Взрывоопасные чувства - Лидия Андрианова

Под пронизывающим взглядом Кирилла кусок в горло не лезет, но я упрямо ем. Жую, практически не чувствуя вкуса. И я так сосредоточена на этом действии, что не сразу откликаюсь, когда ко мне обращаются.

– Доча, ты о чем так задумалась? – дотронувшись до моей руки, с улыбкой спрашивает рядом сидящая мама.

– Что? – вскинув на неё взгляд, смущенно переспрашиваю.

– Виктор Фёдорович спрашивает, какой вид спорта тебе нравится, – повторяет вопрос отца Кирилла мама.

– Простите. Я немного устала после перелета, – с извиняющейся улыбкой поясняю причину своей невнимательности отцу Волкова. И в ответ получаю ответную доброжелательную улыбку. – Мне нравится плавание.

– Здесь есть отличный бассейн. С подогревом. Тебе обязательно нужно туда наведаться. Там еще и гидромассаж есть, – опережая мужа, оживленно произносит Мария Сергеевна. – Кирилл тоже любит плавать. Да, сынок? Он с трех лет занимался с личным тренером. Но потом забросил.

«Ну конечно. Как же иначе. Он еще и плавает отлично! Осталось узнать, что он виртуоз игры на фортепиано, и я почувствую себя полной неудачницей».

– Даша тоже ходила на плавание. И делала успехи, – спокойно вставляет мой отец. – Но заниматься профессионально не захотела, и мы её поддержали.

– Кирилл, ты просто обязан показать Даше, где тут находится бассейн, – говорит Виктор Федорович, и я непроизвольно бросаю напряженный взгляд на парня.

– С удовольствием провожу и покажу. Даже не откажусь посоревноваться, если, конечно, Даша не против, – с очаровательной улыбкой отвечает Кирилл. И я в его глазах вижу вызов и веселье. А еще ожидание.

Хочет посмотреть, как я буду выпутываться? Мерзавец!

– Вызов принят, – отвечаю, в мыслях уже топя парня.

– Отлично. Пока дети будут плавать в бассейне, мы можем сходить в баньку. Кости погреть. Что думаете, дамы? – произносит Виктор Федорович, разливая вино.

– Мы за, – почти в один голос отвечают наши с Кириллом мамы.

– Встречаемся вечером, – наклонившись вперед, говорит Кирилл, пока родители планируют свой досуг.

Вместо ответа тянусь к стакану с соком и делаю щедрый глоток под немигающим взглядом парня.

– Струсила? – прищурившись, спрашивает Волков.

– Нет. Просто боюсь не сдержаться и утопить тебя, – отставив стакан, с ледяной улыбкой отвечаю.

– Я готов рискнуть, – ухмыляется он.

– А я нет. Твои родители приятные люди. Не хочется их расстраивать, – как можно тише, чтобы не дай Бог наш разговор не услышали родители, говорю Волкову. И он меня отлично слышит.

– Я ведь не отстану, – угрожает Кирилл. – Лучше сдайся сразу.

– Сдаться? – вскинув бровь, переспрашиваю.

– Смирись с тем, что ты принадлежишь мне.

– Я не вещь, чтобы принадлежать кому-то. Тем более тебе, – поддаваясь вперед, ближе к парню, сквозь зубы шиплю. При этом стараюсь со стороны выглядеть дружелюбной, чтобы создавалась видимость мирной беседы. – И вообще, с чего вдруг такой интерес ко мне, Кирилл? Поспорил, что ли?

– Я подобной ерундой, как спор на девушку, не занимаюсь, – твердо отвечает Волков, и у меня отлегает от сердца. Признаться, мысли о такой вероятности пробегали не раз.

– Тогда что тебе от меня надо?

Долгие секунды Кирилл молчит, внимательно вглядываясь в моё лицо, отчего я чувствую, как начинают теплеть щеки.

Не привыкла я к такому явному и пристальному интересу.

– Позже поговорим. Сейчас не время, – бросает Волков и, откинувшись на спинку стула, переводит внимание на беседующих родителей.

Мне ничего не остается, как только смириться с тем, что ответа так и не получу.

Испытывая легкое раздражение, продолжаю есть. И остаток совместного обеда прокручиваю в голове разговор с парнем.

Что он имел в виду, говоря «позже поговорим»? Когда позже?

После того как все заканчивают есть, расходимся по своим номерам отдыхать, чтобы восстановить силы к вечеру.

Я до последнего, пока дверь за моей спиной не закрывается, ощущаю на себе взгляд Волкова-младшего. И от этого сердце частит. Заходится как сумасшедшее от волнения и… предвкушения.