Режим «Любовь» - Алина Аркади

– Я тоже имею право здесь находиться!

Из коридора послышались громкие голоса и ругань. Истошный визг младшего братца я узнал сразу.

– Роберт Эдуардович, он рвётся к вам! – в кабинет вихрем ворвалась Ирина, чтобы предупредить о незваном посетителе.

– Впусти, – Алекс нагло ввалился вальяжной походкой, тут же плюхнувшись в широкое кресло напротив. Закинул ногу на ногу, всем видом стараясь показать, что расслаблен и уверен в себе, но на самом деле был явно на взводе.

– Кто пожаловал? Решил наконец-то приобщиться к делам семьи? – я откинулся на спинку рабочего кресла. Видимо, сейчас в меня полетят претензии, какого рода я пока не совсем понимал.

– Эта корпорация такая же моя, как и твоя, братик, – практически выплюнул в меня эту фразу. – Но вы с отцом получаете всё, а я крохи с семейного стола. Так не пойдёт!

– Отец создал всё, я продолжаю его дело, каждый день работая с подчинёнными и выигрывая выгодные тендеры на строительство, с которых ты потом и получаешь эти самые крохи, как ты выразился. Деньги не появляются из воздуха, прибыль требует в первую очередь затрат. Но тебе не понять, ты никогда не вдавался в подробности.

– У вас с отцом есть акции, с которых вы тоже получаете прибыль даже если не будете трудиться на благо предприятия. Я хочу себе их часть.

– А, вон оно что? Нашёл выход из положения? Ты по-прежнему не желаешь ничего делать, но красиво жить отказать себе не можешь? Что ж, похвально, всё-таки хоть что-то полезного извлёк из полученного тобой образования, – я выдавил истеричный смешок.

Алекс учился там же, где и я, получив заграницей отличное образование, но найти ему применение так и не смог. У него было много занятий: в юном возрасте он вдруг возомнил себя художником, накупив дорогущих приспособлений для нового занятия; затем вдруг решил быть юристом и даже выбрал учебное заведение для задуманного; потом вдруг стал мечтать о профессиональном спорте и выбрал почему-то гольф. Но ничего из этого списка так и не было доведено до донца, мечтая стать кем-то, в итоге Алекс так никем и не стал. А потом вообще перестал желать чего-либо и куда-то стремиться, просто бесцельно прожигая время на деньги отца.

– Именно так, – Алекс утвердительно кивнул головой. – Я хочу часть акций, в этом случае я не буду претендовать на место генерального директора.

– Ну тогда, тебе к отцу. Своим пакетом акций я делиться не собираюсь.

– Не понял… разве он не общий, единый? Я думал его просто можно поделить поровну, на нас троих.

Я усмехнулся. Он не знал. Отец не посвятил его в подробности и, видимо, даже Эльвира не знает что к чему.

– Эту корпорация основали отец и моя мать, изначально поделив пакет акций шестьдесят на сорок, соответственно. После развода мама отписала свой пакет мне, как наследнику, у отца осталась его часть – контрольный пакет. Своей частью я делиться не собираюсь, как ты понимаешь, советую обратиться с этой просьбой к отцу.

Бровь Алекса взметнулась вверх. Удивлён. Он не ожидал такого расклада, не понял, что в любом случае вся та гонка, что затеял отец лишь ради его части, моя же останется при мне в любом случае. То есть, даже если место генерального достанется Алексу, я всё равно навсегда останусь в этом бизнесе, и даже не находясь здесь непосредственно, всё равно буду получать прибыль, а мои дети будут наследниками.

– Я не знал! Я думал мы боремся за всю корпорацию, а оказывается, это лишь никчёмный кусок??? – Алекс вскочил с места, упёршись ладонями в стол напротив меня. – Почему он не сказал? Я. Хочу. Всё.

– Как говорит моя жена: «Хотелка не треснет?», – я смотрел на Алекса с улыбкой, сейчас он был похож на взлохмаченного хомячка.

– Отдай мне свою часть!

– С чего вдруг?.

– Иначе – пожалеешь! – глаза братца зло сверкнули, он словно метал в меня ядовитые, яростные молнии.

– Не нужно бросаться угрозами впустую. Всё что ты можешь – опоить меня снотворным и подложить в мою койку бабу для удачных фото. Такими методами действуют преимущественно женщины, на большее ты не способен. И кстати, наш брачный договор с Лерой аннулирован юридически и силы больше не имеет, так что, если ты хранил его, как ценность за семью печатями, выброси и забудь.

Алекс дёрнулся, от злости сметая документы с моего стола на пол и сминая бумаги. Сейчас он был похож на безгранично обречённого человека, загнанного в угол. Помогать ему я не хотел – пусть поможет себе сам.

– Ты ещё пожалеешь, что не поделился со мной, – Алекс обернулся в дверях, выходя, – и раньше, чем можешь подумать.

Дверь кабинета с силой захлопнулась. Я ещё несколько минут сидел без движения, наблюдая, как лёгкий ветерок сквозняка подхватывает бумаги, волоча их по полу.

Угрозы Алекса были смехотворны, но червячок сомнения в глубине заставлял напрячься. В любом случае, нужно подстраховаться. Через кого он попытается подгадить на этот раз?

Набрал Леру, просто проверить, как у неё дела и где она, но гудки гулким эхом отдавались в тишине – трубку не взяла. Тут же пришло сообщение.

Лера: Ещё на курсах, пока не могу говорить. Потом поеду за Машей и в клинику. Целую)))

Стало спокойнее, с моей женщиной всё в порядке, и рядом Миша. Это Лера думает, что он просто водитель, но на самом деле её личный охранник, который постоянно рядом с ней, когда она не дома. Он наблюдает и контролирует обстановку, затем докладывает мне, не потому, что я не доверяю, потому, что переживаю за её безопасность. Тем более теперь, после подставы Алекса и скандала в новостях.