Любят только раз - Джоанна Линдсей

— Конечно, она не древняя старуха, — поправилась Реджи, — и для своих лет прекрасно сохранилась. Но какое у вас к ней дело?

— Не к ней, а к ее мужу.

— Он же умер.

— Умер? Умер! — Джеймс оторопело уставился на Конни. — Проклятие! Он не мог умереть!

Реджи тоже непонимающе глядела на Конни.

— У них были кое-какие счеты, — пояснил тот. — Но, видно, судьба распорядилась иначе.

— Когда он умер? — резко спросил Джеймс. — Как это случилось?

Реджи встревожилась:

— Как он умер, не знаю, а случилось это несколько лет назад.

Джеймс и Конни вдруг начали хохотать, чем окончательно сбили Реджи с толку.

— Ах, милая, ты меня чуть совсем не запутала, — сказал дядя. — Мы с тобой, похоже, говорим о разных людях. Мне нужен молодой виконт.

— Николас Эден?

— Ну вот. Ты с ним знакома?

— И очень хорошо.

— Ты, возможно, знаешь, где он сейчас? Никто о нем не слышал, и я уже все обыскал. Клянусь Богом, мальчишка прячется от меня, и ясно почему.

— Боже мой! — ахнула Реджи. — Так вы похитили меня, чтобы использовать как приманку для Николаса?

— Не тебя, — возразил Джеймс. — Эти идиоты решили, что ты жена Эдена.

Реджи придвинулась ближе к Конраду, глубоко вздохнула для храбрости и неуверенно сказала:

— Дядя Джеймс, ваши люди не ошиблись.

— Что?

— Никакой ошибки нет. Я — жена Николаса Эдена.

В комнате повисла зловещая тишина. Джеймс застыл как громом пораженный. Конрад прижал Реджи к себе, и оба приготовились к гневу Джеймса. Но прежде чем разразилась гроза, дверь отворилась и в комнату вошел черноволосый юноша.

— Генри сказал мне, что вы моя кузина. Это правда?

Джеймс сверкнул на него глазами:

— Не сейчас, Джереми! Мальчик отпрянул.

— Нет! Не уходи, Джереми. — Реджи схватила его за руку и втащила в комнату. — Дядя Джеймс сердит на меня, а не на тебя.

— Я не сержусь, Реган, — ответил Джеймс, с трудом сдерживая гнев.

— Нет, вы готовы кричать и топать ногами от ярости.

— Я не собираюсь кричать на тебя! — взорвался Джеймс.

— Я так и думала, — заметила Реджи. Джеймс открыл рот, потом закрыл и тяжело вздохнул. В его взгляде, обращенном к Конраду, ясно читалось: «Раз вы заодно, я сдаюсь».

Конрад представил молодых людей друг другу:

— Джереми Мэлори, леди Регина Мал… то есть Эден, графиня Монтьет.

— Дьявол меня раздери! — ухмыльнулся Джереми. — Так вот почему он рвет и мечет.

— Кажется, он не в восторге от… ладно, не будем об этом. — Она улыбнулась юноше, такому же черноволосому и голубоглазому, как и она. — Только сейчас я разглядела тебя как следует. Господи, да ты же вылитый дядя Тони в юности! — Она обернулась к Джеймсу:

— И вы хотели навсегда скрыть его от нас, дядя?

— Это вовсе не секрет, — хмуро отозвался тот.

— Но в семье никто не знает.

— Да я сам узнал о нем только пять лет назад, когда уже поссорился с братьями.

— Вы должны были рассказать мне при нашей последней встрече.

— У меня тогда не было времени, Реган. Представь, если бы я сказал: «Кстати, у меня есть сын». Ты бы замучила меня бесконечными вопросами, а Джейсон послал бы слуг разыскивать тебя и нашел бы меня.

— Наверное, вы правы. Но как вы его нашли? Это случилось пять лет назад?

— Чуть раньше. Мы столкнулись с ним в одной портовой таверне, где он работал.

— Видела бы ты физиономию своего дядюшки, попрыгунья, когда он заметил мальчишку, — улыбнулся Конрад. — Он показался ему знакомым, хотя не знал почему. Джереми тоже не сводил с него глаз.

— Я его сразу узнал, — вставил юноша. — Правда, я никогда его не видел, но мама часто мне про него рассказывала, и я бы признал его из тысячи. Потом наконец осмелился спросить, не он ли Джеймс Мэлори.

— Можешь представить его реакцию, — усмехнулся Конрад. — В порту он известен только под именем капитана Хоука, а этот пострел называет его настоящее имя и в довершение ко всему говорит, что он его сын! Но Хоук не засмеялся. Он хорошенько разглядел мальчишку, задал ему кучу вопросов, и будь я проклят, если в тот вечер он не почувствовал себя счастливым отцом!

— Значит, у меня появился еще один кузен, почти взрослый, — улыбнулась Реджи. — О, это замечательно! Добро пожаловать в нашу семью, Джереми.

Тот был ростом почти с отца, который, в свою очередь, был значительно выше Реджи. Она встала на цыпочки, чтобы поцеловать юношу, и чуть не задохнулась, когда он стиснул ее в объятиях.

— Хватит, Джереми, пусти. Джереми! Паренек отступил.

— А кузены могут пожениться? — спросил он. Конрад загоготал, Джеймс нахмурился, Реджи покраснела. Ей стала понятна цель крепкого объятия.

— Еще один повеса в семье, дядя Джеймс? — спросила она.

— Похоже, — вздохнул Джеймс. — Рановато он выучился таким фокусам.

— Он следовал твоему примеру, — ввернул Конрад.

— Ему давно пора спать.

— Чтоб мне сдохнуть! — запротестовал Джереми.

— Делай что тебе говорят, — сурово приказал Джеймс. — Еще успеешь насмотреться на кузину утром, если будешь вести себя прилично. Запомни, она твоя кузина, а не портовая девка.

После такой взбучки любой бы смутился, но только не Джереми. Он хитро подмигнул Реджи:

— Я буду мечтать о тебе, милая Реган. Все ночи напролет.

Реджи чуть не расхохоталась. Дерзкий мальчишка! Она сдвинула брови и строго произнесла:

— Не будь таким несносным, кузен. Ты прижимал меня к себе достаточно крепко, чтобы почувствовать результаты моего замужества.

Сказав это, она прикусила язык. Джереми бросил взгляд на отца и попятился к, двери, а Реджи приготовилась к обороне. Без сомнения, Джеймс понял ее намек.

— Это правда?

— Да.

— Черт бы его побрал! Как же так, Реган? Как, черт возьми, могло случиться, что ты вышла замуж за этого… этого…

— Вы говорите, как Тони, — перебила она. — Вам не терпится разорвать Николаса в клочья. Ну так разыщите его, поделите между собой, разрежьте на кусочки, убейте. Чего вы ждете от меня? Он — мой муж и отец моего ребенка.

— Полегче, егоза, — мягко сказал Конрад. — Теперь дядя знает, что ты вышла замуж за этого малого, и не станет больше за ним охотиться.

— Что это за охота? Дядя Джеймс, объясните мне.

— Это длинная история, милая, и…