Кризисный центр "Монстр" - Валентина Ильинична Елисеева

– Растут непрерывно, как бивни?

– Тебе видней, как что, я биологию и биофизику не изучал. Элен, к утру я должен стать зубастым!

– Убираем угрозу из тона, перестаём напускать на меня ауру дикого страха и сосредотачиваемся на деле. Для создания импланта единорогу мне потребовалось три недели, а там не стояла проблема качественного питания и выживания, как такового.

– Никаких трёх недель!

– Без паники. Кто изучает физиологию вампиров?

– Никто, – мотнул головой Марко. – Среди нас нет учёных, тебе прекрасно это известно!

– Погоди, я ж не о точных науках говорю. У вас же есть собственные врачи...

– Зачем они нам при нашей молниеносной регенерации? Мы никогда не болеем, если что-то ранено или пришло в негодность, то оно зарастает и восстанавливается само. Если вампиру, демону или оборотню отрезать руку, то вырастет новая – на кой нам врачи? Ведьмы иногда обращаются к врачам, если не могут сварить подходящее зелье от своих болячек, но они обращаются к вашим врачам: их ДНК неотличима от человеческой, они легко сходят за своих в сообществе людей.

– Ты хочешь сказать, что никто в целом мире не знает, как устроены вампиры?!!

– Да простейшим образом мы устроены: ноги-руки-голова, питаемся кровью, что ещё тебе надо знать?! Директор твой в психоанализ влез, поскольку психологические трудности – практически единственные трудности, с которыми сталкиваются Иные. То оборотни переживают, что у них недостаточно зверский характер, то драконы высоты боятся! Ты – доверенная помощница Эрла, так что в курсе особенностей его клиентов и пациентов клиники. На всех четырёх этажах этого центра никого не лечат от болезней и увечий! Только меня... теперь... Дожил, называется! Был самым старым и опасным, а стал самым беззубым и смешным вампиром на свете.

– Стоп, с этого места поподробнее: ты первый вампир, доживший до такого возраста?

– Да, а что?

– Проясняется проблема с зубами. Чёрт, в нашем центре нет нормального оборудования: имеется только алхимическая лаборатория, в которой ведьмаки мудрят с непонятными анализами, и старая-престарая рентгеновская установка, подаренная городом к юбилею больницы полсотни лет тому назад!

– Я мигом донесу тебя до университета.

– Этот вариант оставим на крайний случай. Если ты заметил, уже практически ночь и лаборатории не работают, а мне нужно не только оборудование, но и штат моих коллег: в наши дни один в науке не воин. Для начала пошли на рентген. Вампиров не убивают рентгеновские лучи?

– Такая же чушь, как сказки про солнце и ультрафиолет, – буркнул Марко. – Что покажет рентген?

– В чём отличие вампирских зубов от прочих их разновидностей и бивней.

На снимках были отчётливо видны светлые пятнышки, расположившиеся над правым клыком, и однородная ткань челюсти над левым. Маячащий за спиной Элен вампир горячо дышал ей в макушку, тоже рассматривая снимки, и даже увязавшаяся за ними Фенька делала вид, что рассматривает рентгенограммы.

– Что за полоски? – проницательно спросил Марко, отыскав несимметричность в картинке и тыкая пальцем в правую область снимка.

Элен набралась храбрости и сказала:

– У меня для тебя две новости: плохая и хорошая. Плохая заключается в том, что сам собой новый клык не вырастет, нужно долго и кропотливо выращивать имплант.

Скрежет вампирских зубов показался ей очень жутким, особенно в свете того, что один-то кормовой клык у Марко ещё функционировал.

– Не тяни с хорошей новостью! – оглушительно рявкнули у неё над ухом.

– С правой стороны есть четыре зародыша нового клыка – один из них можно пересадить налево, не дожидаясь импланта. И тут снова два варианта: плохой и хороший. Хороший заключается в том, что пересаженный зародыш вырастет, плохой – ты лишишься одного из зародышей. Как часто происходит смена кормовых зубов?

– Раз в 30-40 лет.

– Что ж, оставшийся клык со своими сменщиками обеспечит тебя питанием минимум на 120 лет: волноваться о смерти от голода нет причин.

Фенька бросилась между ней и злобно зашипевшим вампиром, припав на передние лапы и визгливо голося. Глаза Марко внезапно почернели, в зрачках полыхнули алые огни. На Элен резко навалились апатия и сонливость, странное чувство полной покорности, а все навешанные на неё амулеты вдруг замерцали и тонко зазвенели.

«Чего вампир так распереживался? Щербатость оскала не сделала его менее устрашающим и внушительным», – вяло подумала она, направляясь к шкафу с инструментами. Звон амулетов поднялся до пронзительной ноты, и будто лопнула натянутая вокруг головы сеть: апатия и смирение исчезли, пришло осознание, что на неё пытались влиять ментально. Элен замерла на месте и выпалила пару крепких русских словечек.

– Прости, инстинкт, – процедил Марко. – Репутация значит для меня больше жизни. Пересаживай зародыш!

– Завтра, в медицинском центре, под наблюдением...

– Сейчас! – оборвали её.

– Нет.

– Ладно, я его сам когтем вырежу, я понял смысл задачи: вытащить справа, перенести влево.

Вампир шагнул к зеркалу, и Элен заорала:

– Отставить самолечение!!!

Её крик привёл к лавине последствий. В кабинет ворвались охранники, возглавляемые рычащей рыжей пумой. Дальше всё смешалось в круговерть магических вспышек, мелькания теней, треска амулетов и Фенькиного визжания. Внезапно наступивший хаос столь же внезапно исчез, открыв глазам Элен картину того, как два охранника, схватившись за голову, тщетно пытаются доползти до тревожной кнопки. Фенька, яростно шипя, дёргалась в непосредственной близи от ног вампира, в которые наверняка намеревалась вцепиться, не в состоянии двинуть хоть одной лапой. Марко на вытянутой руке держал за шкирку извивающуюся пуму, поучая:

– Сразу надо вызывать тяжёлую артиллерию, сразу, поскольку ни один опытный вампир не даст тебе секунды, чтобы сделать это чуточку позже, ясно? Вы правда рассчитывали одолеть меня втроём? Обидно!

– Марко, отпусти моего телохранителя. По делу: будешь самовольничать – рискуешь получить воспаление и лишиться всех... запасов. Внятно изъясняюсь?

– У вампиров не бывает воспалений.

– Убеждён, что оно не случится впервые в истории именно сейчас?

Помедлив, Марко разжал пальцы, и пума плюхнулась на пол, принявшись так же бессильно дёргаться на месте, как Фенька. Элен укоризненно посмотрела на вампира и тот фыркнул:

– Как только они успокоятся и поймут, что ты крикнула не от страха, а просто орала на меня, я их сразу отпущу. М-да, я успел позабыть, когда в последний раз мне пытались устроить головомойку...

– Я ничего не устраивала, а старалась предотвратить несусветную глупость. Ребята, извините,