Отброс - Мари Секстон

- Я пытался. Я действительно пытался. Но у меня ничего не вышло. Каждый день я сравнивал себя с каким-то нелепым идеалом, и каждый божий день я терпел неудачу. И вот, он бросил меня.

- Ради кого-то другого?

- Да.

- Кто-то, для кого это образ жизни?

- Да.

Несколько секунд прошло в тишине.

- Какое отношение это имеет к Филу, Грею и Чарли?

- У их партнеров могли быть разные причины, но результат был один и тот же. Этот стиль жизни был похож на какой-то тест, и мы все набрали большие, жирные нули.

- И поэтому вы называете себя Клубом Домов-еретиков.

Уоррен удивленно уставился на него.

- Это Фил тебе сказал?

- Я как-то раз увидел это, просматривая его электронную почту.

Уоррен покачал головой. Ему пришлось бы попросить Фила установить на свой компьютер элементарную защиту паролем, если он собирался приводить к себе домой мужчин.

- Конечно, ты это сделал.

- Почему еретики? Только потому, что тебе не нравились правила?

Уоррен усмехнулся, вспоминая.

- Сначала мы называли себя «Несостоявшиеся Домы», но потом бывший Грея сказал что-то о том, что он еретик, потому что всегда выступает против того, что другие люди считают правдой, и он просто принял это. Он вроде как убедил нас, что мы не потерпели неудачу. Мы просто решили нарушить правила. В то время, я думаю, это дало нам немного надежды. Это заставило нас почувствовать себя бунтарями, а не неудачниками, поэтому мы согласились. - Он протянул руки. - Вот и все. Это все, что у меня есть. Только ты можешь решить, достаточно ли это правдиво.

Тейлор сцепил пальцы, раздумывая.

- Стюарт - это тот мужчина на фотографии в ящике вашего стола?

Глупо было удивляться такому вопросу. Тейлор уже признался, что шпионил. Конечно, он видел фотографию, которую Уоррен спрятал подальше.

- Да.

- Ты любил его?

- Всем сердцем.

- Как давно он ушел?

- Прошло уже пять лет.

- Ты все еще любишь его?

- Нет. - Уоррен покачал головой. - Иногда мне кажется, что я ненавижу его, но я говорю себе, что в этом нет смысла. Этому просто не суждено было случиться.

Тейлор поджал губы, раздумывая. Наконец, он кивнул.

- Ладно. Это было действительное признание.

Уоррен откинулся на спинку стула и стал ждать. Тейлору потребовалось некоторое время, чтобы решиться заговорить. Было очевидно, что это далось ему с трудом. Наконец, он вздохнул.

- Если ты произнесешь слова «консультация» или «терапия», я выйду за дверь прежде, чем ты закончишь предложение.

Уоррен кивнул.

- Справедливо.

Тейлор еще немного пожевал губу. Он взял с дивана подушку и прижал ее к груди.

- Когда-то у меня был брат.

Это было простое заявление с серьезным подтекстом.

Однажды.

Не сейчас.

Но это было еще не все. Даже близко не так. Уоррен инстинктивно это понимал.

- Он был на два года старше меня. Его звали Джеймс. Все остальные члены семьи звали его Джим или Джимми. - Он грустно улыбнулся. - Для меня он всегда будет Джеймсом.

Уоррен подождал еще немного, пока Тейлор боролся со своими демонами.

- Дело в том, что...

И тут до него дошло. Уоррен собрался с духом, желая сохранить невозмутимое выражение лица, что бы Тейлор не рассказал.

- Мы делали то, чего не должны были делать братья. - Тейлор остановился, наблюдая за Уорреном, ожидая осуждения, которое, вероятно, обычно вызывало это заявление.

Уоррен только кивнул.

- Хорошо.

- Иногда по ночам он приходил ко мне в комнату. Он приходил ко мне в постель.

Уоррен снова кивнул.

- Хорошо.

Тейлор надул щеки, сжимая подушку в ладонях.

- Иногда он просто прикасался ко мне или заставлял меня прикасаться к нему. - Он крутил подушку, его глаза были устремлены в потолок, щеки медленно становились красными. - Но когда он злился, он делал больше.

- Больше? - Спросил Уоррен, пытаясь подбодрить его, не вынося осуждения. - Ты хочешь сказать, что он бил тебя?

Тейлор кивнул.

- Иногда, да. Но тогда он... он проникал в меня. – «Проникал» было интересным выбором слова, особенно для Тейлора, который использовал слово «трахал» так, словно оно выходило из моды.

Уоррен обдумал следующий вопрос.

- Пальцами или...?

- И тем, и другим, - сказал Тейлор, и слова, казалось, давались ему теперь легче. - Но мне больше нравилось, когда он делал это правильно.

Уоррен кивнул, изо всех сил стараясь сохранить каменное выражение лица. Он постарался, чтобы его голос звучал ровно и бесстрастно, когда спросил:

- Тебе понравилось, когда он занимался с тобой сексом?

Тейлор улыбнулся ему, и его глаза внезапно наполнились слезами.

- Я любил его.

Уоррен кивнул, желая, чтобы его сердце оставалось каменным.

- Конечно, ты любил. Он был твоим братом.

Тейлор кивнул, наклоняясь вперед, все еще прижимая подушку к животу.

- Видишь, никто этого не понимает! Они говорят что-то вроде «подвергался насилию» и «подвергался растлению». Но это было не так! Джеймс любил меня.

- Я уверен, что любил.

Тейлор снова прикусил губу, и Уоррен решил подтолкнуть его еще раз.

- Ты сказал «когда он выходил из себя». В основном тогда он делал это так, как тебе нравилось?

Тейлор кивнул, его глаза молили о понимании, на которое Уоррен не был уверен, что сможет ответить.

- Никто другой никогда не обращал на меня внимания. Всем было наплевать. Джеймс был спортсменом, квотербеком и звездой. А я был просто неудачливым ребенком, которому не удавалось даже получить тройку по математике или английскому. И дети в школе дразнили меня, но Джеймс понимал меня.

- Он понимал?

- Да. Он заметил меня, когда никто другой не замечал.

- Но ты продолжаешь говорить, что он заставлял тебя делать все это, как будто ты не хотел.

- Сначала я был против. Позже мне понравилось быть с ним, но ему не понравилось, что я слишком быстро соглашаюсь. Ему понравилось, когда я сказал «нет».

Уоррен кивнул, надеясь, что Тейлор не заметил, как этот ответ пробрал его до глубины души.

- Значит, ты сопротивлялся, просто чтобы сделать его счастливым?

- Да. И иногда я специально выводил его из себя.

- Чтобы он пришел к тебе в комнату?

Тейлор кивнул.

- Точно.

- И это срабатывало?

Тейлор закрыл глаза.

- Да. - Это был шепот. Словно какая-то молитва. - Иногда он