Russian леди лучше всех на свете - Алина Кускова

На самом деле была ее квартира, перевернутая вверх дном.

Оля ходила среди разбросанных вещей и поражалась, кому понадобилось ее грабить. Впрочем, если связать того наркомана из темного подъезда и эти разбросанные вещи, то ответ напрашивается сам собой. Искали наркотики! Кто-то считает ее наркоманкой! Она бросилась к зеркалу и принялась разглядывать свою опухшую физиономию. Да, действительно, сегодня некоторое сходство, как говорится, налицо. На лице. Но кому это понадобилось? Наркоманам, которым не хватает средств на покупку героина. Они искали героин у нее. Очень смешно, лучше бы искали миллион.

Оля наводила порядок до вечера, заодно сделала генеральную уборку. Физическая работа отвлекала от дум. Это было просто необходимо – не думать. К чему забивать голову несбыточными надеждами? Бессонов даже не позвонил, а мог бы поинтересоваться ее здоровьем. Оставил ведь фактически умирающую.

– Жуть, – подтвердила Ольгины опасения Семенова, заглянувшая после работы к подруге. – Краше в гроб кладут! Что он с тобой сделал?

– А по-моему, очень симпатично, – улыбнулся девушкам Паша Птицын, пришедший вместе с Капой.

– Думаешь? – пригляделась подруга. – Ну, если только разглядывать в профиль.

– Не нужно меня разглядывать! – испугалась Оля. – Я вчера напилась, впервые в жизни.

– Зачем ты это сделала? – искренне удивился Пашка.

– Хотела расслабиться, – призналась Оля, – и получить удовольствие…

– Ты перепутала Бессонова с сексуальным маньяком, – авторитетно заявила Капа. – Это в руководстве «Как противостоять маньяку» говорится, что с ним нужно расслабиться и получить удовольствие.

– Хорошенькое противостояние! – усмехнулся Пашка. – Я бы не читал такие руководства.

– А я и не читала, – поспешила уверить его Капитолина. – Так, глянула мельком. Где записка? Я бы на нее тоже посмотрела и по закорючкам и росчерку пера определила бы его подлую сущность.

– Записку я не взяла, – сказала Оля. – Лишнее напоминание…

– Лишнее?! – возмутилась Капитолина. – Глупости! Иди на кухню, свари для Пашеньки кофе, а я тут кое-кому кое-что напомню.

И Капа так ласково улыбнулась Птицыну, что Оля и без слов поняла, что бои на их любовном фронте приближаются к победе.

Пока Оля беседовала с Павлом на кухне о недостатках отечественного автопрома (это была их любимая тема), Капитолина позвонила в офис Бессонова. Трубку, как и положено, сняла секретарша, узнавшая собеседницу с первого слова. С глубоким сочувствием она сообщила, что шефа нет на месте, не было целый день, где он слонялся, ей неизвестно и она знать не знает, когда он появится.

Капитолина решила не сообщать подруге подробности. Не приведи господь, господин Бессонов сбежал от нее на край света, бросив квартиру, бизнес и связи. Такое бывает, Капитолина это знает. Один их одноклассник сбежал от своей невесты в военкомат. Там его побрили и призвали в армию, из которой теперь невозможно вернуться. Каждый год он подписывает сверхсрочные контракты. Невеста давно вышла замуж за другого, а он все боится появляться на родной улице.

Можно, конечно, подкараулить Бессонова возле квартиры, которую Оля по неосторожности просто захлопнула и не взяла с собой ключи. Но это придется делать утром, часов в пять, это любимое время возвращения преступников на место преступления. Встретить, прижать к стенке и… И что? Пирогова согласится выйти замуж только после его добровольного положительного ответа. Возможно, она права. К чему лишнее напоминание? Лучше вообще забыть этого неудачника!

– Как вкусно пахнет! – принялась восторгаться Капа, едва зайдя в кухню.

– Ну? Как? – поинтересовалась Оля, догадавшаяся, зачем подруга задержалась у телефона.

– Придет завтра утром, – беспечно заявила Семенова, махнув рукой.

– Куда придет? – обрадовалась Оля.

– Как куда? – пожала плечами Капитолина. – Ко мне в квартиру. Я сантехника вызывала, кран потек.

– Зачем сантехника? – обнял Капу за плечи Паша. – Я сам все починю. Не нужны нам сантехники.

– Не нужны, – процедила Оля, словно в чем-то себя убеждала.

– Вот именно! – Капа освободилась от объятий Птицына и чмокнула его в гладко выбритую щеку. – Никто нам не нужен! Подумаешь, строит из себя принца. Видали мы таких принцев, да у нас таких штабелями уложить можно прямо перед подъездом… Паша, не слушай, это я для Ляльки говорю. Это у нее перед подъездом в штабеля мачо складываются, а принцы один за другим приезжают на белых «Мерседесах»… – Она выглянула в окно. – Я ничего не утверждаю, – мрачно заметила Капа, – но, по-моему, под твоими окнами припарковалась та самая иномарка, которую мы трижды били. Во всяком случае, очень похожая.

– Где?! – воскликнула Оля и одним прыжком подскочила к окну. – Стемнело, – вздохнула она, – плохо видно. А вдруг это действительно он? Что мне делать? Что делать-то?!

И Оля заметалась по малюсенькой кухне. Для того чтобы она случайно не врезалась в плиту или холодильник и не покалечилась, Паша быстро открыл дверь в комнату.

– Что делать-то?! – выбежала в комнату Оля и скрылась в глубинах шкафа.

– Помирать от радости, – укорила ее подруга и покачала головой.

– Да ладно тебе, Капочка, – сказал Паша, – она же его любит.

– Думаешь? – с сомнением произнесла Капитолина и заглянула в комнату. – Она ведет себя как-то неадекватно, ты не находишь?

– Нашла! Нашла! – радовалась Оля, тряся перед подругой кружевным топом.

– Слишком вызывающе, – скривилась Капитолина. – Он подумает, что ты хочешь его соблазнить.

– А я действительно этого хочу!

– Что ты говоришь! – взмахнула Капитолина руками и упала на диван, как подбитый хулиганами воробей. – Где твои принципы, Пирогова?

– Когда я вижу Бессонова, – призналась Ольга, – то становлюсь такой беспринципной! Я отпускаю все свои принципы и становлюсь свободной.

– А совесть? – схватилась за эту мысль подруга. – Как у тебя с совестью?

– С ней все в порядке! Я ее тоже отпускаю! – кружилась с легкомысленным топиком в обнимку Оля.

– Очень хорошо, – подозрительно быстро обрадовалась Капа. – Значит, мы можем поделить чужой капитал.

– Нет, – Оля остановилась. – Этого мы сделать не сможем. Это же чужие деньги!

– Какие деньги, девчонки? – к ним подошел Паша. – Вы о чем?

– У Пироговой в машине кто-то забыл миллион, – как о чем-то неважном, сообщила Капитолина. – Я говорю, что ей оказали адресную благотворительность, а она не верит и собирается вернуть деньги владельцу.

– Бывает же такое! Вот не повезло. Если это правда, – прищурился Птицын, – то вам обеим грозит опасность. Такие большие суммы не теряют просто так. И, конечно, не дарят адресно. За них беспощадно убивают! Что вы наделали? Я знаю, у меня в такси тоже несколько раз оставляли ценные вещи – но за ними всегда возвращались. Попадались такие преступные личности… Деньги лучше всего отнести в милицию.