Добежать до выпускного - Салма Кальк

- Хорошо, тогда давай думать – кому может быть выгодно, если я окажусь в глубокой заднице? Понимаешь, мы тут в ночи думали всем нашим коллективом и не придумали. Я мелкая и незначительная, если меня обидеть – ничего ни в чьей жизни не изменится. Остаёшься только ты.

- Да ладно? – не поверила Таня. – Колись давай, что там.

Пришлось колоться – то есть рассказать. Что ж, повторять проще, вроде как и не про себя говоришь, наловчилась уже, и слова всё равно что сами подбираются.

- Ничего так, - Таня впечатлена. – Живёшь второй раз, говоришь? И Юрка, значит, помог.

- Ты его знаешь?

- Все маги его плюс-минус знают. Я и матушку его пару раз видела, у них приоритет в нашем театре, могут на премьеру свалиться в последний момент, и их размещают в ложе возле сцены.

- И что скажешь?

- Может быть, это какая-то дурь со стороны наших московских дальних родственников?

- Что-о-о? – Вита отродясь не слышала ни о каких московских дальних родственниках.

- Московские Петровские. Только они, знаешь, некроманты. И не горят желанием с нами общаться.

* * *

- А почему не хотят? – нет, Вита не понимала.

У них есть родственники? В Москве? Вот так новость века!

- Да там когда-то давно, по смерти прапрадеда, была какая-то гнилая история с делёжкой наследства. Собственно, у того прапрадеда было два сына. Старший некромант и младший универсал. Мы, ясное дело, от младшего.

- Но у нас что, спящие гены некромантов? – день сюрпризов, честное слово!

- Вроде того. Но уже сколько поколений прошло, а они никак себя не проявляли. Этот самый Константин Константинович Первый был, по легенде, однокурсником той самой Ольги Соколовской, которая основала училище, и вроде в Великой Войне на фронте был с её подругой и однокурсницей, и что-то там ещё.

- Первый? А были и другие?

- Конечно, - кивает Татьяна. – Сейчас у нас есть Пятый, или твой ровесник, или чуть младше, не помню. Его папенька Четвёртый, жив ли Третий, я не в курсе. Наследство делили Второй и его родной брат, наш прадед Фёдор. Фёдора хотели обделить под тем предлогом, что он не некромант, но он вынес сор из избы, подал в суд, и наследство-то получил по справедливости, но вместе с ним и некромантское проклятье на три поколения.

- На три? Это что, он сам и ещё два? Наш дед и папа?

- Верно. Оба умерли рано, бабушка вовсе скончалась от какой-то неуловимой инфекции, а мама сначала едва не умерла, рожая тебя, а потом вот – автоавария.

- И мы тоже, да? Или мы уже нет?

Потому что такая изумительная информация как бы всё объясняла, но… нет?

- Если на три, то мы уже нет. Во всяком случае, я не нашла тому никакого подтверждения. Но мне не нравится вся эта история с тобой.

- Кому она может понравиться, скажи? И вот ещё, почему я ничего знаю обо всей этой семейной истории?

- Потому что не спрашивала, - пожала плечами Таня. – Знаешь, я тоже вовсе не горю желанием общаться с роднёй. Когда не стало мамы с папой, они приезжали сюда – тётя Лариса с мужем. Собиралась приехать с братом, но брата, дядю Костю Пятого, я не видела никогда. Дядя ровесник папы, тётя Лариса старше него года на три, наверное. И вот они с мужем осматривали, что осталось от родителей, и тётя Лариса прямо сказала, что из-за крохотной квартиры на краю света не стоит связываться с опекой над детьми. Вот если бы тут были деньги и имущество, которым нужно было бы управлять, тогда другое дело. А раз наш папа ничего особо не нажил, то и говорить не о чем. Им, как родственникам, предлагали заботиться о нас, но они, видишь ли, не захотели. При том у дяди есть сын, один. У тёти детей нет. Есть ли сейчас тот муж, я не в курсе. Ну и раз они с нами не захотели, то и нам они не нужны, я так думаю. И я никогда больше не стремилась общаться с ними, никак. Наверное, их можно найти в соцсетях, всех можно там найти. Но я не хочу.

Вита подошла и обняла Таню.

- Не нужны они нам, ты права. Ты всё сделала, как надо.

- Я очень давно не слышала о них ничего. Вроде бы, дядя Костя служил по министерству внутренних дел, а чем занимается тётя Лариса – я не в курсе.

- Может быть, как-нибудь о них что-нибудь узнать, не замешались ли они? – нахмурилась Вита. – Что им может быть нужно от нас?

- Думаю, ничего. Они там и впрямь все из себя состоятельные, а мы обычные. Тётя тогда ещё, помню, сказала – ладно бы мальчики, они хоть продолжили бы фамилию, а тут только девочки, они повыходят замуж и от этой ветви семьи ничего не останется.

- А тут здравствуйте – Татьяна Петровская, прима местной оперы, - рассмеялась Вита.

Потому что Таня крутая! И нечего тут всяким!

- Ой, для таких наша опера и всё остальное наше – это глухая провинция, не на что смотреть, - отмахнулась Таня. – И мы сами тоже такие же.

- Но папа же как-то приехал сюда жить и работать?

- Сначала именно работать, - пожала плечами Таня. – Всегда ведь одарённые уезжают отсюда в столицы, хоть маги, хоть не маги. Поэтому здесь всегда нужны профессионалы, а он как раз был профессионалом во всякой оргработе. Он хорошо прокачался, ещё пока учился в Академии в Москве, а потом ещё немного работал там. Но сюда его пригласили в управу на хорошую должность, и мы все приехали, ведь они с мамой поженились ещё в Академии, там уже я была на подходе, как я понимаю. А ты родилась уже