На крыльях удачи - Лорен Маккроссан

– Конечно, Дэйв, – прохрипел дед прокуренным голосом, а затем хитро подмигнул: – Опять видеокассеты?

– Что за кассеты? – захихикала я, стараясь заглянуть Дэйву через плечо. – О чем идет речь? Только не говори мне, что в свободное время ты подторговываешь порнофильмами, Дэйв Бреннан.

На этот раз покраснел Дэйв.

– Не говори глупостей, Милли. Если, конечно, ты не считаешь съемки занимающихся серфингом девушек грязным порно.

– Что? – Я попыталась перехватить посылку, но почтальон с удивительным для его возраста проворством опередил меня.

– И пожалуйста, Джимми, отправь пакет почтой, которую можно отследить и за пределами Баллишаннона. Чтобы не было как в прошлый раз…

– Что это еще за прошлый раз? – мрачно поинтересовалась я.

– Когда он отправлял свои видеокассеты, – улыбаясь, пояснил старик. – Мы теперь их отслеживаем. А то в тот раз после Баллишаннона они куда-то исчезли, не оставив и следа. Вот потеха-то была, да, Дэйв?

– А я просто умираю со смеху, – встряла я в разговор. – Как же это, должно быть, весело, когда фильмы с моим участием, где я выгляжу полной дурой в этом резиновом гидрокостюме, попадают в неизвестные руки и используются непонятно для каких целей. Да я сейчас в истерике буду биться от смеха.

Моя тирада рассмешила Дэйва до слез.

– Не будь такой обидчивой, Милли. Ты прекрасно выглядишь на доске, и пропала только одна кассета. Правда, Джимми?

Тот с готовностью кивнул и улыбнулся, обнажив желтые от табака зубы. Неожиданно мне пришло в голову, что эта потерянная кассета вполне спокойно может лежать у почтальона в спальне, вдохновляя похотливого старика на всякие гадости. Меня прошиб пот. Сердито посмотрев на Дэйва, я резко развернулась и направилась к выходу. Дэвид быстро расплатился и вышел на улицу вместе с нами.

– Ладно, дамы, я побежал в магазин, работа зовет. А вы что собираетесь делать?

– Да ничего особенного. – Фай пожала плечами. – Будем, наверное, по сотому разу смотреть «На гребне волны».

– На следующей неделе нам пришлют новые модели бикини, – подмигнул Дэйв.

– Хватит болтать всякие глупости, – захихикала в ответ Фай, склонив кокетливо голову. Локоны ее огненно-рыжих волос засверкали, словно старое золото, на фоне черного пальто. Как и следовало ожидать, при виде такой красоты челюсть Дэйва тут же отвисла. Я почувствовала себя лишней.

– Ладно, мне надо бежать, – сказал, присвистнув, Дэйв, когда они наконец оторвали друг от друга восхищенные взгляды. – Кстати, чуть не забыл. У Мака есть четыре билета на Фрэнки Дулана. Он будет выступать в субботу вечером в отеле «Тирконелл».

– Господи, я думала, он уже умер! – воскликнула Фай.

– Да нет, живее всех живых. И по-прежнему в хорошей форме. Дамы старше сорока до сих пор закидывают его трусиками. Ну что? Вы пойдете?

– А кто он, этот Фрэнки Дулан?

– Звезда эстрады и достояние Ирландии в обтягивающих штанах, – засмеялась Фай.

– Точно, – подмигнул Дэйв. – Так ты идешь, Милли?

– Конечно, – пожала я плечами, – наверное, будет весело. – Чего я не ожидала, так это увидеть звезду шоу-бизнеса в таком маленьком городе, как Донегол.

– Фрэнки Дулан не просто звезда, он легенда.

Вряд ли он принадлежит к той же обойме знаменитостей, что и Дэн Кленси, но перспектива немного потанцевать и выпустить пар под песни красавца в обтягивающих штанах показалась мне привлекательной, поскольку временное вынужденное воздержание все чаще давало о себе знать.

– Хорошо, Дэйв, раз этот человек считается легендой, я пойду.

– Заметано, – Дэйв подмигнул. – Я, Фай, ты и Мак идем в субботу вечером на красавчика Фрэнки Дулана. Это свидание.

– Ну я не совсем это имела в виду, – поспешила я оправдаться, но Дэйва уже и след простыл.

– Ты меня разыгрываешь. – Стоя в холле отеля, я с раскрытым ртом смотрела на плакат, изображавший Фрэнки Дулана в полный рост. – Дай угадаю, «красавчик» – это ирония, да?

– Господи, Милли, как ты могла сказать такое о дедушке ирландской попсы? – театрально воскликнул Дэйв.

– Скорее это дедушка самого некрасивого участника из «Уэстлайф».[14]

Я еще раз посмотрела на фото и содрогнулась. Фрэнки определенно походил на Энгельберта Хампердинка.[15]Представьте себе, если взять Энгельберта и засунуть его в один из самых узких белых костюмов Барри Манилова,[16]а затем опустить в бочку с жиром, то получится как раз тот образ, который я лицезрела сейчас. Сальнее мужика я в жизни своей не видела. Да, мой выход в свет не сулил ничего хорошего. Где же ты, Дэн Кленси? Мои гормоны опять разбушевались.

– Кто хочет пива? Умираю от жажды, – сказал Мак и повел всех в зал.

– Колин Нолан выиграла здесь свой первый приз на конкурсе талантов, – сообщил нам с Фионой Дэйв. В его голосе звучала неподдельная гордость.

– Вау, – протянула Фай, – потрясающе. Я люблю Ноланов.

Кажется, Фиона не шутит.

Нолан-зал – большое помещение с высокими потолками и обилием люстр из фальшивого хрусталя. Везде толпились люди. Одни суетились в поисках места, другие толкались у барных стоек, тянувшихся вдоль всех стен, кроме той, где находилась сцена. Оглядевшись, я пришла к выводу, что девяносто пять процентов зрителей составляют те, кому сильно за сорок, а то и за все пятьдесят. Самой беспокойной публикой оказалась группа шумных поклонниц в сандалиях фирмы «Шоль» и атласных шарфах с надписью «Я люблю Фрэнки». Женщины пребывали в приподнятом настроении и готовились закидать панталонами своего эстрадного любимца в обтягивающих штанах.

– Хорошо, всем по пинте, правильно? – спросил Дэйв, подойдя к бармену.

– Давай по две каждого, – ответила я. – Уверяю тебя, трезвой эту ночь я не переживу.

– Черт, от этого алкоголя и прыжков меня раздуло, как дохлую корову в реке. – Фай на секунду перестала танцевать и схватилась за живот. – Отчаянно хочу писать.

– А мне надо посра… черт, я имею в виду посидеть, присесть. – Мой голос с трудом прорывался сквозь шум толпы, подпевающей Фрэнки. – Я жутко устала.

– Да ты вдрызг пьяная, – захихикала Фай.

– Ничего подобного. Ой, черт, извините. Как же больно! – Я поджала ногу, в сотый раз отдавленную зажигающей рядом бабулей из Корка.

– Извините нас. – Фиона схватила меня за руку и потащила к туалетам сквозь толпу дрыгающих артритными конечностями поклонниц.