Пленница льда - Валентина Савельевна Колесникова

— Я училась лечить людей, но моя работа была ограничена областью, в которую я имела право лезть. Я хотела лечить людей с поражением лица и шеи… Не удивляйся, Ролан. Знать все невозможно. Намного проще выбрать одну область и изучить ее полностью. У вас ведь так же: теоретик не пойдет на кладбище рыть могилы, чтобы успокоить очередное умертвие, да и алхимик не начнет призывать демонов с того света — просто не сможет. Сил не хватит.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду, Сэра. — Ролан скривился, слегка наклонил голову и сделал самый логичный вывод из всех возможных. — Значит, убить человека ты сможешь. Это хорошо. Сможешь себя защитить, раз знаешь, что такое сонная артерия и почему ее нельзя трогать без надобности, верно?

— Ты только это понял? — Я всплеснула руками, чуть чашку при этом не опрокинула, но маг даже не моргнул.

— Все логично. Не каждый сможет пойти на кладбище и копать могилы ради того, чтобы притащить труп в лабораторию и изучать строение мышц и сосудов. Бо`льшая часть студентов на первом курсе падает в обморок и уходит в травники, получая вместо диплома обычное разрешение на торговлю настоями. Для такой работы нужны определенный склад ума, характер и выдержка, а также особое мировоззрение.

— Не забывай про человеколюбие, — прошептала я, залпом выпивая остатки чая, — а также сострадание и желание помочь.

— Конечно, — хмыкнул маг, делая вид, что поверил, — и ты все это испытываешь, глядя на то, как твой пациент умирает, истекая кровью.

— У меня пока никто не умер…

Если мы с Роланом еще и на этой теме начнем ругаться, я этого точно не выдержу. Он думает, что я мясник? Вообще не смешно! Доля правды в его словах есть, но огромная часть истины упущена из виду.

— У каждого из нас есть свое собственное кладбище, и если это тебя пугает, то в будущем у нас возникнут проблемы, — мужчина спокойно взял мою кружку и наполнил ее чаем. Надеюсь, он туда ничего не подсыпал. С чего вдруг такая забота?

— Сколько тебе лет?

— Мне двадцать три, а тебе?

— Двадцать девять, — постепенно атмосфера менялась. Напряжение таяло, в открытые окна лился яркий солнечный свет. Он мягко касался кожи, согревал при этом. Ролан выглядел спокойным, но до ужаса уставшим. Лицо до сих пор было бледным, а губы немного синюшными. Несмотря на это, он довольно быстро занял позицию сильного воина, готового докопаться до правды. Это и пугало, и восхищало. — В нашем мире происходят странные события, Сэра. Чума охватила земли сравнительно недавно, но до этого из года в год возникали то огненные вспышки, сжирающие целые города и села, то землетрясения невероятной силы. И всякий раз причины были разные, но цель не менялась. Иногда я думаю, что враг засел в тени, что он прячется среди нас, наблюдает и делает свой шаг, уничтожая очередной город. В каждой стране происходит странное… И началось это лет тридцать назад. Тогда наш мир был другим… Он был ярким, живым.

Ролан медленно развел руками, и над столом возникли яркие голубые вспышки. Они сгущались в самом центре, насыщались светом, а затем вспыхнули, создав иллюзию прямо в воздухе. У меня над столом летали маленькие крылатые феечки! Я видела города и страны, торговые ряды и фермы. В небесах парили крылатые драконы, а в бурных реках и озерах обитали неизвестные мне создания…

Я замерла с открытым ртом, а Ролан продолжал свой рассказ, указывая на различных существ и поясняя, кто это.

Мои глаза горели жаждой знаний, я задавала все больше и больше вопросов, не в силах сдержать свое нетерпение. Ролан терпеливо отвечал, успевая подливать мне чай в кружку.

— Расскажи про драконов. Какие они?

— Разные, — маг слегка повел бровью и улыбнулся, явно радуясь моей жажде знаний. — Есть те, кто может менять облик, принимая форму человека, есть те, кто на это неспособен. Все зависит от того, насколько древний у них род, от магической силы и жажды крови. В любом случае все драконы довольно кровожадны, хладнокровны и терпеть не могут людей. Часть из них можно отнести к классу оборотней — самый опасный класс.

— Почему?

— Потому что их сила неимоверно велика. — Ролан пожал плечами, затем создал несколько ярких пульсаров, чтобы осветить комнату. Лишь сейчас я осознала, что совершенно потерялась во времени: за окном уже темнело, солнце касалось горизонта, окрашивая небо в алый цвет, и лес постепенно замирал. Даже потоки ветра уже не казались такими мощными. — У драконов есть очень важная особенность: они чтут традиции, а также уважают выбор расы, готовой развиваться. Они признают право людей на существование, первыми не нападают, живут обособленно, но стоит зайти на их территорию без спроса — убьют не раздумывая. К драконам идти одному нельзя, получить разрешение на разговор крайне сложно… На моей памяти лишь трое магов пытались это сделать, но все закончилось печально.

— Наверное, я уже надоела тебе со своими расспросами, но все же…

Ролан видел мое смущение, но видел и то, как горели мои глаза, когда я слушала его рассказы. Незаметно для себя мы сели рядом друг с другом, мужчина говорил тихо, грел руки о чашку с чаем, кивал мне на тарелку, напоминая о еде.

— Не надоела. Я расскажу про магов чуть позже, а сейчас я хочу узнать, почему за столь долгое время ты ни разу не покинула деревню. Я уже давно задаю себе этот вопрос, но ответа не вижу. С твоим даром… Любая академия магии приняла бы тебя… Более того, она бы боролась за такую ведьму! Вместо этого ты сидела возле Мирграда, жила среди волков и боялась всего. Я тебя не понимаю, Сэра. Неужели не любопытно, где ты оказалась?

— Любопытно, — созналась я, глядя магу в глаза. Ролан медленно ел, делал перерывы, казался расслабленным, но мне против воли хотелось сравнить его взгляд с омутом, в котором черти водятся. И чем тише этот омут, тем коварнее черти. — Но как я могу уйти без денег? Вначале мне требовалось время, чтобы поправиться. Обморожение не лечится за пару дней… Потом совесть мучила: живу в чужом доме, ем их еду и ничем не плачу взамен. Я стала помогать по дому, делать всю работу, которой нагружала меня Риа, а затем меня показали местному лекарю, который с удовольствием стал обучать и платить деньги за помощь. Понимаешь, я нашла место, где