Истинная вера - Анна Казинникова

— Подготовьте все для ребенка, — кинула она в сторону Марии. Та с недовольством смотрела в ведро принесенной Марийкой воды, в котором плавало несколько чахлых листиков дуба.

— Я тебе что, прислуга? — взбеленилась Марийка, приняв обращение на свой счет.

— Я не с тобой разговаривала, — холодно ответила Амелина. — Тебе тут вообще делать нечего, ступай домой.

Волчица, злобно зыркнув, сделала шаг к двери, но вдруг остановилась и, резко развернувшись, заявила:

— Никуда я не уйду! Я…

— Тогда сядь в сторонке и не путайся под ногами, — отрезала Амелина. — Зак, нам надо переодеться с дороги, и приступим.

* * *

Самым сложным оказалось уговорить на операцию саму Руби. Зак отчаянно не понимал, почему женщина упрямится. Амелина честно описала пациентке все варианты, рассказала, что Зак искусно владеет магией и уже имел положительный опыт, что она абсолютно ничего не почувствует. Но даже после этого Руби мялась, мотала головой и то и дело всхлипывала, едва сдерживая слезы. Может, тут не в родах дело? Подумав, что при нем Амелине не удастся разговорить пациентку, Зак потихоньку вышел.

Сколько прошло времени с того момента, как они переступили порог дома Бертольфа, он не знал, однако Мария успела прибраться, приготовить обед, напечь лепешек. С помощью Марийки женщина разыскала подготовленную для ребенка люльку и застелила чистым бельем, повесив на край пеленки.

Марийка тихо сидела в углу с большой чашкой травяного отвара и горячей лепешкой и с интересом смотрела на хлопочущую по хозяйству женщину. Перед Заком, стоило ему присесть, так же возникла чашка, но он лишь головой помотал.

— Ребята еще не вернулись? — устало спросил Зак у Марийки.

— Нет, — ехидно ответила та. — Их, наверное, волки съели, — девушка оскалилась, со смаком вгрызаясь в румяный бок лепешки.

— Надеюсь, что такое не придет волкам в голову. По мне и живой некромант та еще заноза в заднице, а уж мертвый… — Зак улыбнулся, с наслаждением глядя, как вытягивается лицо волчицы.

— Еще и некромант? Как будто Этера было мало. Берт вконец рехнулся! — она отставила чашку в сторону и скорчила обиженное лицо. — Как там Руби?

— Отпирается, а почему — не говорит. И времени почти нет. Что только в голове у этих беременных женщин? Может, Бертольф подскажет, как вернется.

— Человечка, — пренебрежительно процедила Марийка. — Ты же маг, усыпи ее, да и все.

— Амелина против. Врачебная этика.

— Еще одна человечка, — кажется Марийка нашла для себя эквивалент слова «дура», которое звучало не очень обидно, но, между тем, отражало все ее отношение. — Заставь. Она же твоя женщина!

Зак коротко посмотрел на замершую у печи Марию.

— Нет. Это я — ее мужчина, — грустно усмехнулся он. — В остальном выбор за ней.

— И за тобой!

— Нет. Я не волк. У меня выбора нет. У нас это иначе работает, — жестко ответил Зак, умоляюще посмотрев на Марию.

Женщина медленно кивнула, словно пообещав не выдавать. Марийка замолчала, ее взгляд отражал мучительное раздумье.

— Она боится, что ребенок родится незаконным, — наконец выдавила из себя волчица.

— А они разве не женаты? — удивился Зак.

— Ты видел где-то у нас храм или наместника? — вскрикнула девушка, вскочив и демонстративно поглядев по сторонам. — Очнись, вы в заколдованной деревне оборотней-изгнанников. Людям сюда вход только в одну сторону!

— Да я у вас тут вообще еще ничего толком не видел, — немного растерялся Зак. — Значит, вы — те самые оборотни-людоеды из сказок?

— Именно! А вы, значит, те самые доблестные Этеры, которые на нас охотятся?

Зак пожал плечами. Он конечно мог бы начать объяснять, что Этеры на оборотней не охотятся. До тех пор, пока те не создают проблем. А конкретно им даже случалось спасать одного такого бедолагу, которого суеверные соседи решили сжечь вместе с женой и детьми. Так, на всякий случай, но не стал.

В голове крутилась, но не могла сформироваться мысль. Что-то, что могло бы решить их проблему. Пока Зак пытался понять, в чем дело, Мария подошла к нему и, взяв за руку, указала на перстень-печатку, развернутый к внутренней стороне ладони так, что снаружи смотрелся простым кольцом. Зак весело хлопнул себя по лбу и, подмигнув Марийке, поспешил вернуться к Амелине. Дальше тянуть было нельзя.

ГЛАВА 8. По закону стаи

Солнце лениво ползло вверх по небосклону, подбираясь к наивысшей точке и припекая так, словно сейчас разгар лета, а не середина весны. Дитрих Вальд кинул недовольный взгляд на воткнутую посреди грядок лопату, служившую неким подобием часов. Еще немного, и можно заканчивать. Супружница сказала, что обедать его ждет аккурат в полдень, а до той поры пусть он огородом займется. Давно пора начать копать грядки под картофель и репу. А то вон, даже у неряхи-Марийки огород уже засажен, негоже старосте в таком деле отставать. Напротив, следует пример показывать.

Да вот только Марийке едва двадцать годков минуло. Она, хоть девица и зловредная, да сил не занимать. А ему, Дитриху, уже давно даже не семьдесят. Конечно, век оборотня длиннее человеческого, но все же старый волк с молодым не сравнится. Да и кому нужна эта картошка, коли в лесах полно дичи? Правильно, только дурным бабам, которые не знают, как себя занять. А коли так — пусть сама свою картошку и сажает. Разве добрая жена выгонит мужа работать под палящее солнце? Разумеется, нет! Только вот добрые жены у оборотней — редкость. Женский нрав после обращения сильно портится. А уж если и до этого скромной и тихой не была — пиши пропало.

Вот Бертольф — молодец. Здорово со своей девчонкой придумал, не стал обращать. Живет теперь с Руби душа в душу. Она, правда, тоже баба со странностями, так то по другой части. Ведьмовство-то бабка передала, а обучить толком не сумела, вот и мается. Зато приветливая, добрая, хлебосольная и с соседями дружбу водит. Даже со сварливой Марийкой общий язык нашла. Хотя опасно, ничего не скажешь. Больно уж запах у девчонки аппетитный. Во всех смыслах. Ну да волков, пробовавших человечину на вкус, в их деревне, хвала богам, не осталось. Авось обойдется. А уж посягателям на