Укус пары - Милли Тайден

Она облизнула губы, в ее глазах ярко вспыхнуло желание.

— Хорошо.

Его член стал твердым, как камень, наблюдая, как она сбрасывает с себя одежду. Ее изгибы стали более чувственными во время беременности. Ее грудь была больше, бедра шире, а небольшая выпуклость живота только добавляла красоты его паре.

Он еще не укусил ее. И это было то самое время.

Хотя дом Карлы был невелик, она упомянула, что переделала ванную комнату, чтобы сделать ее больше и разместить внутри массивную ванну для купания. Она сказала, что ей нравятся принимать ванну с пеной. Он был рад, что она сделала ванну больше. Теперь они могли принимать ванну вдвоем.

Он взял ее за руку и помог ей сесть между его ног, ее попка коснулась его члена. Его руки обхватили ее торс, мгновенно схватив за груди.

— Нейт… — сказала она, задыхаясь.

— Мм? — Он поцеловал ее в шею сбоку, наслаждаясь ее движением, чтобы открыть ему больше доступа. Чистое подчинение.

— Ты…. ох! — она ахнула, когда он сжал ее соски.

Он знал, что ее соски чувствительны, и любил реакцию ее тела на его прикосновения.

— Нейт… О, Боже! — Она выгнулась, уперев груди в его ладони, большие холмики полностью заполнили его руки.

Он облизывал круги вокруг изгиба ее плеча, задевая зубами, пока она не застонала громче.

— Я хочу тебя, — пробормотал он над ее гладкой кожей, уткнувшись губами и носом в ее плечо, вдыхая ее запах так глубоко, что его волк наслаждался тем, как близко она была к ним. Зверю и человеку понравилось новое сочетание его, ее и их детей.

— Я всегда хочу тебя, Нейт. — Она застонала, запустив руку в его волосы и сжимая влажные пряди. — Джордан была права.

Нежный поцелуй, и она захныкала. Щелкнув большими пальцами по ее соскам, он спросил.

— В чем она права, любимая?

— Со мной легко, когда дело касается тебя, — пробормотала она.

— Нет, детка. С тобой нелегко. Ты моя.

Он поерзал в ванне, радуясь дополнительному пространству, которое мог использовать в своих интересах. Он похлопал по углу, куда она положила для него полотенце.

— Посиди здесь для меня.

Повернувшись и приподнявшись, он помог ей сесть на глянцевый кафель. Она села на пространстве шириной в фут, широко расставив ноги и приподняв их, чтобы опереться на изгиб ванны.

Он придвинулся ближе, целуя ее колено и проводя языком по бедру. Ее дыхание стало неровным.

— Нейт…

Он встретился с ней взглядом. Ему нравилось, как блестели от желания ее глаза.

— Мне нравится твой запах. — Он наблюдал, как она провела влажным розовым язычком по своим полным губам. — Мне нравится твой вкус. Это самая сексуальная гребаная вещь, с которой я когда-либо сталкивался.

Она застонала и закрыла глаза, впиваясь ногтями в его кожу головы, колени напряглись по бокам.

— Пожалуйста… Я не знаю, как долго смогу продержаться.

— Это, — он наблюдал, как ее тело дернулось от прикосновения его пальца к ее набухшему розовому клитору, — самая сексуальная вещь, которую я когда-либо видел.

— О боже…

Аромат ее возбуждения заполнил большое пространство, обволакивая его член и заставляя его жаждать оказаться внутри нее. Заявляя на нее права.

— Хорошенький. Такой розовый. И я не могу дождаться, чтобы трахнуть тебя.

Он лизнул ее обнаженный нервный пучок, сжимая ее бедра и вдыхая больше вызывающего привыкание аромата. Глубокая дрожь сотрясла ее, напрягая бедра и заставляя хныкать.

Одну минуту она массировала ему кожу головы. Когда он обхватил ее клитор губами и пососал, она впилась ногтями в его волосы.

— О, Нейт… Это потрясающе!

Еще одно движение его языка по клитору, и ее ноги задрожали. Он засунул свой язык в ее киску, облизывая и посасывая ее соки. Он потерся лицом о ее складочки, наслаждаясь запахом. Рычание в сочетании с толчком его языка в ее лоно, и она начала задыхаться. Более сильное рычание послало дрожь по ее телу.

— О, Боже! О, Боже! О… — она захныкала и держалась так крепко, что он поклялся, что она сломается.

Он снова переместился к ее клитору, задевая зубами маленький комочек и покусывая, одновременно посасывая. И она кончила.

Карла закричала, тело сотрясалось от силы оргазма. Она задыхалась и глотала воздух, когда ее тело несколько раз содрогнулось.

Он откинулся назад, член болел от желания войти в нее, и ждал, когда она откроет глаза и посмотрит на него. Когда она это сделала, взгляд был затуманен желанием, а чувственная улыбка тронула губы.

— Еще.

Он ухмыльнулся.

— Тогда спускайся сюда.

Она опустилась перед ним на колени, обвила руками его шею и прижалась к нему всем телом. Губы встретились в отчаянной и голодной потребности разжечь огонь похоти. Языки терлись и ласкали друг друга. Страсть ярко горела между ними. Ощущение ее нежных изгибов вытолкнуло животное внутри него на поверхность. Волк хотел ее. Нейт хотел ее. И он намеревался, наконец, спариться с ней. Он скользнул руками по ее бокам, вниз по спине и сжал ягодицы. Ее стон заставил его потереться членом о ее холмик.

Он прервал их поцелуй. И с трудом сглотнул от того, как трудно стало контролировать дикое животное, стремящееся к спариванию.

— Повернись и положи руки на край ванны, — приказал он, его голос был глубоким рычанием.

Она не задавала ему вопросов. На ее лице не было страха, только нужда. Новая волна ее возбуждения затопила все вокруг.

— Прости, — сказал он, лаская рукой ее спину.

— За что? — Она застонала, уронив голову вперед. Ее верхняя часть тела опустилась, и она высоко подняла свою попку в воздух.

— Потому что это не будет нежно, — он приставил свой член к ее входу. — Или сладко, — он крепко сжал ее бедра и подался вперед в глубоком движении, — или безболезненно.

Рычание рокотало в его груди. Волк хотел присоединиться к ним. Каждый стон Карлы заставлял его все больше терять контроль, который он изо всех сил старался сохранить.

— Все в порядке, — мяукнула она. — Я могу это принять. Трахни меня сильнее.

Ад. Ее слова произвели желаемый эффект. Его член пульсировал в ее киске, и зверь толкал его сильнее. Быстрее. Стремясь подвести ее к грани освобождения и подтолкнуть к падению.

— Не останавливайся! — она захныкала, когда он был глубоко внутри ее горячего лона, стенки ее киски сжимались вокруг его члена. — Мне нужно больше.

Он оттолкнулся назад и снова вошел глубоко. И еще раз.

— Боже. Да. Еще! — она закричала.

Тогда все стало как в тумане.