Измена. Чужая истинная - Елена Солт

— Это безумие, — качаю головой, — Ты же понимаешь, Сардар это так не оставит!

— Он уже Сссарррдар? — визгливо шипит Инис, но увидев мой испуг, тут же осекается. — Прости, любимая! Я зол! Безумием было красть чужую жену! Я лишь хочу вернуть то, что принадлежит мне! Впрочем, знаешь, в чём-то ты и права.

Его руки скользят по моим плечам сверху вниз, и смыкаются на запястьях цепкими капканами.

— В чём же? — спрашиваю настороженно.

— Зачем лишний раз рисковать? Бежим сейчас? Ты и я.

— А как же наш сын?

Произношу это вслух и меня коробит это «наш». Но я упорно гоню прочь эти мысли. Смотрю снизу вверх в светло-серые глаза дракона и не верю тому, что слышу:

— Родим ещё, — произносит он вкрадчиво, массируя мои запястья. — Ведь ты моя истинная, Алана. У нас будет сколько угодно сыновей-драконов. Главное — чтобы ты была рядом. Так даже лучше. Сейчас, пока твой братец отвлекает этого дикаря, и как я раньше не подумал. Идём же!

Дракон больно дёргает меня за запястье, увлекая вслед за собой в чащу леса.

15. Меж двух огней

Алана.

— Постой!

Инис замирает. Оглядывается на меня через плечо. Капризно кривит губы.

Я должна сделать что-то! Что угодно, лишь бы остаться сейчас здесь. Любой ценой усыпить его бдительность.

Взмах ресниц. Лёгкая улыбка. Поднимаю руку, касаюсь его гладкой щеки, скольжу дальше, в шелковистые мягкие волосы, перебираю их пальцами.

Склоняю голову набок:

— Если мы сбежим, — проговариваю успокаивающе, делаю шаг навстречу, обвиваю руками его изящную шею, — то сделаем это вместе. Ты, я и наш сын. Я не хочу оставлять его здесь. Сардар мне доверяет, я найду способ. Прошу тебя! Пожалуйста!

Дракон напряжён и не спешит с ответом.

Молчание длится вечность. Мне уже даже начинает казаться, что Инис не отпустит меня и не согласится, но он вдруг нехотя кивает:

— Пусть так, — дёргает плечом. — Я дам знать, когда. А ты будь готова.

— Буду! — киваю слишком поспешно и делаю было шаг назад, но рука Иниса железной хваткой сдавливает мне запястье. Он дёргает меня к себе. Чувствительно ударяюсь грудью о его грудь. Упираюсь в неё кулачками. Растерянно смотрю снизу вверх в холодные серые глаза.

По спине пробегает знакомый липкий холодок страха.

Какая же это была глупость — притащиться к нему сюда. Кажется, я совсем забыла, каково это — чувствовать собственную уязвимость. Слишком расслабилась.

Прогибаюсь в пояснице, подаюсь назад, пытаюсь оказаться как можно дальше от Иниса, чтобы увеличить расстояние между нами. Чувствую себя беспомощной и слабой рядом с ним.

Его губы капризно поджаты, нос морщится. Он не доволен. А я вдруг отчётливо вспоминаю, что именно бывает, когда Инис злится. Фантомная боль в щеке не даёт позабыть.

— М-м-мне н-нужно идти! — презираю себя за дрожащий голос, но ничего не могу с собой поделать.

— Иди, Алана, — серые глаза неотступно следят за мной, вызывая нервную дрожь по телу. — Иди, но помни, что ты моя. Была, есть и будешь. Если тебе дорога жизнь.

Сглатываю тугой комок страха. С опозданием понимаю, что он не держит меня больше. Пячусь назад, затем резко разворачиваюсь и бегу прочь, не оглядываясь.

Только оказавшись в спасительной темноте подземного туннеля, прислоняюсь к стене и с облегчением прикрываю глаза.

— Всё в порядке, миледи? — из тени выступает фигура Гьеры.

— Да! Идём! — нервно оглядываюсь на дверь, и меня передёргивает. — Скорее отсюда!

Лес остаётся позади, а меня до сих пор трусит от страха. Мерещится чужой пристальный взгляд. Горло и грудь будто скованы ледяными кандалами, не выдохнуть, ни вдохнуть.

Чего я добилась этим своим походом? Всё пошло не по плану!

И это его последняя фраза!

Помни, что ты моя. Была, есть и будешь. Если тебе дорога жизнь.

Что это значит? Это… угроза?

Пару раз едва не ударяюсь о низкий потолок, несколько раз налетаю на Гьеру. Мне не терпится поскорее вернуться, возможно, поэтому обратный путь кажется короче. Сравнительно быстро мы упираемся в стену. Она уезжает в сторону. Зябкая сырость подземелья остаётся за спиной, и мы шагаем в знакомый коридор.

На стенах горят факелы. Гуляет сквозняк. Пахнет прохладой и немного — выпечкой с кухни. Хочется обнять себя за плечи и закрыть в облегчении глаза, но я поднимаю подбородок и оборачиваюсь к своей спутнице, которая не спешит снять капюшон.

— Не болтай о случившемся, если голова дорога, — приказываю ей твёрдым голосом. — Если твой господин узнает, нам обеим не поздоровится.

Недоумённо смотрю на Гьеру, которая вдруг шарахается назад. Вздрагиваю, когда её с обеих сторон вдруг подхватывает под руки не пойми откуда взявшаяся стража. Один из стражников бесцеремонно сдёргивает с девушки капюшон, после чего вопросительно смотрит куда-то мне за спину.

— Что вы… — хриплю испуганно, но не успеваю закончить фразу.

Гьера даже не делает попыток вырваться. В её затравленном взгляде принятие и обречённость, и он тоже направлен на что-то позади меня. Или на кого-то.

Резко оборачиваюсь.

Замечаю, как из тени у противоположной стены показывается мужской силуэт. Он приближается, медленно и неотвратимо, подбирается, будто хищник к жертве.

В том, что роли распределены именно так, я даже не сомневаюсь — чувствую это кожей. Все вокруг чувствуют.

Ох.

Сардар…

Высокий, в чёрном камзоле, распахнутом на груди. Он заполняет собой весь проём, отрезая меня от пляшущего света факелов на стенах. Прирастаю к полу, не в силах пошевелиться под тяжёлым взглядом угольно-чёрных глаз, прожигающим меня насквозь.

Шаг. Ещё один и ещё. И низкий вкрадчивый голос со знакомой хрипотцой, вот только на этот раз в нём не бархат, а лёд:

— О чём узнает?

Я будто воды в рот набрала. Молчу, беспомощно сцепив перед собой пальцы.

Дракон делает едва уловимое движение подбородком в сторону. Шорохи и удаляющийся стук каблуков за спиной дают понять, что Гьеру уводят прочь. Обхватываю себя за плечи, вся съёживаюсь и смотрю в пол.

В поле зрения появляются начищенные до блеска чёрные сапоги.

Сардар останавливается рядом, почти вплотную, но не касается меня.

Едва дышу. Он, наоборот, шумно втягивает воздух возле моей головы:

— Я задал вопрос, Лана, — раздаётся над головой. — Отвечай.

Поднимаю на него взгляд. Молчу. Угольно-чёрные глаза пронзают насквозь. Ноздри дракона хищно раздуваются. Вздрагиваю, когда дракон делает шаг, ещё сильнее сокращая расстояние между нами.

Упираюсь взглядом в его камзол. Сардар так близко, что