Саид 5. Рождение клана - Анастасия Шерр

– А может всё дело в Вербине? Это он тебя там маринует часами? Чем ещё вы занимаетесь, помимо того, о чём ты уже сказала?

– Твоя ревность не к месту.

Шам вглядывается в мои глаза, в каждый по очереди, и прислоняется лбом к моему лбу.

– Я тебе не верю. Ты каждый день туда ездишь.

– Верить или нет – твое право. Можешь отойти? Я к сыну тороплюсь.

– Я его накормил и уложил спать. Он уже уснул, пока ты шлялась по участкам и Вербиным.

– Шам, прекрати, – устало вздыхаю я. – Я беременна, уставшая и злая. У меня нет желания играть в Отелло и Дездемону. Давай эти страсти оставим на дни посветлее.

Он долго сверлит меня своим пронизывающим взглядом, опускает руки.

– Я хотел съездить за тобой, но меня не пустили охранники твоего отца. Это ты не хочешь мне объяснить? – его злость не прошла, а в глазах читается ярость. Шамиль любит свободу и презирает правила.

Я вздыхаю полной грудью, беру в свои ладони его лицо. Для этого мне приходится чуть привстать на носочки.

– Это делается для твоего же блага. Врач запретил тебе садиться за руль и уходить из дома одному. Это опасно. Ты ведь принимаешь сильные лекарства, а вдруг что-то случится?

– Хорошо, тут отмазалась, – что-то мне подсказывает, что не всё хорошо. Он остался недоволен моими ответами. Но у меня правда нет сил что-то доказывать ему.

– Пустишь меня к сыну?

Он склоняется ко мне, нюхает мою макушку.

– От тебя воняет сигаретами. Опять Вербин?

– Когда я пришла в участок, в кабинете Вербина уже было накурено. Ты же не думаешь, что это я с пузом решила курнуть?

Он молча смотрит на меня так долго, что я начинаю нервничать.

– Шам, не пугай меня. Я хочу увидеть Эльдара. Пропусти, – толкаю его в крепкую грудь, и Шамиль, наконец, отходит в сторону. Пока я иду в спальню сына, он следует за мной большой тенью.

Эльдар, и правда, сладко спит. Посапывает и дёргает ножками, как маленький котёнок. Я тут же забываю о разборках с Шамилем и обо всём на свете.

– Мой маленький, – тихонечко глажу его маленькую головку, склоняюсь, вдыхая молочный запах.

– Ты его разбудишь, – негромко произносит Шамиль, и я отхожу от кроватки.

Идём в нашу спальню, где я начинаю переодеваться, чтобы принять душ. От меня, и правда, воняет каталажкой.

Хаджиев молча следует за мной, раздевается, пока я настраиваю воду, и присоединяется ко мне. Я опускаю взгляд на стоящий колом член, закатываю глаза.

– О нет, только не это.

– Почему нет? – допытывается он, склонив голову ко мне.

– Потому что я зверски устала. Я бы с удовольствием сейчас помылась и легла бы спать.

Какое-то время он просто смотрит мне в глаза, а затем выходит из душевой кабины и закрывает за собой массивную дверцу.

– Блин! – ругаюсь я вполголоса, тяжело вздыхаю.

*****

Джамал и Арина

Просыпаюсь от голода и холода. Окно слегка приоткрыто, а на столике стоит мой ужин. Я бросаю злой взгляд на мигающую под потолком камеру, встаю, чтобы закрыть окно.

Есть хочется просто нереально, но мне страшно. А вдруг эти змеи снова что-то подмешали мне? Джамалу бы не за мной следить, а за своей тётенькой, которая всячески пытается меня опорочить.

Пока я упрямо сижу на кровати, поджав под себя ноги, дверь кто-то открывает и в комнату заходит Амир. Мой хороший, светлый душой мальчик. Я почти не видела его из-за учёбы.

– Привет. Папа сказал, что ты приболела. Я принёс фрукты. Будешь?

– Буду. Проходи, – улыбаюсь мальчику и принимаю целую вазу фруктов.

– Я сам нарезал.

– Спасибо тебе большое. Я как раз голодна, как волк, – бросаю в рот кусочек манго и закрываю глаза от удовольствия.

– У тебя же еды полно, – указывает он на стол.

– Ту еду я не хочу. А вот твои фрукты съем с удовольствием.

Щеки Амира розовеют, он прячет неловкую улыбку. Какой же золотой мальчик.

Пока я ем, он рассказывает мне о делах в новой школе для одарённых детей. И я, как мама, ну или хотя бы мачеха, горжусь своим сыном. У меня даже слёзы на глаза наворачиваются.

– Я даже не сомневалась, что у тебя всё получится. Жаль только видимся нечасто.

– Папа сказал ты перешла на заочное обучение, теперь будем видеться чаще.

Я улыбаюсь, но не так весело, как хотелось бы.

– У тебя же всё в порядке? – допытывается Амир, а я даже не знаю, что ему сказать. Сказать правду – стыдно. Соврать… Не хочется. Он правильный, хороший мальчик. Начинать нашу дружбу со лжи – как-то подло, что ли.

– На самом деле не всё в порядке… – начинаю я, покусывая верхнюю губу. – Мы с твоим папой поругались и поругались серьёзно.

– Это из-за тёти Алии и Аманат? – тут же попадает в цель Амир.

– Угу, – мычу неловко я.

– Тётя Алия тебя не любит и хочет, чтобы папа женился на Аманат, – выдает мне наблюдательный Амир, а я, прикусив щеку изнутри, киваю.

– Что-то вроде того.

– Значит, тебе нужно доказать папе, что ты лучше Аманат.

– Знаешь… Я не уверена, что у меня получится. Я совершила ошибку с подачи не очень хороших людей и твой папа теперь мне не верит.

– Я думаю, что он не верит никому, – признаётся мальчик и на мой вопросительный взгляд отвечает: – Он велел установить камеры видеонаблюдения по всему дому. Кроме туалетов.

– Вот как? – что-то внутри сжимается от призрачной надежды. Это моё сердце, которое всё ещё любит и жаждет понимания.

– Да. Теперь даже у меня в комнате есть камера.

– Прости, это всё из-за меня.

– Да ничего. Я привык к камерам ещё в школе в Валенсии. Мне скрывать нечего, – пожимает он плечами и усмехается тому, как я заталкиваю в рот кусок яблока. – А ты действительно голодна.

– Не то шлово, – отвечаю с набитым ртом, а Амир хохочет.

– Так, что здесь происходит?! – в нашу с Джамалом спальню врывается тётка Алия, чтоб ей пусто было. Находит взглядом меня и Амира, недовольно складывает руки на груди. – Что ты здесь делаешь? – вопрос адресован Амиру и тот, не смущаясь, отвечает:

– Арина приболела, а я принёс ей фрукты.

– А ключ от комнаты где ты взял?

– У отца. Он разрешил мне навестить Арину.

– Выходи и давай ключ сюда. Не хватало ещё, чтобы эта наркоманка слонялась по дому!

Охнув от обиды, я застываю с открытым ртом и ловлю на себе растерянный взгляд Амира.

– Ну ладно, я пойду… А ты выздоравливай. Я навещу