Очень плохой босс - Рита Навьер

Илья

Крамер постоянно ловил себя на том, что, чем бы он ни занимался, исподволь думает одно и то же: а что сейчас делает Ксения Андреевна? И если на работе он ещё мог отогнать эти непрошенные мысли, сосредоточившись на каком-нибудь деле, то вечерами… вечерами было плохо.

Было плохо ещё до корпоратива, а после — совсем невмоготу.

Додумалась же она явиться в том самом сарафане! Крамер подозревал, что специально. Только вот зачем? Дразнит? Провоцирует? Намекает? Как сложно всё!

Но от одного вида его сразу повело, и весь вечер он сидел как под гипнозом. Не в силах глаз отвести, не в силах расслабиться и отдохнуть с коллегами.

Он даже тост толком не смог произнести, когда Котов попросил, хотя косноязычием сроду не страдал. Выпивал, закусывал, что-то отвечал — по инерции.

Последнее время Крамер представлял Ксению Андреевну в разных нарядах и даже без, но самой частой фантазией был этот самый злополучный сарафанчик. В таком виде он её впервые встретил, узнал и запомнил.

Ещё она, оказывается, замужем была. Эта новость его изумила. Сначала он разглядывал мужа с интересом, потом — с недоумением. Что она в нём нашла? Зачем за такого вышла замуж?

Но главный вопрос — почему так рано уехала и с кем?

Муж кричал на всю улицу, что это её новый друг. Муж ещё много чего кричал, грубого и похабного. Даже когда она уже уехала.

Крамеру тоже стало неприятно, как и мужу. И это ещё мягко сказано. У него даже мысли не возникало, что у неё кто-то есть. Он считал, что она абсолютно свободна, раз предлагала ему тогда каждую неделю встречаться. Откуда взялся этот друг? Неужто так же — из того женского клуба? Ему она тоже предложила?

От этого нечаянного открытия за рёбрами противно и едко зажгло. В крови закипела злость, которую он немедленно и выплеснул:

— Послушай, муж, — ухватил он пьяного мужчину за грудки и припёр к дверям ресторана. — Ещё раз в её сторону… хоть слово… и ты тут не работаешь.

— А я вам не подчиняюсь, — чуть присмирел, но всё ещё храбрился тот спьяну.

— Да неважно. Через гендирекцию уволю. И чтобы завтра же извинился перед Ксенией Андреевной. Понятно?

— Да, понятно, понятно, — высвобождаясь, буркнул он. — Что сразу руки-то распускать? Рубашку чуть не порвали…

Крамер смерил мужа сердитым взглядом, тот замолк и ретировался.

Илья ещё немного постоял на опустевшем крыльце, выкурил сигарету. Возвращаться в зал не хотелось. Всякий интерес к вечеру пропал. Стало скучно и как-то пусто. Лучше вызвать такси, подумал он, но тут обнаружил, что пиджака нет, а значит и телефона тоже.

Пришлось возвращаться, объясняться с Котовым, отражать уговоры посидеть ещё, пить на посошок. В общем, еле ноги унёс. Ещё и Элла Марковна за ним увязалась, мол, им по пути, только ей немного дальше, могут взять одно такси на двоих. Он спорить не стал — пусть едет с ним, жалко, что ли? Однако сел на переднее место, рядом с водителем.

Элла Марковна его о чём-то спрашивала по дороге несколько раз и, кажется, он отвечал невпопад, потому что всё думал про мужа и про друга или кто он там ей? И сам не понимал, почему это его так зацепило. Он же не намеревался заводить с Ксюшей никаких отношений. Наоборот! Причем, категорически наоборот! Значит, ему должно быть всё равно, с кем она и кто с ней. И злиться тут не на что…

Крамер снимал просторную квартиру в новом доме на берегу Ангары. Мог бы и купить, но зачем? Всё равно через год-полтора уедет.

Когда такси въехало в ярко-освещённый двор, Элла Марковна вновь подала голос: