Нечаянный обман - Аманда Квик

— Нельзя недооценивать ваш вклад, сэр, — признала она.

Джаред поставил бокалы на письменный стол.

— Вы сделали гораздо больше, чем просто навели порядок. — Взяв один из бокалов, Олимпия взглянула на Джареда с восхищением.

— Я стараюсь отработать свое жалованье. — Джаред сделал глоток, боясь утонуть в лагуне ее глаз. — Вы сегодня узнали нечто чрезвычайно важное, вызвавшее у вас прилив Энтузиазма?

На лице Олимпии отразилось легкое замешательство, как будто секунду назад она думала совершенно о другом, а он вернул ее к действительности. Она постаралась сосредоточиться на его вопросе.

— Я прекрасно понимаю, что вас, сэр, не очень интересует мое исследование дневника Лайтберн.

— М-м-м… — уклонился от ответа Джаред.

— Я говорила вам, что мне нужно поработать с недавно изданными картами, — Да, вы это говорили.

— Так вот, теперь у меня есть к Ним доступ. — Восторг светился в ее глазах. — Не только Общество обладает прекрасной библиотекой с большой подборкой географических карт, но и некоторые его члены предложили мне воспользоваться их частными коллекциями.

Как раз то, чего он боялся. Джаред вспомнил мужчин, вертевшихся около Олимпии, когда они стояли возле института Масгрейва.

— Какие именно члены Общества?

— Мистер Толберт и лорд Олдридж. Несомненно, в их библиотеках содержится немало карт, связанных с Вест-Индией.

— Рассказали ли вы им о своих поисках? — осторожно спросил Джаред.

— Нет, конечно. Я просто объяснила, что очень интересуюсь географией этих островов.

Джаред насторожился:

— Подозреваю, что они знают вас как исследователя и любителя древних легенд.

— Да, но вряд ли они заподозрят, что я разыскиваю сокровища, упомянутые в дневнике Лайтберн, — заверила его Олимпия. — Я никому не рассказывала о своем интересе именно к этой легенде.

— Я думаю.

— Мистер Чиллхерст, я знаю, что данная тема раздражает вас, а раз так, хочу обсудить сегодня вечером совершенно другой вопрос.

— Какой, мисс Вингфилд?

— Очень трудно облечь его в слова. — Олимпия встала и, пройдя вдоль стола, подошла к глобусу. — Боюсь, что вы примете меня за чрезвычайно дерзкую особу. И наверное, будете правы в своем предположении.

Джаред почувствовал, как от предвкушения того, что должно вскоре произойти, во всем его теле возникает напряжение.

— Я никогда не сочту вас за дерзкую, мисс Вингфилд.

Олимпия коснулась тонкими пальчиками поверхности глобуса и медленно начала его вращать.

— Прежде всего хочу поблагодарить вас за то, что вы предоставили мне возможность продолжать изучение дневника Лайтберн.

— Я не имею к этому отношения.

— Не правда. Если бы вы не взяли на себя продажу последней партии товаров, присланных моим дядей, мне бы никогда не удалось посетить Лондон. И если бы вы не разобрались со сквайром Петтигрю, мне бы пришлось бросить свои занятия и срочно куда-то уезжать, чтобы он не смог отобрать моих племянников. Независимо от вашего мнения я считаю, что лишь благодаря вам мы находимся в городе, а я вольна продолжать свои исследования.

— Я верю, что занятия в Лондоне помогут в ваших поисках.

Олимпия закрутила глобус чуточку сильнее.

— Даже если мне не удастся обнаружить местонахождение сокровища, упомянутого в дневнике, я не буду сожалеть, сэр. Благодаря вам я уже нашла нечто большее, о чем и мечтать-то не смела.

Джаред застыл.

— Это правда?

— Да. — Она не смотрела на него. Ее взгляд был по-прежнему прикован к вращающемуся глобусу. — Сэр, вы — человек с большим жизненным опытом. Вы много путешествовали и своими глазами видели странные обычаи.

— Да, у меня есть определенный опыт такого рода.

Олимпия сдержанно кашлянула, поскольку голос ее внезапно осекся.

— Как я не раз уже подчеркивала, я тоже женщина с большим жизненным опытом, сэр.

Джаред поставил на стол бокал с бренди.

— Мисс Вингфилд, что вы хотите сказать?

Она подняла глаза от крутящегося глобуса. Глаза говорили за нее — в них горела страсть.

— Как женщина с большим жизненным опытом, я хочу, сэр, задать вам вопрос. И вы должны ответить на него, как мужчина с большим жизненным опытом.

— Приложу все усилия, чтобы это сделать.

— Мистер Чиллхерст. — Голос Олимпии слегка дрогнул.

Она замолчала, но затем предприняла еще одну попытку:

— Вы дали мне повод предполагать, что не прочь поддерживать со мной романтические любовные отношения, пока работаете учителем в моем доме. Я не права?

Джаред почувствовал, как последние угольки самоконтроля рассыпаются в золу, охваченные огнем страсти. Его руки дрожали, он ухватился за край стола.

— Нет, Олимпия, вы не ошибаетесь. Мне очень хотелось бы поддерживать такие отношения при условии, что вы прекратите обращаться ко мне как к мистеру Чиллхерсту.

— Джаред! — Она отпрянула от бешено вращающегося глобуса и бросилась в его объятия.