Жена моего мужа - Адель Паркс

Понедельник, 9 октября 2006 года

— Ты куда? — Хенри стоит в дверях моей спальни. Он все еще не в пижаме, хотя должен был вымыться уже минут сорок назад и я раз десять напоминала ему переодеться в пижаму. — Ты снова уходишь? — Он говорит точь-в-точь как мой отец и точно так же поднимает к небу глаза. — Тебя никогда нет дома.

Он висит на дверной ручке. Я велю ему выпрямиться и соображаю, что сказать в свое оправдание.

Неправда, что меня никогда нет дома, тем не менее моя социальная жизнь стала очень оживленной с тех пор, как я пошла на курсы автомехаников. За двадцать дней я была «на выходе» семь раз. Прежде я умудрялась выбираться из дому приблизительно раз семь каждые два с половиной года. Я трижды ходила на курсы, причем два раза задержалась после этого выпить кофе со Сьюзен и Хелен, дважды была на собрании родительской ассоциации и два раза на свидании. Сегодня мое третье свидание. Я иду на встречу с Ианом. Иан оказался единственным из восемнадцати мужчин, откликнувшихся на мое объявление в Интернете, об отношениях с которым я готова серьезно подумать. Шестнадцать откликнувшихся предложили «жить в свое удовольствие», хотя не всегда в такой вежливой форме, один предположил, что мне нужен секс (именно с ним, причем лучше всего в среду днем с двух до трех). Последним откликнулся Иан, сообщивший, что тоже интересуется предметами старины.

Да, на этой неделе я решилась и поместила собственное объявление на сайте знакомств, который разыскала Конни.

Составлять текст оказалось очень трудно. Я буквально вымучила пару строк. Естественно, все закончилось коллективным творчеством, и мое чувство собственного достоинства никто не щадил.

— Думаю, ты вполне сойдешь за тридцатипятилетнюю. Фактически это означает чуть за тридцать, так что вполне можно поставить галочку на пункте «25–30 лет», — заявила Конни, одним махом отсекая десять лет моей жизни.

— А я считаю, что нужно говорить правду, — не согласилась Дейзи. — На какие отношения можно рассчитывать, если начинать с обмана?

— Если Роуз признается, что ей скоро сорок, не будет никаких отношений, — зловеще отозвалась Конни. — По крайней мере, с приличным мужчиной. Она сказала, что не хочет сидеть у постели лежачего больного или катать инвалида в кресле по Борнмуту[22], ведь так?

— Именно так она и сказала. Вы не забыли, что я сижу здесь, с вами? — напомнила я о себе. — Ладно, я не против убавить пару лет, если это поможет, — добавила я, удивив и себя, и всех остальных.

— Так ты привлечешь только пустышек, — предупредила Дейзи.

Поскольку я считала, что других и не бывает, ее слова меня не обеспокоили.

— О'кей, что ты хочешь сообщить о себе? — спросила Кон.

Ожесточившаяся и разочарованная из Холланд-Парка — вот самая точная характеристика, но боюсь, такое описание Конни не одобрит. Я промолчала.

— Итак, каким ты видишь своего идеального мужчину?

— Мне не нужен ни пьяница, ни курильщик, ни актер.

Конни начала набирать текст.

— Не хочу, чтобы он тянул за собой груз прошлой жизни — никаких детей и разводов. Не хочу никаких двусмысленностей в том, что касается сексуальных пристрастий. Не хочу быть ширмой для скрытого гомосексуалиста, который не решается рассказать родителям правду о себе.

— Ты насмотрелась сериалов, — заключает Льюк.

— Мне не нужен мужчина с аллергией на продукты, это утомительно. Мне не нужен такой, кто все еще живет с родителями. Мне не…