Игра. P.S. - Катя Хеппи

— Потому что мы любим друг друга! И ты должна быть со мной! — срываюсь на крик. Достала уже вся эта ситуация.

— Я не могу контролировать свои чувства, но то, с кем мне быть, я решу сама. И знай, это будешь не ты. И вообще, мне жаль ту, которая согласится быть с тобой. Потому что ты делаешь больно даже тем, кого любишь.

Эмоции шкалят. Колошматит так, что искры сверкают перед глазами. Сжимаю кулаки до боли. Херачит так, что кровь кипит.

— В машину сядь.

Не вывожу на разговор, потому что не потяну его в таком состоянии.

Тут подчиняется. Но в остальном только наперекор мне…

Как только останавливаю машину около ее дома, выскакивает и несется внутрь.

— Богданова. Твою мать, — зверею и кидаюсь за ней.

Знаю, что в квартире Дема. Но пох*й. Клеммы слетели. Тумблер сгорел.

Потому что моя.

Целовал. Целовала.

Люблю. Любит.

А на остальное пофиг.

Стучу в дверь, которая отделяет меня от нее.

Но за дверью тишина.

Бью по двери кулаком со всей дури.

На взводе. Потому что хапнул дозу ее и снова упустил.

Новый удар.

Щелчок замка.

Хватаюсь за ручку и дергаю дверь на себя.

Брат! Куда же без него?!

— Выходи! — чеканит Дема. Но я не собираюсь отступать и рвусь к двери. — Рома, ты ее пугаешь…

Перехватывает и швыряет к противоположной стене.

— Успокойся. Она и так боится тебя.

Кроет от этой мысли. Боится…

— Дем, пусти меня к ней. Нужно или сдохну.

Мне жизненно необходимо увидеть ее. Заверить, что не обижу. Прижать, чтобы не боялась. Поцеловать, чтобы вернуть себе ощущение ее.

— Поговоришь с ней, когда придешь в себе. А сейчас мы поговорим. Давно уже пара.

Настраивался на драку с братом. Первую в жизни. Он уже бил мне морду из-за Бельчонка, но тогда я не давал сдачи. Сейчас я буду драться за нее даже с братом.

— Бельчонок сказала, что ты убьешь меня за нее. Давай, Дема. Только не как в прошлый раз вполсилы.

— Ты убиваешь себе и без моей помощи, — Дема на удивление спустился на улицу спокойный и уравновешенный. Запал, который был на пороге квартиры, куда-то пропал. — Уезжай, Рома. Ты же видишь, что она не сдастся. Чем больше ты напираешь, тем она дальше бежит от тебя.

— Она бежит к тебе, брат.

— К моему сожалению, нет. Она лишь прячется от тебя.

— Дем, верни ее мне.

— Если бы я на сто процентов был уверен, что она будет с тобой, то я бы отпустил ее. Но сейчас она на двести процентов не вернется к тебе. А я не могу оставить ее одну.

— Она меня любит…

— Знаю. Всегда знал и все равно влез. Жалею об этом. Мирить вас, дураков, надо было, а не настаивать на том, чтобы она со мной была. Я ведь тогда ее напором взял. Таскался за ней со своей любовью. Она бы мне никогда «да» не сказала, если бы ты ее не подпихнул ко мне. Я сразу понял, что она прячется от тебя. Видела тебя и ко мне бежала. Висла, не дышала, сжималась вся. Тебя нет и ее рядом нет. Чувствовал, что ломает себя, но все равно не отпускал. Думал, что забудет тебя. Потому что ты раз за разом показывал всем, что тебе не нужны ее чувства. А потом как гром среди ясного неба — твое «люблю».

Дема замолчал. Топтался на месте. А я херачил себя новой информацией. Хотелось врезать себе и Деме. Себе за тупость и беспредел, который творил из-за ревности. Ему за молчание.

— Ром, она упрямая. Не думаю, что эти твои прилеты сюда как-то подействуют на нее. Она еще больше в стойку становится. Свадьба — это Дикарки заскок. Это кольцо я ей подарил после новогодних каникул. Только тогда она даже не взглянула на него. Отказала. А на День Рождения приперла и на палец одела. Я офигел. Даже согласился сдуру. А теперь мечусь между двух огней.

— Дем, ты на моей стороне?

— Нет. Я на стороне Дикарки. Но она за своим упрямством не видит того, что ей нужно.

По лицу брата я понял, что он что-то задумал.

И я был прав.

Через две недели Дема позвонил.

— Приезжай жить к отцу в особняк. На несколько дней. Причина должна быть серьезная. Трубу прорвало или что-то подобное.

— Дем??? — ничего не понимал я.

— Ко мне нельзя. У меня ремонт перед свадьбой.

Послал всё по короткому адресу несколько раз и пошел собираться.

Брат так просто звать не будет. Особенно сейчас, когда мы из-за этой проклятой свадьбы почти не общаемся.

Глава 39

Катя

— При…ве…т

От ужаса роняю тарелку. Сердце вместе с тарелкой падает на пол. Его голос как стартовый свисток — бежать, окаменеть, не чувствовать.

Будет ложью сказать, что я не ждала встречи. Знала, что Ветров объявится, когда узнает, что я вернулась, чтобы сдать сессию. Глупо было прятаться. Он, если захочет, и из-под земли меня достанет. Поэтому согласилась остановиться не в гостинице, а у Демы. Там более-менее безопасно.

С Демой я сильная. Он мой жених. Друг. Брат. Опора. Прикрытие. И я благодарна ему, что он рядом. Я воспринимаю его как свою семью. Поэтому правильно, что мы поженимся. Я просила Дему дать мне время. Но это не может быть бесконечность. Нужно принимать решения. И я его приняла. Мое решение — свадьба.

Но есть то, что я не могу принять. Время не меняет мои чувства к Роме. После больницы я сама себе дала срок в три месяца на исцеление. Но срок истек, а чувства не угасли. Перевод на заочное в универе, переезд в Америку, свадьба с Демой — это мои попытки показать сердцу, что Ромы нет в моей жизни.

Но я снова не справилась. Снова проиграла ему. Призналась первая в чувствах. Но это мое последнее поражение. Его очередь проигрывать, потому что я не вернусь к нему, чтобы он не сделал. Я вытравлю из себя эту любовь. И когда в сердце будет чисто, полюблю Дему. Дема заслуживает моей любви. Но я его подвожу раз за разом. Он отдаляется, но не отпускает.

— Оставим всё как есть, — вот ответ Демы на все мои просьбы обсудить наши отношения.

Глупый ответ. Он не решает ничего между нами. И это его «как есть» пугает меня. Потому что между нами