Подари мне себя - Зоя Анишкина

Она наконец-то покраснела и подняла на меня глаза. Вот беременные женщины! Клянусь своим новым статусом мужа, что она сейчас выбирала между тем, чего ей хочется больше: секса или еды. Но даже для меня победитель был очевиден.

— Ммм, и где будет банкет?

Я лишь хмыкнул. Надо откормить ее минимум до размеров Маши, а то отощала совсем с этим ее токсикозом. Я развернул жену к гостям, и все ринулись нас поздравлять.

Наблюдая с высоты своего роста, я удивлялся. На росписи должны были быть мы вдвоем: я и моя невеста под дулом пистолета. Но сейчас вокруг было настоящее и даже какое-то искреннее торжество.

Молодежь, за исключением той вздорной девицы, веселилась и напевала какие-то современные матерные частушки. Работницы загса уже принялись уничтожать бесконечные запасы конфет и шампанского. Олег не вылезал из телефона, как обычно.

И лишь тетя Ира сиротливо и неуверенно мялась возле нас. Мира это заметила и с нежностью обняла женщину.

Оказывается, моя жена умеет прощать и доверяться. Думаю, в наших отношениях эти качества ей не раз пригодятся. Я подошел к ним.

— Давайте переместимся на банкет, я закажу такси. Каким составом поедем?

Я опасливо покосился в сторону наших случайных гостей. Что с ними делать дальше, я не знал. В этот момент к нам подошла румяная и счастлива Мила.

— Не беспокойтесь, Максим Сергеевич! Тетеньки из загса останутся здесь — им еще работать. Там вроде пара росписей ждет их, — она хихикнула. — А мы дальше гулять пойдем. Спасибо вам за все!

Всего еще особо и не было. Будь на моем месте кто-то другой, оставил бы молодую ячейку общества без одежки и без квартиры. Но я буду даже рад сдержать свое слово.

— А у вас что, даже не будет банкета? — Мира нахмурилась, и я понял, что она задумала.

Мила отрицательно покачала головой, снова делая оленьи глаза. Ну что ж, это было предсказуемо. Мысленно я уже прикидывал, сколько такси заказывать.

— Максим, давай они с нами поедут! Там же много места?

В банкетном зале одного из моих отелей места было еще на пять таких компаний. Анзор, думаю, будет только рад увеличению чека. Я обреченно вздохнул:

— Поехали.

Моя жена нежно улыбнулась, и я даже не заметил, как мы все погрузились в машины и отправились праздновать. Только Олег напоминал мне истеричную особу, постоянно ругаясь с Артемом по вопросам нашей безопасности.

Во всей этой кутерьме я и забыл про наше положение. А не стоит… Теперь мне особенно есть что терять.

Как позже оказалось, взять с собой молодежь было исключительно удачным решением: они быстро сориентировались на месте; один из них взял на себя роль тамады — он оказался кавээнщиком, а другие организовали вполне себе веселый вечер, на котором главными героями были две пары молодоженов.

Более странного банкета я в жизни не видел.

Столы ломились от чебуреков, шаурмы, хачапури и прочих фирменных блюд Анзора. Вокруг веселились молодые люди. Играл плейлист из чьего-то айфона, подключенного к дорогущей аппаратуре.

Рядом сидела такая же ошарашенная Мира.

— Макс, может я чокнулась там, в Сочи? Что вообще происходит?

Я лишь пожал плечами, с радостью наблюдая, как моя супруга подкладывает в свою тарелку еще еды. Мои сотрудники с выпученными глазами сновали между столами.

Олег все-таки признался Маше, что она пропускает важное событие. Она обложила его нецензурными словами и примчалась к нам, одетая во все розовое. Выглядела она как свежий бисквитный торт, и они вместе с Мирой смеялись минут десять, тыкая друг в друга пальцами.

Чуть позже я оставил супругу в компании парня-фотографа и вышел освежиться на улицу. У порога курил Артем.

— Ну что ж, поздравляю. Теперь в качестве приданого тебе наверняка отдадут твой драгоценный ресторан. Я удивлен, что у тебя получилось.

Он бросил окурок себе под ноги и затоптал его ботинком. Потом с вызовом посмотрел на меня. Я не мог понять, что ему от меня нужно и почему Мира все еще его не прогнала: Олег с Германом теперь вполне могут справиться с задачей нашей охраны.

— На будущее: у нас здесь для окурков урны предусмотрены. Не стоит мусорить.

Он с ненавистью посмотрел на меня. И на нем, и на мне еще виднелись следы недавней битвы. Синяки почти сошли, но осадочек остался. Этот урод семь месяцев морочил голову моей девочке. Трепал ей нервы.

Но сегодня я больше не хотел ни драк, ни разборок. С меня хватит. Не хочу тратить время и силы на таких, как он. Мы присмотрим за этим охранничком. Надеюсь, вскоре он нам не понадобится и уйдет восвояси. Хоть на службу к Герману пусть валит.

— А ты, я смотрю, стал совсем наглым. Думаешь, она не догадывается, что ты ее используешь? Думаешь, теперь ты победил и она твоя? Она никогда твоей не станет.

Разговор стал приобретать странное направление. Мне совершенно не нравилось, что он имеет наглость высказывать мне подобное. Да и зачем ему это?

— Она — своя. Я на ее жизнь и внутренний мир не претендую. Она будет со мной всегда по собственному желанию.

Он ухмыльнулся и закурил следующую сигарету.

— Как сегодня? Ты бы еще пистолет к ее милой головке приставил. Тоже мне, решение самостоятельное. Она поймет, что ты не можешь ей дать того, что она хочет. Поймет и уйдет к другому.

— Это к тебе, что ли? — я со смесью снисхождения и презрения смотрел на него. — Уйдет к тебе? Знаешь, чтобы я даже рядом тебя с ней не видел! Охраняй мою жену на расстоянии. Не приближайся к ней, ты меня понял? Если я хоть раз застану тебя…

— Достаточно! — сзади меня появилась Мира. Я нахмурился. Как много она слышала? Потому что если только последнее…

Она смотрела на меня жестко. Ни капли былой нежности. Снова это отчуждение во взгляде.

— Я сто раз тебя просила не лезть в мои дела! Почему ты всегда делаешь так, как хочешь? Какое право ты имеешь командовать в моей жизни? Никакого!

Она распалялась все сильнее, а на лице Артема, которое она не могла видеть, проступало мрачное удовлетворение. Он наверняка видел, как она приближалась. Специально меня провоцировал. Урою гада!

— Мы поговорим об этом дома, Мира.

Она кивнула Артему.

— С собой у себя дома разговаривай. А я устала и еду к себе домой. Одна! — последние слова она отчеканила. — Поехали, Артем. Моя машина готова?

Тот вышел на свет и кивнул.

— Прошу извинить, Максим Сергеевич, мне нужно отвезти мою начальницу домой. До свидания!

Голодный блеск в его глазах мне не понравился. Не к добру все это. Я мягко посмотрел на жену.

— Мира, давай не будем сейчас спорить. Я сам могу отвезти тебя домой, и если ты так хочешь, то оставлю одну. Давай не будем горячиться.