Нескромные желания - Тия Дивайн

Он должен что-то предпринять.

Алекс шагнул к помосту, заслонив свет, падавший от свечей. Это было ошибкой.

– Сколько? – прозвучал голос Кардстона, дрожащий от вожделения.

Алекс вскочил на помост, схватил накидку и накрыл ею распростертую на полу Сару.

– Я спрашиваю: сколько? – Избалованный аристократ, не привыкший к отказам, Кардстон упорствовал.

Франческа села, плотно завернувшись в накидку, даже ног не было видно.

Боже, они неуправляемы, в панике подумала она. Похоть затмила их разум.

– Милорд не понимает... – начала она.

– Я понимаю, – бесцеремонно перебил ее Кардстон. – Назови ее цену – с каждым из нас.

Алекс и глазом не моргнул.

– Она не продается.

– Мой дорогой Алекс, не морочь мне голову. Кажется, я ясно изложил условия. – Кардстон придвинулся к нему вплотную, нос к носу. – Разве не для этого она нас раздразнила два дня назад?

Алекс презрительно взглянул на него.

– Нет.

– Ты не шутишь? – недоверчиво спросил Кардстон. – Ах ты, скотина! Она так многообещающе крутила своей задницей, что мы все рассчитывали с ней порезвиться, а теперь нам что делать – онанировать в качестве утешения? – Он сжал кулаки. – Ну нет, Девени. Условия были ясны, сукин ты сын, и я поимею эту девку, эту шлюху.

Он вспрыгнул на помост и схватил накидку Сары.

– Хватит ломаться, глупая потаскуха. Пора поработать на спине. – Он дернул так сильно, что Франческа, потеряв равновесие, повалилась на бок, и не успела опомниться, как он оседлал ее.

– Вот так, моя дорогая! – Ослепленный желанием овладеть ею, он не заметил, как к нему подкрался Алекс. – Давай-ка на спинку и раздвинь ножки... а-а-а... – Это Алекс обхватил Кардстона рукой за шею и так дернул, что тот свалился с дрожавшей Франчески.

– Жаба уродливая. Недоносок, скотина, – бормотал Алекс, швырнув Кардстона на пол, – сучье отродье... – Он словно обезумел от ярости, выплеснувшейся откуда-то из самой глубины души; он стал душить Кардстона, бить его головой об пол и никак не мог остановиться.

Его пытались оттащить от Кардстона, но он мертвой хваткой вцепился ему в горло. Мысль о том, что Кардстон, голый, пыхтя вонзается в лоно Сары... что его пухлые руки касаются ее... а его губы впиваются в ее губы, привела Алекса в бешенство, перед глазами поплыл красный туман... ему захотелось убить этого подонка. Потом вдруг он понял, что Сары нет на помосте, и лишь тогда разжал пальцы и позволил Крукендену оттащить его.

Они оставили Кардстона на полу, хватающегося за горло и изрыгающего проклятия.

– Овладей он ею, ему бы не жить, – хрипло произнес Алекс. – Я даже не знаю, проживет ли он ночь, потому что он осмелился прикоснуться к ней. Это вам не какая-нибудь гулящая девка, а вы, ослы, вели себя, словно возбужденные гориллы во время выступления, которое для нее является священным действом.

Ему понравилось, как это прозвучало. Но, судя по их лицам, никто ему не поверил.

– Не пудри нам мозги, Алекс, – без обиняков заявил Крукенден. – Можешь морочить голову другим, пытаясь выдать эту девку за монахиню. Но нас не проведешь. Нам была предложена аппетитная штучка, и все правильно истолковали приглашение. Да, черт побери! Кардстон сказал, что в Европе мужчины проходу ей не давали, и она имела их одного за другим.

– Пока она не вышла замуж за Уильяма, – напомнил им Алекс, когда Хэнском помогал Кардстону подняться с пола.

– Она потаскуха, – проворчал Кардстон, все еще потирая горло. – И всегда была потаскухой. Я слышал об этом, когда ездил в Европу.

– Она вдова и глубоко предана своим священным ритуальным танцам, – нравоучительно заметил Алекс.

– Да будет тебе чушь молоть, – возразил Кардстон. – Убери ее отсюда. Она мне надоела. Напрасная трата моих денег и времени. Так, мне срочно нужно утешиться с какой-нибудь шлюшкой. Кто-нибудь идет со мной? – И он вышел из комнаты.

– Смотри, как бы ее ангел-хранитель не наказал тебя, – заметил Алекс.

Крукенден взглянул на Алекса и покачал головой.

– Здорово придумано, Алекс. Но больше тебе никого не удастся провести.

Алекс пожал плечами.

– Я знаю то, что знаю. – Крукенден всплеснул руками.

– Ну тогда как хочешь. Дворецкий проводит тебя к карете. Господа...

Алекс насмешливо смотрел, как они послушно последовали за Кардстоном, разгоряченные и жаждущие овладеть первой попавшейся шлюхой.

...Сара!..

Он спрыгнул с помоста прямо к двери и распахнул ее.

Маленькая служанка забилась в угол, похожая на выпотрошенную тряпичную куклу. Больше в комнате никого не было.

Господь Всемогущий – что, если Кардстон вернулся за ней? Алекс почувствовал, как все внутри сжалось от страха.

– Где она?

– А... – выдавила из себя перепуганная до смерти служанка.

Он схватил ее и встряхнул.

– У... ушла, сэр.

Он готов был убить служанку. Что, если Сара сбежала? Если исчезла навсегда?

– Куда?

Служанка молча указала на ступеньки, ведущие к балкону.

Алекс бросился вверх, перепрыгивая через две ступеньки, пронесся через столовую... Если Кардстон завладел ею...

Нет... нет... нет...

Где она?

Он сбежал вниз, промчался через анфиладу комнат в гостиную – ее там не было.

Не было!

Он дернул шнурок колокольчика, и, словно по волшебству, тут же появился невозмутимый дворецкий Кардстона.

– Леди вызвала карету? – спросил Алекс.

– Кто-то вызвал. Она могла уехать.

Алекс бросился к дверям гостиной.

Через мгновение она будет свободна. Франческа отступила в тень двора, услышав тяжелые шаги Кардстона и остальных мужчин, направлявшихся к конюшням.

А вдруг они обнаружат ее...

Если появится Алекс... Радость волной захлестнула ее. Он сейчас ее ищет, мечется по замку, по его многочисленным коридорам и комнатам, в ярости от того, что все его дурацкие планы рухнули. Она отомстила ему.

Когда подадут карету, она прикажет кучеру отвезти ее в Линкольншир или Брейдвуд, где она будет в безопасности.

Хоть бы скорее подъехала карета, молилась она. Она сыта по горло Алексом Девени, тайнами, загадками и порочной карьерой Сары.

Ее потряс гнев Кардстона, а собственная наглость просто повергла в ужас. Она никогда не сможет забыть, как она голая выставила себя на всеобщее обозрение. Откуда только у нее взялась смелость?

Что такое со мной происходит?