Принцесса для зверя - Лили Ред

— Ну и пускай проветрится. Правильно сделала, — я бросаю взгляд на деда и вижу, как он мне подмигивает.

Больше Генрих ничего не говорит, просто поднимается со стула и отходит.

И что он имеет ввиду? В голове полная мешанина, даже не понимаю, как на все реагировать и просто стараюсь отвлечься, заедая привкус горечи.

Кое-как досиживаю вечер и только первые гости начинают расходиться, я тоже собираться. Дед еще раз напоминает, что мне нужно приехать к нему завтра и советует быть вместе с Тимуром. Я обещаю подумать и быстро сбегаю оттуда.

Странно, но меня никто не преследует. Никаких папарацци, фотографов и прочих раздражающих личностей. В отель я приезжаю за полчаса, скидываю с себя платье, туфли, от которых сумасшедше гудят ноги. Принимаю душ и слышу, как настойчиво стучат в дверь.

— Кто там? — спрашиваю и тут же понимаю, что совершила оплошность. Нужно было сделать вид, что в номере никого нет.

— Это я, Тимур. Сонь, открой, я просто поговорить.

Я смотрю внутрь комнаты, и на секунду пробегает мысль спрятаться и сделать вид, что никто не стучал и я могу просто спокойно взять и лечь спать, ни о чем не думая.

— Открывай, — голос Тима все же заставляет отказаться от этой затеи, ну уж совсем глупо.

Хватит от него бегать. И пора уже сесть и поговорить. Тем более тут моя территория, и я чувствую себя увереннее, чем где-либо еще.

Открываю дверь и пропускаю его к себе. В помещении сразу становится тесно. Он только сделала шаг и уже в воздухе я чувствую аромат его парфюма.

Я присаживаюсь на кровать и смотрю, как он осматривает номер.

— Как ты там? — простой вопрос, но мы же не об этом говорим…

— Тимур, давай ближе к делу? — я хочу чтобы он уже выложил то, что хотел сказать, но он медит.

— Я это и хотел спросить. И пояснить. Многое… пояснить.

— В смысле?

— Я звонил тебе, но почему ты не берешь телефон. Заблокировала меня?

А ведь и правда, я занесла его в черный список, едва получила свой телефон обратно.

— Да. Думаю не стоит пояснять почему? — я сцепляю руки на груди и надуваю губы, уж оправдываться точно не буду.

— Не дуйся принцесса, — он ухмыляется и присаживается ко мне на кровать.

Его обращение цепляет меня, вновь начинают лезть в голову воспоминания из прошлого… совместного нашего прошлого.

— Я не дуюсь, — бурчу в ответ и подбираюсь выше на кровати, увеличивая расстояние между нами, чем еще сильнее вызываю веселье у него.

— Я хочу извинится. Прости меня за то, что было… За развод и то, что не поверил.

— Что? — в шоке смотрю на него и не верю ушам. Он извиняется?

Тимур Байрамов извиняется? Что должно было произойти, чтобы он сказал эти слова? Он никогда в жизни не извинялся, даже когда был не прав. И только из-за этого я продолжаю его слушать.

— То Сонь. Я… — он замолкает, — в общем дурак, что не поверил. Да. Когда все стало предельно ясно и понятно, я бы признал вину и этого всего не было. Если бы не одно но…

Я ничего не могу сказать, в голове как была каша, так и осталась, только сильнее все запуталось. Никакого прояснения. Пазлы в голове никак не складывались, какое “но”, о чем он вообще?

— Ты говоришь загадками и мне ничего не понятно… Но знаешь, что…

— Соня. Дай я все объясню, а ты потом пошлешь куда подальше. — он смотрит, молчит и реально ждет.

— Говори, — на выдохе произношу и будто ком в горле. Даже дышать сложно.

— Мне пришло письмо, чтобы я с тобой развелся и не общался иначе твои фото в обнаженном виде заполонят всю сеть. Я показал то письмо следакам, но они ничего не выяснили. И поэтому я не стал рисковать твоей репутацией, потому что если бы еще и это, то…

— То я бы не выдержала, — заканчиваю за него мысль, а сама не могу поверить тому, что слышу.

— А телефон ты свой заблочила и я никак не мог с тобой поговорить.

Я начинаю рассматривать свои ногти, потому что нахожусь в растерянных чувствах и не могу поверить. Поднимаю взгляд на Тима и понимаю — его глаза не врут.

— Хорошо. Тимур, я тебя поняла. Но это между нами ничего не меняет. Мы разведены и не вместе.

Я жую губы от волнения и они уже начинают болеть от этого.

— Я понимаю, — наш разговор прерывает мой телефон, на экране высвечивается “отец”.

Вот с этим человеком я точно не хочу говорить. От него никаких известий не было и то, что он звонит мне, означает только одно… Ему что-то от меня надо.

— Да, — я все же решаюсь ответить на звонок.

Я говорю с отцом не больше минуты и с каждым его словом мне становится все хуже.

— В смысле подписать разрешение о продаже дома?

Я не могу понять, зачем ему продавать дом… И почему он звонит именно сейчас…

— Ты подпишешь разрешение?! Я тебе даже дам пятьсот тысяч за твою долю и можешь гулять дальше.

Он даже не спрашивает, а будто кидает подачку. Мне становится настолько мерзко, что хочется послать его куда подальше. Каждый раз я думаю, что хуже не может быть, но нет… Отец умеет удивлять.

Я вижу, как напрягается Тимур. И корю себя за то, что ответила на звонок при нем. Но кто мог знать об этом? Меня жизнь совершенно ничему не учит.

— Да, пожалуйста. Номер карты ты мой знаешь, деньги переводи. Завтра подъеду и подпишу документы.

Я сбрасываю вызов до того, как он что-либо мне скажет.

— Ты знаешь, что дом стоит дороже пятисот тысяч? — я понимаю, к чему он клонит.

— Я не хочу иметь с ним ничего общего, но и деньги мне лишними не будут. Поэтому даже хорошо, что он решил продать дом.

— Если тебе трудно или нужны деньги, ты мне скажи, я помогу. Соня… Тебя не было почти год… Я даже не знал, что дед тебя пригласил. Как ему это удалось?

— Он мне помог уехать, после всего, что произошло…

Тимур усмехается и расслабленно опирается локтем о кровать.

— Мне он ничего не сказал.

Мы разговариваем так, будто между нами не было месяцев разлуки, будто мы не виделись всего несколько часов или дней. Тимур старается говорить непринужденно, но я же вижу его напряжение.

— Я не смогу тебя простить, — как-то устало получается у меня. — Пойми меня, я смотрю и вспоминаю… — пытаюсь выразить свои чувства, но не получается. Будто все нормальные слова вылетают из головы и никак не встают в предложения. — Мы не сможем быть друзьями, Тимур. Не сможем просто разговаривать друг с другом по вечерам, смеяться. У нас не получится.

Я уверена в том, что говорю, знаю, что не смогу с ним общаться, как будто ничего не было. Будто все забыла и больше между нами нет недоговоренности, это не мое. Я просто не смогу так.