Цветок - Ольга Горовая

Однако, даже понимая, что опятьмешает Оксане быть счастливой, Кирилл не мог сейчас отойти. Он сам, по своейневнимательности оказался в такой ситуации. И теперь, если Ксюша не вернется кнему, им всем может здорово не повезти.

Люди, которые имели в этоминтерес, не понимали поступков Кирилла. Наверное, все-таки, трудно былоповерить в то, что мужчина любил свою бывшую жену. Он хмыкнул своим мыслям.

Для этих людей, был очевиднымдругой, просто и легкий путь. Но Кирилл никогда не согласился бы на это. Такойвариант приводил его в ужас, заставляя курить все больше и больше, понимая, чтоего могут оповестить и после....

Кирилл не хотел такого. Ни за чтов жизни. А значит, Оксана должна была вернуться к нему...

Мужчина затушил окурок о днопепельницы, которую когда-то купила Оксана, и вытянул из пачки новую сигарету.

*********************************

Сергей тяжело вздохнул и закрыллицо руками. Он опять сидел на кухне ночью. Сам. Мужчина уговорил Оксану уйтиспать еще час назад, и все равно, был почти уверен, что она не спит. Лежит втемноте комнаты, притворяясь спящей, на случай, если он придет. Готоваясорваться в любой момент и прийти сюда, если что-то насторожит ее.

Сережа устало потер глазапальцами. Спать хотелось. Но заснуть - никак не получалось. Он уже проходилчерез такое. И сейчас, все было чуть проще.

Правда. Не так уж он и хитрилперед Ксеней, когда говорил, что спит достаточно. Когда мужчина бросал пить впрошлый раз - он так часто не мог заснуть целыми ночами. Теперь же, рядом сКсюшей, Сергей все-таки, спал каждую ночь, пусть и по два-три часа. Скоро будетнемного легче. Скоро...

Сережа еще раз вздохнул, убеждаясам себя. Еще две недели и первая тяжесть спадет. Его отпустит. Надо толькопродержаться.

Да и не хотелось ему пить. Умом нехотелось, душой. А тело скручивало и лихорадило. Пальцы уже не тряслись, носвоевольно искали бокал, и Сергей сжимал их, чтобы унять это желание. Иногда,желание выпить просто накатывало, словно волна. Казалось, что если сейчас же,немедленно не выпьет хоть рюмку - умрет просто, так плохо было. И тогда -мужчина сцеплял зубы и сильно, до ломоты в суставах, зажимал кулаки. И ждал,пока не отпускало.

А Ксеня..., она словно чувствовалатакие периоды в его состоянии. Сразу отправляла Андрея куда-то, и тихо рядомсадилась. Или в кабинете его появлялась, молча, не объясняя и не спрашиваяничего. И пусть иногда, в такие периоды, раздражение и злость брали над нимверх, Сергею ни разу не пришло в голову злиться на любимую. Он поражался еевыдержке и терпению. И пониманию...

Мужчина поднес чашку ко рту,глотая уже остывший кофе. Он не этого хотел. Но упрямо убеждал себя, что откофе становится легче. Ксеня видела это, потому и помчалась утром в магазин,волнуясь, что ему еще хуже будет...

Сергей вздохнул, так и не понимая,за что ему такое счастье досталось.

Встал, отставляя полупустую чашку,пошел в ванну, ополоснул лицо водой. Да так и застыл перед зеркалом. Но, несебя, разглядывая, а только сейчас обращая внимание на мелочи.

Какие-то баночки на стекляннойполочке, маленькие, с золотыми ободками, а рядом - его бритвенныепринадлежности. Две зубных щетки в стакане, и отдельный стаканчик - с щеткой ввиде робота... Даже прикоснулся осторожно, пальцем, к этим баночкам и щеткам,словно убеждаясь...

Присел на край ванной, разглядываявсе это. Широко улыбнулся, поражаясь своей наблюдательности - на пятый деньзаметил.

Вспомнил, как они от адвокатаспешили домой, а приехав - обнаружили, что Андрей вполне справился с тестом, иничего не натворил. Ксеня даже поверить не могла, и долго по дому, проверяя,ходила. И почти признала, что, наверное, давно стоило попробовать. А Сергей ееуспокаивал, чтоб не спешила радоваться. Еще впереди все, не понял пока ребенок,как свободой такой воспользоваться можно. Но, все равно, не повод это, егоограничивать.

И над словом, которое, даже незамечая, произнес - задумался. "Дом". Да, он воспринимал это именнотак, как дом, и другого - уже не хотелось.

Сережа выключил свет и пошел кКсене. Лег в кровать, прислушиваясь к тихому и мерному дыханию. Заснула,все-таки. Замучил он ее своими бдениями, совсем вымотал. Сергей осторожнопотянул Оксану, на свою руку ее голову укладывая, обнял, утыкаясь в затылок, губамик коже прижался. И тихонько, так, что и сам не услышал почти, прошептал:

- Я люблю тебя, Ксень.

Вздохнул, пообещав себе, чтообязательно скажет это громко, когда она спать не будет. И уснул, даже незаметив, как веки тяжелеть начали.