Истинное наказание - Ольга Вадимовна Гусейнова

одет в темную одежду. По наитию поняла – волк. Только дальше он не к жрецам направился, а вдоль ряда в нашу сторону. И остановился возле группы шатенов в зеленых куртках – клан куниц. Там тоже возникла суета и натуральная толкотня, вскоре из группы сородичей буквально вырвалась невысокая хрупкая девушка с шоколадными косами, круглым лицом и большими карими глазами. Запыхавшаяся и с распахнутым полами куртки, словно ее там толпой усердно останавливали.

Все происходило близко от нас и было видно до малейших деталей. Мужчина встал на одно колено и держа обеими ладонями протянул девушке красивый серебряный браслет, состоящий из двух перевитых ободков, у которого в местах соединения линий прикреплены драгоценные камни. Отличная работа, сделанная с душой.

– Оннела, я прошу тебя стать моей парой и пройти связующий обряд. Сегодня. Сейчас. Прими мой дар души, я обещаю, вместе с ним ты навсегда заберешь мое сердце и верность моего волка. Я люблю тебя, родная!

– Улан… – счастливо выдохнула его имя избранница. И протянула ему нежную, тонкую, слегка подрагивающую руку, соглашаясь принять браслет, а значит, стать женой. – Я согласна на обряд и тоже тебя очень люблю…

Пока парень торопливо надевал любимой браслет, а надев, трогательно целовал в центр ладошки, от оборотней в зеленых куртках раздавалось возмущенное бурчание:

– Клан Лиственных выражает протест!

– Дочь главы клана не пара…

– Сияющей плевать на ваши статусы и высокомерие. Для нее все ее дети равны. И только она решит, быть им связанными навечно или нет! Или хочешь оспорить этот союз у самой Сияющей? – прорычал Каури, будучи и так на взводе из-за племянника, что не смог сдержаться, и полыхнул таким ярким светом в глазах, что даже мне стало страшно.

Что уж говорить про отца невесты, вызвавшего гнев жреца, следом выдавившего:

– Прости жрец, я погорячился.

С брачными традициями оборотней я столкнулась впервые, хотя знала основные особенности. С одной стороны, на Хартане в целом, а в Дарглане особенно, царит махровый патриархат. Вместе с тем женщин ценят и уважают. Ведь трое божественных сестер тоже женщины. Поэтому любая невеста считается подарком небес, который необходимо как бы выкупить или обменять у высших. Перед тем как сделать предложение девушке парень обязан собственноручно сделать помолвочный браслет. Чем он красивее, затейливее, а не богаче, тем больше вложено души создателя, сильнее его чувства, а значит – проявлено больше уважения будущей невесте.

Затем парень находит правильный момент, чтобы прилюдно, при свидетелях, преклонить колено и преподнести браслет избраннице. Признавая перед всеми, что она ценный дар, подарок богов для него, который принимают, стоя на коленях. Девушка, приняв браслет, соглашается отдать себя в дар, стать женой.

Этот обмен, согласно традициям оборотней, считается помолвкой. И длиться та может несколько лет. Как и говорил Филан вчера. Ведь пара должна быть абсолютно уверена, что не только человеческая суть, но и оба зверя любят и любимы. И только тогда, когда помолвленная пара осознает и окончательно примет свою любовь, последует второй этап – связующий брачный обряд. Его проводят жрецы Белого клана, у себя или в поездке по Дарглану. И только сама Богиня соединит души влюбленных. Самое удивительное, что после обряда те самые, сделанные с душой, браслеты женихов превращаются на руках невест в едва светящиеся татушки. Которые всем подскажут, пара связана и брак нерасторжим.

Я уже видела такие у Алиры и других замужних женщин, прошедших связующий обряд. А вот у Артемии тату нет, они со своим темным прошли связующий обряд, принятый в Ирмунде.

Поэтому, глядя на Улана, я поняла его мотивы. Видимо, он занимает более низкое положение в своем клане и не столь богат как его любимая девушка. Поэтому шанс заполучить ее был лишь один – сделать предложение прямо на священном обряде; ну и пропустить длительную помолвку, проскочить ее и сразу сочетаться браком.

Парень поднялся с колена, уже уверенно и собственнически взял Оннелу за руку, на которой красовался его браслет, и повел к жрецам. Жених и невеста заметно торопились, видимо опасаясь протестов родичей. Встав напротив Каури, так нетерпеливо и трогательно, они явно не ожидали услышать его жесткое слово:

– Вы абсолютно уверены, что готовы прожить одну жизнь на двоих? Ведь разорвать узы Сияющей невозможно!

– Мы любим друг друга много лет! – призналась Оннела. – С первой встречи…

– С первого взгляда! – хрипло добавил ее любимый.

– Надеюсь, богиня вас благословит, – смягчился Каури.

Прикрыв глаза и почтительно касаясь белой каменной глыбы, беззвучно зашевелил губами – шептал неведомые мне молитвы. Внезапно алтарь, брачующихся и обоих жрецов накрыл сияющий белесый туман. Их фигуры сквозь него проступали нечетко, таинственно, волшебно… И все мы завороженно наблюдали за этим божественным действом. Вскоре каждый присутствующий на площади стал свидетелем свершившегося события: вспыхнул светом браслет – богиня приняла подношение. Вместо него на запястье девушки, точнее, уже полноправной жены, засияла татушка.

У меня сердце приятно екнуло при виде сумасшедшей от счастья пары. Большой романтик в моей душе плакал от восторга и мечтал о не менее большой любви. Народ громко поздравил новобрачных, туман вокруг которых красиво рассеялся, словно стек белесыми искорками. Молодые быстренько сбежали, похоже, торопились скрыться от «радостных» родичей девушки.

А чудеса продолжались своим чередом. Стоя под серебристым куполом жрецы доставали из корзин свернутые просителями в рулончики записки, те тут же обволакивались сиянием, затем это «сияние» в руках Лаури или Каури превращалось в полупрозрачного голубка, который спешил вернуться к отправителю. Мужчины и женщины, обращавшиеся за помощью или советом к Сияющей, с горящими надеждой глазами ловили ее посланников и с трепетом разворачивали. Дальше кто-то радостно кричал, кто-то горестно плакал. Я свое послание поймала с таким отчаянием, ожиданием и страхом, что, наверное, походила на безумную.

В своей записке я от всей души благодарила Сияющую за то, что мне подарили Высшие. Молила о втором шансе и легком пути в новой жизни для Маши и Вики. И может быть, когда-нибудь, о встрече с ними. А получила совершенно неожиданный ответ. Безликие буквы светились призрачным светом, стираясь, стоило только их прочесть: «Музыка окрыляет, очищает и соединяет!»

Видимо, я была настолько растерянной, что даже Филан не удержался и заинтригованно спросил:

– Что она ответила?

– Предложила петь и танцевать, – на автомате произнесла я.

– Правда, что ли? – воодушевился Меллик. – Так ты что, про нашу музыкальную группу совета спрашивала?

А я почувствовала на себе чье-то пристальное внимание и посмотрела в сторону купола. Под ним стоял пронизанный светом Лаури, словно ангел во плоти, но сверлил меня совсем неангельским, мрачным взглядом. Мотнул головой – разорвал нашу зрительную связь и отвернулся. А я опустила глаза, чтобы справиться с наплывом эмоций. До меня, наконец, во всех цветах и красках дошло: «Мне