( Не) моя малышка - Валентина Элиме

− Нам пора, − тут же шепнул мне в ухо Дмитрий, мягко подталкивая в спину в сторону двери. — Клим Несторович передал, чтобы вы срочно уехали отсюда. С вашей сестрой он всё решит сам.

Я кивнула, быстрыми шагами направляясь в сторону комнаты. Надо одеть Валерию. Рая последовала за нами, царапая старый деревянный пол острыми каблуками.

− А вы куда на ночь глядя? — прислонилась она к косяку двери, скрещивая руки на груди, словно не собиралась выпускать нас из этой комнаты. Благо, с нами был Дмитрий.

− Домой, − мой ответ был краток, пока руки усердно работали, застегивая теплый комбинезон на девочке. Мои действия были резки. Лерочка снова захныкала, но я не могла взять себя в руки.

− Вижу, что ты тоже даром не теряла времени, − ухмыльнулась она, цепким взглядом рассматривая Дмитрия и, конечно же, оценивая.

− Встретимся завтра и спокойно поговорим обо всём, − развернулась я к Рае лицом, прижимая малышку к себе, как самое драгоценную ношу.

− А мы что не будем встречать Новый год всей семьей, как прежде? — задала она вопрос, но он остался без ответа.

Какая из нас теперь семья? Из семьи не уходят, не предупредив и не поговорив. В семье не бросают ребенка и не убегают неизвестно куда, даже не позвонив ни разу, не поинтересовавшись насчет малышки. Да и сейчас из нас осталось только видимость семьи, не больше.

Слава богам, что Рая нас пропустила спокойно и не потребовала, чтобы я оставила ей дочь, как и не стала уговаривать меня остаться. И не случилось того, что она увязалась с нами. Всю дорогу до дома Соболева я держала Валерию в руках, несмотря на детское кресло в машине, целуя её в щеку и поглаживая пальчики. Я боялась. Страх, липкий и тягучий поселился во мне, затравливая меня с каждой минутой всё больше и сильнее. Я ловила взгляды Дмитрия на себе, но никто из нас так и не проговорил ни слова. Даже заезжая в широкие ворота я не смогла спокойно выдохнуть. Отказавшись от помощи Виктории Анатольевны, как и отмахнувшись от вопросов Надежды Аркадьевны, я чуть ли не заперлась в детской на ключ. На каждый шорох я вздрагивала, взгляд всё время упирался в дверь, словно вот-вот она должна была раскрыться, пропуская Раю в нашу устаканенную жизнь.

− Что случилось? — ворвался в комнату Соболев, когда я только сумела немного успокоиться, оторвать малышку от себя и переложить её в кроватку.

Я тут же ринулась к нему, ища защиту.

− Не отдавай её Рае! — воскликнула я, пряча слезы на его груди.

И чувствуя горячие ладони на своей спине поняла, что только что я переступила черту…

¹Мессенджер (от англ. message, сообщение) — специальная программа для телефона, которая позволяет оперативно обмениваться сообщениями, звонить и даже общаться по видеосвязи через интернет.

Глава 23

Каждый лукавит, чтобы добиться своего

Не каждое обещание выполняется,

но иногда определённые слова нужны,

чтобы добиться своей цели.

Слова автора.

Анна

− Анна Владимировна, давайте мы вам поможем? — Виктория Анатольевна встретила меня с Лерой чуть ли не на пороге.

− Нет, я сама, − как-то враждебно посмотрев на её протянутые руки, проговорила я.

Вдруг она не та, за кого себя выдает? Прижала малышку к себе и чуть ли не бегом поднялась на второй этаж. Дверь в детскую я захлопнула чуть ли не силой, словно за нами гнался сам дьявол. Аккуратно раздела девочку, боясь разбудить её. В дороге она засыпал быстро. И сидела рядом с ней, стараясь запомнить каждую мимику её лица, каждое её движение, будто нам завтра предстояло расстаться. Мысль об этом разбивала мне сердце. Как я могу вернуть её сестре? Будет ли она любит её также, как я? Как долго она сможет продержаться на этот раз? Через сколько времени Рая снова всё бросит и убежит в неизвестном направлении? Достойна ли моя сестра второго шанса? Заслуживает ли она его? И вообще, нужен ли он ей? Не зря она именно сейчас вернулась домой.

В дверь тихонько постучали.

− Нужна моя помощь? — поинтересовалась Виктория Анатольевна, когда я открыла дверь на пару сантиметров.

− Нет, я справлюсь со всем сама. Вы можете быть свободны на пару дней. Поезжайте к своей семье, − не дожидаясь ответа, закрыла дверь. Для меня все казались врагами.

Я гладила малышку по щеке, по волосам, вытирая свои горькие слезы. Приезд Раи всё испортил. Лучше бы она и дальше жила своей разгульной жизнью, не давая о себе знать. Если раньше я жалела её, стараясь хоть как-то заменить ей собой потерю матери, то сейчас моё отношение к ней изменилось, полностью, после её поступка. Раз она сама решила оставить ребенка, то какое право имела бросить потом? Устала от материнства? Тяжела оказалась ноша? Я же ей помогала во всём: вставала по ночам, ухаживала за племянницей всё свободное время, когда была дома, чтобы дать отдохнуть сестре. А что сделала она? Рая просто скинула ребенка на чужого человека, и сама укатила в неизвестном направлении. Жизнь, полная вечеринками оказалась для неё важнее, судя по тому виду, в каком она заявилась. Зря я поехала к своим сегодня…

Я едва ли успела вытереть слёзы, когда в коридоре послышались отчетливые шаги и дверь в детскую резко открылась.

− Что случилось? — внутрь комнаты ворвался Соболев, когда я только сумела немного успокоиться и привести путающиеся мысли в порядок.

Я тут же ринулась к нему, ища защиту, Слёзы заново покатились по щеке ручьем.

− Не отдавай её Рае! — воскликнула я, пряча заплаканное лицо на его груди. — Не позволяй забрать моей сестре нашу малышку!

И своей просьбой я перечеркнула всё то, что меня связывало с Раей. С этого самого момента мы с ней оказались по разные стороны глубокой и широкой трещины, что она создала сама, а я расширила её своими собственными словами.

Клим внимательно выслушал меня, не выпуская из своих объятий и поглаживая по спине. В обруче его рук я чувствовал себя защищённой, выплёскивая на него все свои страхи.

− Не переживай, я же обещал, − он поднял мой лицо и взглянул в глаза. — Валерию у тебя никто не заберет. Даю тебе слово.

Я замерла, как от его голоса и от его взгляда. В глазах Клима мелькнула нехарактерная для него, всегда такого серьёзного и хмурого, нежность. Он не торопился убирать свои руки, так и продолжая