема в том, что Катя не девочка для забав.

— Я никогда не считал ее такой.

— Тогда какого хрена ты спишь с ней? Мало тебе шлюх? Иди в VIP-зону! — Глеб повысил тон.

— А какого хрена тебя это волнует? Какая тебе разница, с кем я сплю?

Дмитрию этот разговор не нравился. Последние дни были волшебными. Его Катя была рядом с ним. И он не понимал, почему Глеб все это омрачает и вообще в это вмешивается.

— Давай начистоту, — произнес Глеб. Он встал с дивана и налил себе виски. — Мне нравится Катя, она милая, очаровательная девочка. А если быть совсем честным, я, пиздец, как раскаиваюсь, что сделал с ней. Что мы все сделали с ней.

— Я прекрасно знаю, что мы сделали.

— Тогда какого черта, Дим? Какого дьявола ты с ней связался?

— А тебе не приходило в голову, что я люблю ее?

— Нет, не приходило. Какая любовь? Ей семнадцать, тебе почти сорок. Ты в отцы ей годишься!

— Мне плевать, что ты думаешь! — Дмитрий тоже налил себе виски.

— Она этого не заслуживает, — произнес Глеб.

— Чего? Любви?

— Да какой к черту любви? Ты никогда никого не любил.

— Да, верно. Никогда и никого. Но Катя… это другое.

— Не будь дураком. Ты знаешь, кто мы. И у таких, как мы, два пути: смерть или тюрьма. То, что мы еще живы и на свободе, это временно и говорит лишь о нашей удаче. Не более. Не втягивай Катерину во все это.

— Я не отпущу ее.

— Она погибнет вместе с тобой.

— Я смогу ее защитить.

— Зачем она тебе? Она же девчонка!

— Чего ты хочешь? К чему этот разговор?

— Я хочу, чтобы для нее все закончилось. Летом истекает ее контракт. И она может уйти, оставить все это и забыть, наконец, обо всем. О нас.

— Я не отпущу ее, — снова повторил Дмитрий.

— Ты привязался к ней за это время, я понимаю. Ты винишь себя за то, что привез ее в ту ночь. Это не любовь.

— По-твоему, я не могу отличить привязанность и вину от любви?

— Дима, послушай…

— Я давно ее люблю. Но я не трогал ее. Я ни слова ей не говорил. И никогда не намекал на свои чувства. Я был готов отпустить ее после завершения контракта.

— Что изменилось? Как вы оказались в одной постели? Как она вообще смогла быть с тобой после той ночи?

Дмитрий и сам не знал. Хоть они долгое время и жили вместе, ели за одним столом, Катерина не подпускала его слишком близко. Да, она терпела его прикосновения. Именно терпела. Он всегда чувствовал, что она вздрагивала, когда он случайно прикасался к ней. Если он делал резкий шаг в ее сторону, она отступала. Единственный раз, когда она позволила себя обнять, был в тот вечер, когда она узнала о своей настоящей семье.

Но там… в доме у озера… она так доверчиво прижалась к нему. Да, она выпила. Он сам дал ей коньяк. Но она не могла опьянеть от одного бокала настолько, чтоб не контролировать себя.

Или она настолько замерзла в ледяной воде, что просто пыталась согреться? Но не таким же способом!..

Она была с ним и на следующий день. И после в его квартире, когда они вернулись в город. Она сама позвала его в свою кровать. И была с ним всю ночь. В ее глазах