Экс-супруг. Ушел навсегда - Наталия Ладыгина

Я немного теряюсь, но четко понимаю, что эта девочка ведет себя крайне неправильно. Но она семья Мирона, так что я не могу поступить, как могла бы поступить с чужим человеком.

— Ладно, — выдыхаю, кивая. — Я поняла, что ты не хочешь говорить, что тогда произошло. Видимо, меня это и впрямь не касается. Больше не буду тебе мешать. Пока, — прощаюсь как можно холоднее, разворачиваюсь и ухожу.

Глава 33

Сделав все необходимые покупки, я спешу вернуться в машину.

Еду, до боли кусая губы. Из головы не идет выражение лица Лана. Какого черта она так себя ведет? Сказала, что я ни при чем, но мне почему-то так не кажется. Касайся это только ее и Мирона, она не вела бы себя так со мной. Раньше она всегда была милой со мной. Или притворялась?

Ладно, неважно. В моей жизни сейчас поважнее события происходят. Хватит думать об этой девчонке.

Может, Мирон и прав начнет нее. Стоит держаться от нее подальше.

Въезжаю на территорию, выхожу из машины и достаю из багажника пакеты. Алексей тут как тут, чтобы мне помочь.

— Спасибо. Отнеси, пожалуйста, на кухню.

— Конечно, — мужчина идет вперед к дому, а я иду медленнее, смотря на экран своего смартфона.

Мирон звонит. Сказать, наверное, что-то хочет. Скорее всего поинтересоваться начнет клиники.

Руки дрожат. Я задыхаюсь на свежем воздухе. Всю жаром обдает изнутри.

Спокойно… Нужно ему ответить. Спокойно ответить.

— Алло.

— Ты где, Лиль? — спокойным тембром спрашивает муж, словно и не было той ссоры по пробуждению.

— Только что домой приехала.

— Была в клинике?

Приоткрываю губы, думая солгать, но останавливаю себя, ведь я не уверена, что он не следит больше за мной. Он мог так просто сказать. Не хочу быть пойманной.

— Нет, сегодня решила не ехать. Не было настроения… От мысли, что придется проторчать там полдня, мне стало нехорошо. Я к Марине съездила, а потом в магазин... Развеялась, короче.

Слышу, как он вздыхает, явно недовольный тем, что услышал.

— Сейчас ты хорошо себя чувствуешь?

— Да, все хорошо. Хотела сама тебе позвонить... Ты можешь вечером пораньше вернуться? Скажем, часов в семь.

— Да. Я и так собирался пораньше. Хочешь продолжить утренний разговор?

— Просто хочу поговорить. Не об этом, — поднимаюсь по ступенькам, вхожу в дом. — Скандалить я больше не хочу.

Алексей проходит мимо меня, я киваю ему, направляясь в кухню.

— Я тоже, Лиль, — выдыхает хрипло. — Я буду к семи. Обещаю.

— Спасибо. Буду ждать. Пока, — отключаюсь, бросаю телефон на кухонный стол и смаргиваю слезы. — Черт…

Душу рвет от его предполагаемой реакции на мою новость.

Ему даже говорить ничего не нужно будет. Я все по глазам его увижу…

— Здравствуй, Лиля, — в кухне неожиданно появляется Василиса, видит мои слезы. — Все хорошо?..

— Да… Да.

— Непохоже.

— Да я это так… — улыбаюсь. — У меня бывают моменты слабости… Правда, все отлично. Я, кстати, хочу вас отпустить.

— Отпустить?..

— Я сама сегодня ужин приготовлю. Поезжайте к себе. Вы и так у нас без продыху в последнее время.

— Ой, меня жалеть не надо. Я привычная.

— И все же… Правда, я сегодня сама. Но не волнуйтесь, засчитается как за полный день.

— Ну хорошо... Я уже навела порядок наверху. Так что, пожалуй, к сестре заеду в гости.

— Конечно, — улыбаюсь.

Василиса уезжает, а я, переодевшись в домашнее, приступаю к готовке. Не спеша.

Удивляюсь тому, что меня не тошнит от запахов. Бывает и такое, насколько я знаю. Но утром меня тошнило достаточно сильно.

За готовкой я обдумываю все возможные сценарии, чем еще сильнее себя накручиваю. Но иначе и быть не может. Так будет до самого его приезда.

— Черт… — порезала палец. — М-м…

Но несильно.

Хорошо, что я уже закончила.

Поднимаюсь в нашу комнату и захожу в ванную, клею себе пластырь.

Уже шесть. Мирон десять минут назад написал, что будет через полчаса. Нужно поспешить привести себя в порядок.

Надеваю удобное платье, укладываю волосы и спускаюсь вниз, чтобы успеть накрыть на стол. И только я заканчиваю сервировать, — я слышу шаги.

Освободив легкие от воздуха, иду встречать его, застаю направляющегося к лестнице.

— Привет…

Муж оборачивается, осматривает меня с ног до головы.

— Я думал, ты наверху.

— Я была на кухне. Ужин готов, — сцепляю кисти рук. — Но я подожду тебя, пока ты переоденешься и в душ сходишь.

— Да потом, — направляется ко мне. — Пойдем сначала ужинать, — останавливается очень близко ко мне, но не касается.

Двинуться не могу. Мне очень страшно. Не представляю в какой момент решусь ему сказать, и решусь ли вообще сегодня...

— Идем… — хочу уже развернуться.

— Все нормально? — касается плеча.

— Почему ты спрашиваешь?

— Ты странно себя ведешь.

— Не странно. Может… я помириться хочу.

— Может?.. — щурится.

— Скажем, я еще не решила, — вздергиваю подбородок.

— Все еще думаешь, что я мог изменить тебе вчера?

— Я… — опускаю глаза. — Не хочу об этом говорить. Давай сядем, поужинаем. Спокойно.

— Я только за.

Выдавив из себя легкую улыбку, я разворачиваюсь и веду нас на кухню.

— Ого… У нас вроде уже прошла годовщина. О чем я забыл?

— Ни