Сердце химеры - Анна Сергеевна Платунова

После пятого удара Нари отстраненно подумала, что у нее на спине теперь, наверное, живого места нет. Сознание то гасло, то снова возвращалось.

– День свадьбы!

– Нет!

Нари сама удивлялась своей стойкости. Как она еще терпит, как не молит остановить мучения, согласная на все? Арен зарычал, видно, тоже осознавая, что ее не сломить.

Нари услышала, как он в бешенстве разорвал плеть: раздался сухой щелчок, и обрывки полетели на пол. Она устало закрыла глаза, еще не веря тому, что выдержала.

Спина горела огнем. Нари поняла, что даже сам Арен в ужасе от того, что натворил, судя по тому, как он мерит шагами комнату, а потом жадно пьет из графина.

– Смотри, до чего ты меня довела! – прошипел он.

Подошел, сдернул с постели простыню и накинул поверх исполосованной спины. Видно, сам не мог смотреть на дело своих рук. Нари тихонько застонала, чувствуя, как прохладная ткань коснулась ран.

– Ничего, – небрежно произнес принц. – Через пару дней заживет. Утром приглашу лекаря.

Утром? Нари не представляла, как доживет до утра, но ни за что не стала бы умолять о помощи. Она ничего не ответила, лишь закусила губу, пряча разгоряченное лицо. Проклятый Арен!

Зато теперь Нари знала, что если плеть не сломила ее воли, то ничто другое и подавно не заставит ее согласиться на этот брак.

Нари так и продолжала стоять на коленях возле кровати. Сил на то, чтобы подняться и лечь на живот, просто не осталось.

Она вдруг вспомнила, как однажды заболела. Драконы редко болеют, но Нари тогда была совсем крошкой и наелась ядовитых ягод. Ей трудно было удержаться от соблазна попробовать этих ярких, красных и сладких плодов лисьей обманки, хотя драконье чутье кричало: «Нет! Опасно!»

Ей было плохо всю ночь, а мама, папа и дедушка до утра дежурили у постели. Меняли компрессы, гладили животик, по капле вливали противоядие. Папа все время пел, чтобы ей было не так больно, мама целовала пальчики. Дедушка бестолково метался по комнате, пока его не усадили в кресло и не заставили рассказывать сказки. Кстати, дедушка рассказывал удивительные, волшебные сказки, полные приключений, иногда страшные, но всегда со счастливым концом. На следующий день маленькая непослушная драконица поправилась, а папа собственноручно вырубил кусты лисьей обманки везде, где смог найти…

Нари осторожно подвинулась на пару шагов, пытаясь пристроить горячую щеку куда-то, где станет прохладнее. Потревожила спину и застонала.

Ну как же так? Неужели все это действительно происходит с ней? Разве можно вот так – плеткой? Беспощадно, до крови? Он ведь видел, как ей больно, знал, что она не может защититься.

И Нари заплакала, теперь уже не от физической боли, а от непонимания, обиды и страха. Неужели выхода нет? Лишили крыльев, пригрозили расправиться с семьей, исполосовали плетью. Что дальше?

Уставшая и измотанная, она и сама не поняла, как задремала. Очнулась оттого, что открылась дверь.

За спиной раздались шаги. Она увидела ноги Арена и его белые брюки. Сжалась, пытаясь отползти. Что он задумал? Какую еще кару приготовил для нее?

Арен выругался. Самыми приличными словами были «проклятие» и «скот».

Он дышал с трудом, будто что-то мешало в горле. Нари даже попробовала приподнять голову, но та неожиданно оказалась слишком тяжелой.

– Тихо, тихо, Нари, – сказал Арен, присаживаясь на корточки.

Он осторожно приподнял пропитанную кровью ткань и застонал, будто ему самому было больно. Неужели понял, что натворил? С трудом верилось в это.

– Уйди… – прошептала она. – Не трогай…

– Придется. Уж прости…

Он долго примеривался, как половчее поднять ее так, чтобы не коснуться ран, но сделать это было невозможно. Куда он ее потащит? В подземелье? Осталось только приковать цепями в темнице… Нари понимала, что долго сопротивляться не сможет, но все же укусила руку проклятого Арена, когда та оказалась рядом с ее лицом.

Странно, но тот не отдернул ладонь, хотя она изо всех сил стиснула зубы.

– Так немного полегче, моя девочка? – спросил принц, и Нари решила, что сходит с ума.

А потом, когда посмотрела на след от укуса… Увидела и разревелась, не веря. Не смея поверить. Три маленькие родинки, которые образовывали ровный треугольник.

– К… Керин? – прошептала она.

– Да, моя родная. Мы выберемся отсюда. Потерпи немного.

Он бережно завернул ее еще и в одеяло и поднял на руки так осторожно, как только мог. Нари вгляделась в знакомое лицо – лицо Арена. И снова нахлынули страх и отвращение. Но тут Арен поднял на нее глаза, сверкнувшие ярчайшей зеленью, и смотрел он с такой нежностью, что сомнений не осталось.

– Керин…

Нари обхватила его за шею, а он нежно прикоснулся губами к ее виску:

– Я рядом.

Глава 18

Керин в облике Арена уверенно нес Нари на руках. Она готова была подсказать и направить на нижние этажи, где нашла выход, но Керин будто и сам знал, куда идти, только его внимательный, сосредоточенный взгляд выдавал то, что Керин ориентируется во дворце не очень хорошо.

Он не таился, быстро продвигался вперед, но и не слишком торопился. Кивком головы приветствовал подданных, а те, конечно, не смели спросить, куда он несет леди Ньорд, завернутую в одеяло.

Нари так волновалась, что их разоблачат и схватят, что почти весь путь по дворцу не открывала глаз. Но вот Керин остановился.

– Открывай! – отрывисто приказал он кому-то голосом принца. – Запереть и никого не пускать.

Послышался скрежет отворяющихся створок. Почти сразу сделалось прохладнее, в нос ударил знакомый запах мокрых камней, мха, пыли и затхлости. Так могло пахнуть только в подземелье. Неужели Керин знал о другой дороге к подземным городам и сейчас уносил ее из дворца вглубь горы?

Створка щелкнула вновь, запираясь, и Керин сразу перешел на бег. Он бежал размеренно и плавно, так, словно собирался таким образом проделать весь путь.

– Попробуй поспать, моя хорошая, – тихо сказал он, и Нари улыбнулась, услышав родной голос: Керин вновь стал собой.

Ей все еще было очень больно, но Керин нес ее так осторожно, что Нари хоть и не смогла уснуть, но задремала в его объятиях, ощущая, что Керин то бежит, то переходит на шаг.

Нари не знала, сколько прошло времени, но с каждой минутой ей становилось все легче. Наконец она открыла глаза и пристроила голову у Керина на плече:

– Ты здесь? Я не брежу? Или ты мой прекрасный сон?

– Нет, Нари. Не прекрасный, но все же не сон.

Она почувствовала в темноте его улыбку. В темноте! Все это время они бежали в темноте! Нари встрепенулась, а потом увидела, что глаза Керина светятся зеленым, как у кошки.

– Ты видишь, да?

– Да.

Он отвечал кратко, берег силы. Но снова осторожно прикоснулся губами к виску Нари. И снова – она только сейчас поняла – задержал дыхание.

– Керин, ты… – вдруг сообразила Нари. – Тебя влечет запах моей крови, и ты едва сдерживаешься, потому что желаешь…

– Съесть