Притяжение красоты - Фрида Митчелл

В субботу Федерико не прилетел и даже не позвонил. Но в характере Маргарет появилась новая черточка — она отнеслась к случившемуся спокойно. Не терзала себя бессмысленным анализом своих поступков, не кусала губы, не плакала. Что говорить, несколько дней волшебной сказки и так были подарком судьбы. Сказки не становятся явью и в этом их прелесть.

День был ненастный, в толстом пушистом свитере фигурка Маргарет, спешащей по набережной квартала Кристиансхавн на деловой завтрак с редактором журнала мод, казалась еще стройнее и тоньше. Холодный ветер с моря заставлял низко пригибать голову. И вначале женщине показалось, что к ней бросился городской сумасшедший: так нелепа была фигура в долгополой куртке, в шапочке, натянутой на самые брови, с двумя велосипедами, висящими на плечах.

— Маргарет, это называется лето? Привет! Если ты не согреешь беднягу-южанина, я погибну!

— Федерико! Поехали греться! — потянула к себе велосипед Маргарет. — Как родители?

— Все нормально, а какие новости у тебя?

— Карен позвонила и рассказала, что собирается выйти замуж за Феликса. Помнишь, я тебе говорила: он — компаньон по ресторанному бизнесу сестры. Лучшего отца для Рикардо не найти.

Федерико вертел головой по сторонам, рассматривал краснокирпичные стены домов, баржи и яхты, стоящие на канале. Задирал голову на островерхие крыши соборов.

— Молодец Карен, рад за Рикардо. Красиво здесь, но у нас в Толедо лучше! Куда мы едем?

— В «Толедо»! — без тени улыбки произнесла Маргарет.

В крохотном одноместном номере гостиницы «Толедо», окошко которого выходило на пристань Гаммель Странн, было уютно и тепло. Федерико с блаженным видом вытянул длинные ноги.

— Выгляни в окно, видишь, к этой пристани швартуются катера, которые возят туристов. А справа видна церковь Хольменскирке, в 1619 году она была перестроена из якорной кузницы по приказанию короля Кристиана IV, начала быстро говорить Маргарет, когда они остались наедине. Нет, она все еще боялась его, поэтому превратилась в гида-самоучку.

— Маргарет, у меня самолет через два часа!

— Как раз успеешь осмотреть церковь, милый. А у меня важная встреча с редактором, боюсь, что не успею тебя проводить.

Она наклонилась и поцеловала его губы, расплывшиеся в улыбке. Господи, она снова как в омут прыгнула.

— Через неделю я сама прилечу к тебе, милый! — выдохнула после длинного поцелуя Маргарет.

— И совершишь ошибку, — в субботу я буду в Гонконге. Запомни число — наша свадьба состоится семнадцатого июля. А помолвка — немедленно! — Федерико полез в карман куртки, вытащил замшевый футляр и раскрыл его. Казалось, вся комната осветилась от сверкнувшего ограненного камешка на колечке, украсившего палец Маргарет.

Нарядная толпа гостей, среди которых были Ник, Иона, Феликс, Карен, Рикардо — любимые, лучащиеся радостью лица! — окружала прекрасную пару. Какими счастливыми выглядели Камилла и Бартоломео, будто женился не их сын, а они сами. Прекрасный день, волшебный день, сказка, ставшая явью.

От церкви кортеж автомобилей двинулся к дому родителей Федерико, у подъезда которого возвышались шесты с разноцветными лентами. На ступенях лестницы, на газонах, всюду стояли гости, и каждый умудрялся осыпать молодоженов рисом, конфетти и лепестками роз. Опускались сумерки, везде вспыхнули фонари. Оркестр был готов играть без устали, шампанское лилось рекой. У Маргарет голова шла кругом от поздравлений, от шампанского, от близости мужа, крепко держащего ее за руку.

— Скажи что-нибудь! — Она подняла счастливые глаза.

— Не хочу говорить, — тихо ответил Федерико. — Лучше я что-нибудь сделаю! Бежим отсюда!

Ночь уже вступала в свои права, на темном бархате неба вспыхивали звезды, фары несущегося по дороге спортивного автомобиля высвечивали придорожные деревья.

— Еще быстрее! Быстрее! — смеясь, приговаривала Магги. — Тащимся как черепахи!

— Ладно, признаюсь, — сказал Федерико. — Мне сегодня в первый раз стало страшно, подумал, что мы никогда не останемся наедине.

— Сколько же было гостей?

— Тысяча, — ответил коротко он, подумал и уточнил:

— Или две. Но в моем, то есть в нашем доме, никого не будет, кроме нас с тобой. Его голос был такой глубокий, что напоминал Маргарет рычание доброго животного, такими голосами разговаривают львы в зоопарке Копенгагена. Маргарет представила Федерико, сидящего в клетке, и фыркнула от смеха.

Завизжали тормоза, автомобиль чуть было не ткнулся в стену дома. Сбросив на ходу изящные туфельки, молодая женщина вбежала в холл и повернула сияющее лицо к своему мужу.

— Я тебя больше не боюсь!

— Неужели? — Федерико скорчил ужасную рожу:

— Сейчас проглочу!

— Попробуй!

Она закрыла глаза и шагнула навстречу Федерико. Какие у него губы! Поцелуй длился столетие. Сильные, но такие нежные руки ласкали плечи и спину женщины.