Стихийный мир. Дракон-вампир - Сильвия Лайм

Махнула рукой в сторону и тут же нахмурилась.

— Кстати, чего он там лежит? Давайте вытащим, человеку плохо, — пробормотала, с трудом пытаясь переключиться с болезненных мыслей о Сициане на реальную жизнь.

Получалось с трудом. Словно огненный шар поселился где-то под желудком, и стоило лишь раз вспомнить насыщенные горящие глаза дожа, как этот шар разливался лавой по крови.

— Не дело лаурии разбираться с бездомными, — проговорил тут же Тейноран, когда я уже вытащила ногу из паланкина, который, между прочим, все еще двигался.

— Остановиться! — рявкнул слугам Тейноран, когда я его не послушалась и все же спрыгнула на дорогу.

За моей спиной раздался шорох и звук двух прыжков.

— Лаурия, постойте! — доносился сзади голос шеррия, но я почему-то его не слушала.

На обочине дороги в глубокой яме лежало тело, закутанное в черный плащ. И чем ближе я становилась к нему, тем сильнее что-то сжималось в груди.

— Не нужно, лаурия! — снова попробовал остановить меня Тейноран, но почему-то я двигалась все быстрее и быстрее, словно кто-то звал меня.

— Саша! — прорычал в спину Ал, когда я склонилась перед телом и тронула его за плечо.

Все происходило слишком резко. Уже потом, обдумывая случившееся, я поняла, что двигалась значительно быстрее, чем мои сопровождающие и даже золотые стражники, которые только и успели за это время спешиться и подойти к краю дороги.

Я же уже переворачивала мужчину в плаще лицом вверх. И когда это, наконец, произошло, из горла вырвался крик.

Мой крик.

Потому что едва я коснулась незнакомца, как на его узком, бледном до синевы лице распахнулись огромные красные глаза и открылся жуткий провал рта, явив взгляду острые иглы клыков.

— Отойди! — раздался сзади оглушительный крик.

Но отойти я бы все равно не смогла. Хорошо, что одновременно с прозвучавшим голосом, в котором я потом узнала Ала, до меня добрались его же руки. Он резко схватил мои плечи и дернул назад как раз в тот момент, когда ужасное существо ринулось к моей шее.

Все произошло так быстро, что мозг мгновенно начал отключаться. И вот я уже стою прижатая к паланкину двумя золотыми стражниками, а оставшиеся двое вместе с шеррием и Алом придавливают к земле бьющийся в агонии черный вихрь.

Это было ужасно. В глазах пеленой светились разноцветные искры, в голове шумело. И сквозь это нездоровое марево я видела взлетающие кулаки и блестящую саблю Тейнорана. Лезвие мелькнуло в воздухе, и… голова незнакомца покатилась по сухой, выжженной солнцем земле.

Мне стало плохо.

А голова все катилась и катилась, разбрызгивая странную, слишком темную кровь, чтобы наконец замереть лицом ко мне.

Горло сжалатошнота.

Теперь я могла во всех деталях разглядеть чудовище вместе с зеваками, что уже начали останавливаться вокруг и тыкать пальцами в происходящее.

Отдаленно в шуме толпы я слышала голоса:

— Смотрите, вампир!

— Кровосос мерзкий!

— Откуда в столице эта гадость?..

— Спасибо стражникам Сияющего, что уберегли нас от этой напасти!

А у меня все еще в висках клокотало, я едва различала, что происходит. Видела перед собой только иссушенную неправильную кожу вампира и его огромные клыки, торчащие из распахнутого рта.

— С тобой все в порядке? — раздался снова голос Ала, и, повернув голову, я заметила его руку на своем плече.

Тейноран тут же приблизился вслед за ним и, низко склонив голову, проговорил:

— Прошу простить меня, прекрасная лаурия, я недооценил опасность. Я должен быть наказан.

С его сабли до сих пор капала почти черная кровь, но одежда оказалась даже не запачканной. Он был очень быстрым… Я видела.

— Да, ты должен быть наказан, — сквозь зубы проговорил Ал, смерив шеррия ледяным взглядом.

Краем глаза я видела, как кулаки моего друга сжались.

— Нет-нет, все в порядке, — выдохнула я, невольно коснувшись одного из этих кулаков.

Ал бросил на меня короткий удивленный взгляд, и… кулак, до которого я дотронулась, расслабился.

— Возвращаемся в Хальвейль, — сказал тогда Ал и обхватил мою ладонь, чтобы помочь забраться в паланкин.

— С чего бы? — фыркнула я, окончательно приходя в себя и забирая руку.

Страх потихоньку отступал, и теперь мне хотелось продолжать прогулку.

— Я хочу на базар, Тейноран обещал показать мне кучу всяких диковинок, — улыбнулась я, потрепав за рукав все еще склоненного в три погибели шеррия. — Давай расслабься, мой храбрый воин, и полезай в паланкин, ты мне еще нужен.

— Прекрасная лаурия не злится? — чуть приподнял голову Тейноран, и его темные глаза чуть раскрылись в удивлении.

— Конечно, нет, ты ж меня спас. А сейчас еще и расскажешь, что это была за пакость. — Якоротко кивнула в сторону обезглавленного тела, которое так и осталось в окружении двух моих стражников. Похоже, они не будут продолжать с нами прогулку.

Ал нахмурился, шеррий, казалось, не знал, что делать. Но двое других золотых воинов уже расположились по обеим сторонам паланкина, а рабы подняли его в воздух.

— Хорошо, едем, — бросил Ал, и шеррий кивнул.

— Как пожелает прекрасная лаурия. Вперед! — крикнул Тейноран рабам.

И мытаки тронулись.

— Так… я не поняла, — кашлянула я в кулак, стараясь разрядить напряжение, повисшее в нашем маленьком обществе. Мужчины выглядели мрачно.

Как будто это не на меня напали, а на них! С другой стороны, драться-то не мне пришлось… Надо было сделать им скидочку.

— В общем, знаете, я там слышала что-то, — начала я, невольно краснея, — как будто меня звал кто-то…

Жар прилил к щекам. Меня и впрямь что-то звало. Почти точно также, как это делал Сициан. И непрошеное воспоминание о Красном доже мгновенно заставило подпрыгнуть желудок и перевернуться, а кровь в венах побежать быстрее.

К счастью, никто из присутствующих этого, кажется, не заметил.

— Некоторые вампиры обладают Зовом, — ответил тогда Тейноран, чуть склонив голову. Его взгляд иногда обращался к моим глазам, но почти сразу же опускался куда-нибудь вниз — к моей юбке, ковру паланкина или подушкам. Со временем я поняла, что он осознанно не смотрит на меня. — Это особенность довольно сильных особей либо тех, кто находится на грани гибели. Этот вампир был очень истощен, и его магия выросла многократно. Так организм этих отродий защищает себя.

— То есть вы тоже слышали его Зов? — уточнила я.

— Нет, — покачал головой Ал. Вот уж кто не стеснялся смотреть мне в глаза. Но все равно он периодически отводил взгляд, словно знал, что его собственное внимание довольно тяжело в восприятии. — Зов действует не на всех, а на конкретного человека. Почему он подействовал именно на тебя — загадка, которую