Глубокое озеро Чар - Анна (Нюша) Порохня

Спорить с Лолитой было бесполезно, и мы, шипя от злости, поплелись за ней.

Спустившись в холл, сразу увидели необыкновенную троицу, стоявшую у распахнутых дверей в окружении чемоданов. Здоровенная женщина в необъятном плаще и с эбонитовой тростью, худая старуха с седыми волосами и колкими пронзительными глазами за роговой оправой очков и маленькая девочка в тёмном платье и белых колготках.

Она была похожа на ангела, с белыми волосами и длинными, загнутыми ресницами. Её губки были сложены бантиком, курносый нос усыпан веснушками, а глаза поражали яркой, прозрачной голубизной.

- Ну, здравствуйте! - Лолита подошла к новоприбывшим и обнялась с женщиной в плаще. - Габриэла, я так рада...

- Да, дорогая... да... - женщина сжала её в медвежьих объятиях, и мне показалось, что она даже всплакнула. - Теперь все изменится...

Они замолчали, видимо, не желая развивать тему в "логове врага", и Лолита повернулась к девочке:

- Добро пожаловать, крошка. Я - бабушка Лолита.

- Здравствуйте, - вежливо поздоровалась Анжелика, протягивая ей пухлую ручку. - Я - Анжелика. Вы - моя бабушка?

- Можешь так считать, - Лолита пожала её ручку, и показала в нашу сторону своим скрюченным перстом: - Посмотри, это твои учительницы. Пойди познакомься с ними.

Девочка кивнула, а старуха заговорила со второй гостьей, которая стояла в напряженной каменной позе.

- Здравствуйте, - Анжелика подошла к нам, и меня просто затопила волна нежности к этому ребёнку. - Я - Анжелика и очень хочу учиться.

Господи, да какая учёба! Ребёнку четыре года! Я обратила внимание, что девочка очень серьёзная для столь нежного возраста, с какой-то почти взрослой печалью в больших глазах.

- А я - Янина Сергеевна, - Яшка присела возле неё и мягко улыбнулась. - А эта тётя - Татьяна Николаевна.

- Ты - такая как я... - девочка прикоснулась к Яшкиным волосам. - Красивая...

- Спасибо. Ты тоже очень красивая, - Яшка обняла малышку. - Мы подружимся.

Анжелика шагнула ко мне и потянула за руку, мягко касаясь нежными пальчиками. Я наклонилась к ней, и она шепнула:

- Это плохой дом. Я чувствую.

- Приехали! Наконец-то! - в холл спустились ведьмы, разряженные в пух и прах. - Где девочка?

Алисия пробежала глазами по комнате, и увидела Анжелику, держащуюся за мою руку.

- Подойди сюда, Анжелика, - приказала она, но девочка ещё сильней вцепилась в мою руку.

- Не бойся, - шепнула я ей. - Подойди к тете.

Она тяжело вздохнула и подошла к Алисии, которая смотрела на нее с недовольством.

- Теперь ты будешь жить в этом доме, под нашим присмотром. Меня зовут Алисия, а мою сестру Инесс. Я надеюсь, ты будешь послушной девочкой. Ведь так, Анжелика? - ведьма буравила склоненную головку девочки тяжёлым взглядом.

- Да, сеньора Алисия, - тихо ответила Анжелика, не поднимая глаз.

- Хорошо, - удовлетворённо кивнула ведьма. - Вернись к Габриэле.

Девочка направилась к своей няньке, а она продолжила:

- Мы отправляемся в город, надеюсь, все будет, как положено? Комната девочки готова?

- Конечно, - ответила ей Лолита. - Не переживайте, моя дорогая. А где мои внуки?

- Ещё утром ушли на прогулку, - недовольно ответила Инесс. - Передайте им, когда вернутся, что мы задержимся до вечера.

- Обязательно передам.

Мне показалось, что Лолита не может дождаться, когда они уйдут, но сама испытывала те же чувства. И когда сёстры, стуча шпильками, вышли в открытую дверь, я облегчённо вздохнула. Они даже не удосужились поздороваться с нами!

- Пойдёмте, я покажу вам ваши комнаты, и мы позавтракаем, - сказала Лолита гостям, и я поняла, что у нее большие планы. - Она посмотрела на нас и добавила: - Вы тоже следуйте за мной. Комната Анжелики рядом с вашими, и вы должны знать, где спит ребёнок.

Мы не были против, и даже помогли женщинам с багажом, подхватив самые тяжелые чемоданы.

- Это они, Лолита? - поинтересовалась Габриэла, постукивая тростью. - Твои русские девицы?

- Они! Чертей им под зад! - проворчала старуха, поднимаясь по лестнице. - Скандальные бабы! Придурошные!

Худая, седая женщина, которая все это время молчала, засмеялась хриплым прокуренным голосом и хлопнула Яшку по заднице:

- Ничего! Бабы и должны такими быть! Да, кралечки?

- Ирен, твои русские корни делают тебя грубой бабой! - гаркнула Габриэла и тоже раскатисто расхохоталась. - Я даже не знаю, как твой муж прожил с тобой тридцать лет, упокой Господи его душу!

- Он очень любил поесть! - весело ответила ей Ирен. - И даже если бы у меня лицо покрылось бородавками, он никогда не бросил бы меня! Я прекрасно готовлю!

- Это правда, - закивала Габриэла, одной рукой опираясь на трость, а второй держа за ручку Анжелику. - Готовишь ты так, будто продала душу дьяволу!

Три женщины хохотали, а мы с Яшкой неожиданно для себя почувствовали облегчение. Дом перестал быть таким давящим, а страшные ведьмы такими ужасными.

Лолита провела женщин в то же крыло, где находились наши комнаты, и ворчливым голосом принялась рассказывать о дымящих каминах и холодных полах, открывая замки на дверях.

- Посмотри, - шепнула мне Яшка и стрельнула глазами в конец коридора.

Я повернулась и увидела, что Анжелика стоит напротив лестницы и смотрит на арочный проем, прижимая к себе старого облезлого мишку, у которого вместо одного глаза была пришита пуговица. Девочка была бледной, её большие глазки, не моргая уставились в темноту третьего этажа, и даже с этого расстояния было видно, что она дрожит. Я осторожно приблизилась у ней, чтобы не напугать, но она почувствовала меня и, не оборачиваясь, сказала:

- Там больно.

- Что ты говоришь? - я присела рядом и взяла её холодную ладошку. - Кому больно?

- Ей, - она вытянула ручку с медведем, показывая на арку.

Я с замиранием сердца посмотрела в темноту, но никого не увидела, лишь часть стены, оклеенную темными обоями.

- Там никого нет, дорогая. Тебе показалось.

- Есть. Она живёт там, - Анжелика повернула ко мне бледное лицо. - Там больно.

Яшка даже рот прикрыла ладошкой, чтоб не издать какой-нибудь звук.

- Пойдем, посмотрим на твою комнату, - я улыбнулась девочке. - Как зовут твоего друга?

- Мальчик, - Анжелика снова прижала к себе медведя.

- Медведя зовут Мальчик? - я повела её прочь