Между «привет» и «прощай» - Эмма Скотт

– Вдвоем? – изумленно спросила я. – Сколько лет было Эшеру?

– Шестнадцать, почти семнадцать, – сообщил Морган. – Не знаю как, но он отыскал место, записал меня и себя в школу и сумел избежать подозрения властей. Знаю, что ему помогали, но он никогда не говорил, кто именно, и не позволял мне ни о чем беспокоиться. Он чертовски умный, поэтому, окончив школу, поступил в Колумбийский университет. Ему дали полную стипендию. – В словах Моргана звучала гордость. – Эш вставал каждое утро ни свет ни заря, чтобы собрать меня в школу, затем ехал на поезде в город – полтора часа в одну сторону – и умудрялся вернуться обратно к ужину.

Глаза Моргана засияли. Налани сжала его руку, и он благодарно улыбнулся ей, потом продолжил:

– Как бы то ни было, Эш окончил университет с отличием и оказался на Уолл-стрит. Мне было всего пятнадцать, так что он ездил на работу в город, пока я не окончил среднюю школу.

– Через несколько лет Морган приехал сюда, потом за ним, в конце концов, последовал и Эш, как-то так, – закончила Налани, благоразумно пропустив моменты, относящиеся к Уолл-стрит, которые не годились для детского пикника.

– Верно, – согласился Морган, уловив ее намек. – Он сам расскажет эту историю. Но только Эш всегда забывает добавить ту часть, где работал, не покладая рук, чтобы мы с ним могли хорошо жить. Люди должны знать.

– Должны знать что?

К нам подошел Эшер с Калео на плечах, он переводил взгляд с меня на Моргана и обратно, в темных глазах читалась настороженность. Рядом с ним стояла симпатичная молодая женщина – так близко, что, когда он пошевелился, она коснулась его руки тыльной стороной ладони.

«Они выглядят словно семья», – мелькнувшая мысль болью отозвалась внутри, в груди стало тяжело, как будто там вдруг появился камень.

– Привет, Хлоя, – с улыбкой поздоровался Морган и повернулся к Эшеру. – Я просто немного рассказал Фейт о нашем переезде из Норт-Бенда, штат Пенсильвания.

– Ты рассказал ей… – начал Эшер, но не стал продолжать. Между братьями повисло напряженное молчание.

Калео дернулся, требуя, чтобы его спустили на землю.

– Мама! Я нашел мисс Барнс. И мне нужны еще билеты. Я хочу сахарной ваты. Можно?

– Эй, притормози, сладкоежка. Привет, Хлоя, – тепло поздоровалась Налани. – Ты помнишь мою бабушку Моми? А это Фейт, подруга Эшера.

– Алоха, Моми, – улыбнулась Хлоя.

Женщина кивнула в ответ, наблюдая за всем происходящим.

– Приятно познакомиться, Фейт, – продолжила Хлоя, окидывая взглядом мужскую рубашку, которую я надела поверх платья. Ее широкая улыбка несколько померкла. – Значит… э-э… вы знакомы?

Во мне тут же вспыхнули инстинкты – ехидные, стервозные, ревнивые, целое множество – вызывая желание пропеть сладким голоском, что я прекрасно узнала Эшера сегодня ночью. Но, похоже, за последние двенадцать дней я все же повзрослела. Пламя потухло, а ноющая боль в груди стала лишь сильнее.

– Со мной произошел несчастный случай возле Хоопи, – пояснила я. – Эшер подоспел мне на помощь.

«Он спас меня и в то же время погубил».

– О-о, – протянула Хлоя, натянуто улыбаясь. – Я рада, что он оказался в нужном месте.

– Да, он мне очень помог, показал остров. Но я уезжаю в воскресенье.

«Так что он весь твой».

Внезапно я ощутила тошноту, солнце показалось слишком жарким, мне безумно захотелось подняться и убежать.

– Эш? – Усмехнувшись, Морган многозначительно взглянул на брата, который так и не проронил ни слова. – Ты здесь?

– Да. – Эшер встряхнул головой, наконец перестав буравить брата взглядом. – Алоха, Моми. – Он опустился на колени рядом с ее креслом и сжал в сильных руках хрупкие ладошки. – Как дела? Лучше?

– Лучше, – подтвердила она. – Ты достал мне очень хорошее лекарство. Совсем скоро я снова буду играть на пианино.

Он улыбнулся, но в карих глазах таилось беспокойство.

– Скажи, есть ли какие-то побочные…

– Да-да, – отмахнулась она. – Не стоит отвлекать твою гостью скучными беседами о старушечьем артрите. Фейт, не хочешь перекусить? Я принесла домашний сайменский суп с лапшой.

Все взгляды тут же обратились ко мне, и я вдруг ощутила, что забрела в эту школу по ошибке, села не за тот столик – с чужой мне семьей и мужчиной, которого я не могла удержать.

– Нет, спасибо, – пробормотала я и поднялась на ноги. – Я не голодна и… мне нужно идти.

– Идти? Уже? – нахмурился Морган.

– Мне пора. Простите.

– Я отвезу тебя, – машинально отозвался Эшер.

– Ты только что пришел, дядя Эш, – надулся Калео.

– Он может остаться, – проговорила я, окинув Эшера многозначительным взглядом. – Я найду дорогу назад.

– Я отвезу тебя, – повторил он, твердо глядя на меня. Что ж, похоже, спорить бесполезно.

Не в силах видеть боль, наполнившую его взгляд, я отвернулась и обратилась к родным Эшера.

– Я рада, что познакомилась с вами. Спасибо за гостеприимство.

– Рада знакомству, Фейт, – проговорила Налани и подошла, чтобы меня обнять. – Надеюсь, ты подумаешь о том, чтобы вернуться и вскоре снова навестить нас.

– Тебе здесь рады в любое время, – добавил Морган. Он поцеловал меня в щеку и сжал в объятиях. – В любое время.

– Фейт, подожди! – Вскочив с места, Калео встал передо мной. – В следующем месяце мой день рождения. Мне исполнится восемь. Ты сможешь прийти на мой праздник?

Я взъерошила ему волосы, глаза вдруг защипало от подступивших слез.

– Сомневаюсь, но спасибо за приглашение. Надеюсь, ты отлично проведешь время. – Я повернулась к Моми, и, хотя едва знала эту женщину, наклонилась и поцеловала ее в щеку. – Алоха, Моми.

– Алоха, Фейт. – Она похлопала меня по руке скрюченной ладонью. – A hui hou kakou. Пока мы вновь не встретимся.

«Господи, помилуй».

Я быстро отвернулась, одарила улыбкой Хлою и как можно скорее захромала прочь. Я слышала, как Эшер попрощался с родными, потом догнал меня.

– Фейт…

– Я ничего не выпытывала, – проговорила я, не глядя на него. Сейчас мы шли по траве, но, несмотря на боль в лодыжке, я не собиралась останавливаться.

– О чем ты?

– Я не спрашивала о вашем детстве. Морган сам начал рассказывать.

– Знаю. – Эшер сжал губы в тонкую полоску. – Это в его духе. Но… Господи, Фейт, притормози, пока ты не свернула себе шею. Поговори со мной…

Мы подошли ко входу в школу. Остановившись, я повернулась к нему.

– Зачем? Что ты хочешь услышать, Эшер? Ты не посчитал нужным поведать мне всю историю или показать, где живешь, но мы ведь можем трахаться всю ночь напролет и…

– Нет, дело не