Средиземноморский роман - Софи Уэстон

— Боюсь, придется, — холодно произнес он. — Я не намерен заниматься с тобой любовью на полу кабинета. Или даже на этом милом столе.

Челюсть Кристины отвисла.

— Заниматься любовью? Да как ты смеешь!.. — слабо возмутилась она.

Люк улыбнулся, но улыбка не коснулась глаз.

— Мужчина в отчаянии смеет все что угодно, Кристина. Ты не оставила мне выбора.

Кристина обомлела. В отчаянии?

— В конце концов, неужели нельзя было связаться со мной? Я оставил свой личный телефон у того владельца кафе, но ты даже не искала.

Хитроумный, лживый Люк в отчаянии?

Она откашлялась.

— Откуда ты знаешь, что не искала? — Это прозвучало как стон.

— Мой агент проверил это в первую очередь. Хотли ездил по твоему адресу в Италии. Как я уже говорил, впустую.

Она не могла поверить.

Люк решительно шагнул к ней.

— Ты знаешь, Кристина, сколько правил я нарушил ради тебя? Хотя бы примерно?

Она беззвучно покачала головой.

Он тоже покачал головой, и на лице появилась бесконечная усталость.

— Нет, даже не представляешь. — Он помедлил, явно борясь с собой. Затем произнес: — Весь мой штат около двух месяцев занимался тобой. Служащие, посредники, охранники, должностные лица. — Он быстро взглянул на нее. — Ты хоть понимаешь, что и первый раз в кафе мы были в компании?

Она попыталась вспомнить посетителей кафе.

— Мужчина за соседним столиком? Делал вид, что читает газету? Я знала, что он следит за нами. Но подумала, из-за того, что ты знаменит. Секретная служба или что-то в этом роде?

— В этом роде, — сухо произнес он. — Конечно, он не должен был бросаться в глаза. Боюсь, ты вывела его из равновесия. Особенно когда подбросила над ним деньги.

Впервые за многие дни Кристина искренне улыбнулась.

— Он ползал по кафе и собирал их?

Уголки губ у Люка дрогнули.

— Он не знал, что делать. Предполагалось негласное наблюдение, так что контакты со мной исключались. С другой стороны, он должен был следить, чтобы меня не ограбили, не убили, не подвергли насилию. А ты выкинула потрясающий фортель и поставила его в тупик. Похоже, это твой конек.

— Я не подвергала тебя насилию, — запротестовала Кристина.

Люк скептически посмотрел на нее.

— Неужели?

— Подумаешь, несколько банкнот…

— Речь идет не о банкнотах…

Внезапно оба прекратили смеяться. Его голос стал резок.

— Ты понимаешь, что мне нельзя было брать тебя в команду? О тебе не было сведений, и ни одно агентство не могло ручаться за тебя. Мне нельзя было разыскивать тебя и предлагать работу. Все решили, что я сошел с ума.

Кристина сделала большие глаза.

— Должностные лица и служба безопасности?

— В особенности должностные лица. Гораев так беспокоился, что запрещал все. Именно поэтому он приехал к нам на виллу.

Кристина поежилась, вспоминая последний разговор с сэром Гораевым.

— Могу себе представить.

— Гм-м… — Люк встретил ее взгляд. — А я не мог. Я был просто глуп. Дело в том, что у Гораева есть дочь и он надеялся выдать ее за меня. Я ее совсем не знаю и не задумывался над этим. — Он казался подавленным. — До меня даже не доходило, что он решится вот так избавиться от тебя.

Кристина вспомнила случайное откровение сэра Гораева о красавице Джульетте и рассерженно фыркнула.

— Ты хочешь сказать, что он раньше не избавлялся от твоих дам? Я имею в виду, когда они становились лишними.

Люк побелел. Возникла пауза.

— В чем я еще виноват? — проговорил он наконец. Голос звучал напряженно, словно от боли — словно он не верил собственным ушам.

Кристина хмыкнула.

— Мне кажется, он избавился от актрисы, — произнесла она не совсем уверенно.

Глаза Люка впились в нее. Она не решалась поднять глаза. Он очень проницателен и может прочесть в них, что творится у нее на сердце.

— Он ввел тебя в заблуждение, — произнес Люк после паузы. — Конечно, я знаю, о ком идет речь. Она мой друг. Клянусь, ничего другого не было.

Кристина пожала плечами, словно ее это не касается. Люк не поддался обману.

— Поверь мне. Не знаю, что сказал Гораев или что ты увидела на приеме, но все в прошлом. — Внезапно он молитвенно сложил руки. — Кристина, прошу тебя… ты не можешь отказать мне из-за подобной чепухи. Выслушай меня…

Отказать ему? О чем он говорит?

Но он неправильно понял ее смущение.

— Если ты уйдешь от меня сейчас, я увяжусь следом и не оставлю тебя, пока не выслушаешь.

Возможно, ей лишь показалось, но плечи под элегантным костюмом поникли.

— Ты имеешь право сердиться, — тихо признал он.

— О, я не сержусь! — беспечно воскликнула Кристина. — Зачем мне сердиться? У меня работа на всю жизнь. И я поистине обогатила свой личный опыт.

— Прекрати! — взорвался он, ударив кулаком по столу.

Удар прозвучал как пистолетный выстрел. Кристина едва не подпрыгнула.

— У тебя есть все причины обижаться. Я признаю это и постараюсь исправиться. Но не смирюсь с подобными упреками. Они ниже тебя, и я их не заслужил.

— Неужели? — воинственно воскликнула Кристина. — Ах, вы не привыкли к такому обращению, Ваше Высочество. Должна ли я вежливо поклониться и принести благодарность за то, что вы перевернули всю мою жизнь?

Его глаза вспыхнули.

— Это ложь!

— Именно ты, — напирала Кристина. — Ты был способен на это, если бы я… — Она отвернулась, не в силах выносить его взгляд. — То есть если бы сэр Гораев не объяснил мне ситуацию.

— Я только что сказал, что он не понимает ситуацию, — раздраженно отчеканил Люк. — Он старик. Он даже не живет настоящим. Его фантастический мир — на четверть двадцатые годы и на три четверти оперетта Штрауса. Своими глупостями он едва не лишил сестру шанса поправить свой брак. Нельзя позволять подобное с нами.

Кристина замерла. Сердце заколотилось так громко, что Люк, наверное, услышал стук.

— Как он мог повлиять на брак твоей сестры?

Люк выглядел раздраженным, но объяснил достаточно терпеливо:

— Мой зять — трудоголик. За работой он забывает и о жене, и о детях. Она обижалась. Сэр Гораев посоветовал Ричарду не обращать внимания: она, дескать, всегда была такой и ничего с ней не случится. В результате Ричард слишком долго игнорировал проблему, и несчастная сестра начала играть с огнем.