Охота на Белку - Галина Кор

Я хочу, чтобы все прекратилось прямо сейчас. Чтобы все замолчали. И оставили меня в покое.

И тут, сама от себя не ожидая, поворачиваюсь к Антону и говорю:

— Я еду.

— Правда? — искренне удивляется Антон. — Здорово. Ты не пожалеешь.

Честно? Я уже жалею. Но на данном этапе, я просто хочу сбежать от всех навалившихся сегодня на меня проблем. Согласна, не лучший вариант я выбрала, но… какой под руку подвернулся, тем и воспользовалась.

— Все, ребятки, — обращается Антон к ругающимся, — вы тут разбирайтесь, а мы улетаем.

— Куда? — удивленно приподнимает брови Прохор.

— Раньше третьего января Беллу не жди, мы в отпуск. Вы тут пока разберитесь, — Антон взмахивает рукой в воздухе, — кто беременный, кто остается… Все, давайте по домам, а то вы так до утра будете о пустом разговор вести. Иди, переодевайся и поехали, я тебя отвезу домой, чемодан паковать, — и подталкивает в нужном направлении.

Собираюсь быстро.

Выхожу обратно в зал. Нины уже нет. Прохор закрывает кассу, грустная Ира сидит за барной стойкой.

— Белла, ты только не расстраивайся, — принимается успокаивать Ира.

— Ира, у меня разболелась голова, давай потом это обсудим, а?

— Ладно. Ты правда собираешься ехать с Антоном? — переходя на шепот, интересуется она.

Я лишь пожимаю плечами и машу на прощанье рукой.

Антон ждет меня в машине. Мне хочется пройти мимо или просто испариться, но он наклоняется и распахивает мне дверь, приглашая внутрь.

Всю дорогу он тарахтит, как старый трактор. И бу-бу-бу и бу-бу-бу… И так классно будет, и так весело, а как там красиво, и компания отличная, и новогодняя программа, и… А мне хочется его треснуть, чтобы замолчал, а лучше выскочить на ближайшем светофоре и бежать, далеко и быстро.

Набираюсь смелости и говорю:

— Антон, послушай, — а он продолжает свой монолог, не обращая внимание на то, что у меня прорезался голос, — да замолчишь ты в конце концов или нет, — гаркаю я на весь салон.

— Ой, прости, занесло меня на радостях. Говори, я тебя внимательно слушаю.

— Антон, ты прости… я, наверное, погорячилась, дав тебе согласие на поездку. Это как-то неправильно с моей стороны, пользоваться… — черт, как же правильно выстроить фразу, чтобы не сильно обидеть и культурно послать.

— Ничего не знаю, — спокойно отвечает он, — билеты уже куплены, так что ты летишь. Знаешь, как говорят: «Крутись как хочешь, завтра похороны».

— В смысле, — меня просто накрывает бешенство, от только что полученной информации, — ты хочешь сказать, что купил билет на мое имя до моего согласия?

— Да.

— Ам… а… Значит ты был заранее уверен, что я соглашусь?

— Процентов на семьдесят.

— А остальные тридцать?

— Уболтал бы, — и поворачивает довольную рожу в мою сторону.

И почему у меня нет длинным когтей? Мне захотелось кинуться на него и расцарапать его самодовольную мордашку.

— Я точно завтра не поеду ни-ку-да, понял, — грозно произношу я.

— Не поедешь, а полетишь. Я специально приеду пораньше. Помогу собрать тебе чемодан, — я только хотела открыть рот, что не открою ему дверь, — а если не откроешь дверь, то буду так громко тарабанить, что спустятся все соседи, приедет полиция, а потом и скорая.

— А скорая-то зачем?

— Так для соседей.

— Это что, шантаж?

— Он самый.

— Ну и гад ты, Антоша… — устало откидываюсь на спинку кресла.

— Ой, наговариваешь ты на меня, Белочка. Я — милый парень, душа компании и мечта всех барышень. Как тебе со мной повезло!

Глава 37

Белла.

И вот я стою в аэропорту.

Всклокоченная, недовольная, с угрюмым лицом, но… стою.

Антон просто не оставил мне выбора. Он реально приехал рано утром. Сначала трезвонил в дверной звонок, попутно названивая на телефон, а когда я услышала первый «БАХ!» кулаком в мою дверь, вспомнила о ворчливой бабке-соседке, которая следила за моим передвижением с работы-домой через приоткрытую щель в двери, быстро подскочила и распахнула входную дверь.

Не знаю, что больше его насмешило: мой заспанно-перепуганный вид или пижама в ми-ми-мишка, но хохотнув, он отодвинул меня в сторонку и прошел в квартиру.

— Я так и думал, — подвел он итог, осмотрев комнату, — чемодан ты и не думала собирать. Ну-с… приступим, — потирая ладоши, сообщает он мне.

С видом делового гуся, подходит к шкафу, распахивает дверцы и принимается вытаскивать вещи.

И тут я окончательно просыпаюсь и у меня появляется голос.

— Ты в край охамел, Антон! Положил мои вещи на место и сделал два шага назад, иначе… — сжав кулаки, сообщаю этому наглому типу.

— Иначе, что? — удивленно приподнимает бровь.

Ага, иначе, что? Если бы я знала сама!

— Полицию вызову!

Тут первую приподнятую бровь, догоняет вторая, пауза, и хохот. Антон сворачивается пополам и заливается до брызг слез из глаз.

А мне почему-то не смешно… А, как в детской поговорке, обидно, только не понятно в этой ситуации, кому говно, а кому повидло.

— Ой, Белочка, — отсмеявшись, говорит Антон, — ты так больше не смеши меня, а то у меня инфаркт от такого ржача может приключится. Иди, — подталкивает он меня в спину в сторону кухни, — сделай мне кофейку, а я быстренько упакую твой чемоданчик.

— Ты что, будешь рыться в моем белье?

— Не переживай, я выберу самое красивое, на свой вкус, — ну разве не хамло!

— Нет у меня красивого.

— Нет, — невозмутимо говорит он, — купим.

— Антон, почему в данную минуту, мне хочется тебя придушить? — задаю логичный вопрос.

— Это временно, поверь, — глаза честные-пречестные, — потом, когда ты увидишь, как красиво там, туда я тебя везу, тебе непременно захочется меня расцеловать.

— Не буду я делать тебе кофе, облезешь, — зло бросаю и иду в ванную комнату.

Я просто уверена, что он не оставит меня в покое, сгребет, и в пижаме доставит до трапа самолета.

Залетаю в ванную и закрываю дверь на щеколду. Намазываю пасту на зубную щетку и с психом, принимаюсь их наяривать. С таким напором, моя зубная эмаль скоро истончится, а зубы раскрошатся, надо заканчивать это дело. Скидываю пижаму и делаю шаг в душевую кабинку.

Легкий стук в дверь и я вздрагиваю.

— Спинку потереть? — слышу из-за двери елейный голосок Антона.

— Перебьешься, — шиплю в ответ и захлопываю дверцы.

Пока моюсь, чихвостю и в хвост и в гриву всех мужиков. Конечно, в лице особенно двух надоедливых.

И тут, меня озаряет. Хочет, чтобы я поехала? Да ради бога! Я тебе устрою, Антоша, новогодние праздники. Век будешь помнить!

Выхожу из ванной в более приподнятом настроении, точнее, настрой — боевой.

Антон, судя по запаху, варит себе кофе на кухне, а я, быстро