Гламурная жизнь - Анна Грайфендер

— Скажи, Леандер, если уж оглядываться назад, как ты думаешь, были в твоей жизни вещи, в которых ты раскаиваешься, хотелось бы тебе что-нибудь изменить в прошлом?

Он задумался.

— Нет, раскаиваться ни в чем не следует. Это мешает двигаться вперед. Прошлое не исправить.

Я набралась храбрости и выдала еще один залп:

— Но у каждого человека есть скелет в шкафу, что-нибудь, от чего очень хочется избавиться…

Он посмотрел на меня, целую минуту мне казалось, что он собирается исповедоваться. Но потом передумал:

— Все возможно, но такие истории не подходят для дня рождения. Не будем лить слезы. Вставай, пойдем к остальным, пора повеселиться.

Я с удовольствием согласилась.

Вечер прошел быстрее, чем я ожидала. Первые гости начали собираться домой. Леандеру надо было попасть на ранний парижский самолет, чтобы успеть на запись интервью. Мне удалось его убедить поехать домой одному и дать мне выспаться.

Конечно, он проявил понимание.

Нужно активнее заняться поисками. Добровольно он ни за что не признается в своих грехах. Но, может, он случайно чем-нибудь себя выдаст и появятся хоть какие-то наметки, если вдруг Аннегрет Боймлер и папарацци не дадут никакой зацепки. В любом случае до следующей недели придется держать его тепленьким.

Уходя, Макс шепнул:

— Я Витту зацепил: сказал, что, как все мои знакомые мужчины, я предпочитаю женщин, которые не попадают под определение «кожа и кости», а обладают здоровыми пропорциями и нормальной грудью. В пример привел тебя. Ей это явно не понравилось.

Это было, конечно, не обязательно, но все равно порадовало.

— Спасибо, какой ты милый.

— Я тоже так считаю, но все мной сказанное есть сплошная выдумка и профанация, — ответил он и нагло заулыбался.

Я покачала головой и пошла в дом. Ну и денек! Хотя в общем и целом праздник получился совсем неплохой.

«С Пией по крайней мере, не бывает скучно», — заявил мой драгоценный коллега по имени Макс. И я с ним вполне согласна.

Терпение никогда не относилось к числу моих достоинств, но на следующей неделе оно подверглось особенно суровому испытанию. Мне хотелось наконец пролить свет на темные делишки и прекратить играть с Леандером в прятки.

Надеюсь, откопанный Максом папарацци Манфред Фосс окажется полезным.

Фосс снимал знаменитостей еще в те времена, когда лично я считала лучшей субботней телегероиней маленькую гусеницу Прожору.

В среду наконец настал момент. Герр Фосс позволил пригласить себя в его любимую пивную — забегаловку, в которую я не пошла бы даже днем, при солнечном свете, а тем более на ночь глядя. Максу пришлось буквально тащить меня в эту конуру. Почему бы нам не встретиться с этим папарацци в привычном месте, например в «Кир-Рояль»? Манфред Фосс явно знавал и лучшие времена. Трудно представить, что его в лоснящемся на локтях костюме до сих пор допускают к VIP-персонам.

Я не имею ничего против честных, пришедших в упадок пивнушек, где в конце вечера начинаются игры из серии «Мужчина надевает шапку и отправляется домой». Но Фосс со своей перхотью смотрелся сомнительно и даже двусмысленно. Желтые зубы не придавали ему очарования.

Неудивительно, что Леандер хотел держать меня подальше от подобных личностей. Он начал нравиться мне чуть больше.

Макс был не настолько изнежен. Даже в таком заведении он демонстрировал свой шарм. По-приятельски обволакивал им собеседника. Валютой у Манфреда Фосса считался алкоголь, и Макс внимательно следил, чтобы поток жидкости не иссякал. Самое смешное, что моя антипатия к господину Фоссу оказалась взаимной. Он доверчиво прильнул к Максу и прошептал настолько громко, чтобы я тоже могла разобрать слова: «Зачем она нам? До чего капризная телка, сразу видно».

Макс согласно кивнул и ответил так же громко, чтобы мне было слышно:

— Точно, зато в постели она порох, — посмотрел на меня и ухмыльнулся.

Подобный аргумент мой приятель Фосс, безусловно посчитал достойным внимания:

— Согласен, в ней чувствуется что-то порочное. У меня нюх на такие вещи.

Его презрительный взгляд трансформировался в оценивающий. Как обычно говорил мой отец, «аплодисменты не с той стороны». Макс, естественно, очень развеселился.

И они с новым закадычным другом по имени Фосс вернулись к основной теме.

— Тило сказал, что ты интересуешься Бергландтом?

— Ага, Тило утверждает, что ты знаешь его очень давно.

Фосс задумался:

— Да, он бывал в компании молодых актеров, которые собирались по выходным в «Лакки Лонж». Самый модный притон в восьмидесятые годы. Неоновые лампы и искусственный туман, очень впечатляло. В коктейлях торчали маленькие бумажные зонтики. А в туалетах они выкуривали травку; я тоже пару раз попробовал, но уж больно это все накладно. Он был красив, твой Бергландт, молодой, с хорошей фигурой, бабы от него торчали, и не только они. Бергландт уже тогда знал, что ему надо, не интересовался ни яппи, ни экологией, только самим собой.

— А не доходили до тебя слухи, что он был замешан в каких-нибудь грязных делишках?

Фосс посмотрел на меня, «постельный порох» его не зажег, и он, покачав головой, снова повернулся к моему более привлекательному коллеге:

— Нет, чего не было, того не было. И все равно я его здорово задел! Он был здесь пару раз с одной девчонкой. Симпатичненькая деваха. А поскольку ему нравилось чувствовать себя победителем, я подумал, что доставлю ему удовольствие, и заснял парочку. А он вдруг развыступался, отобрал фотоаппарат, вырвал пленку, заорал, чтобы я не лез не в свое дело. С тех пор я ни разу не видел его с той девчонкой. Да и карьера его резко пошла в гору, ему больше нужды не было общаться с нищими служителями искусства. Да, были же времена. Тогда не приходилось торчать в засаде под кустом, чтобы сфотографировать знаменитость в спортивных шортах. Можно было сидеть плечом к плечу с самыми изысканными господами. Они пользовались нами, а мы ими.

Макс прервал его жалобные причитания, поблагодарил и потащил меня прочь.

Больших результатов встреча не принесла. Единственной находкой, да и то сомнительной, была молодая девушка, но мы не знали ни ее имени, ни адреса, не говоря уже о том, что понятия не имели о ее внешности.

Я выразила надежду, что визит к Аннегрет Боймлер окажется более плодотворным, хотя понимала, что это крепкий орешек. Опытный редактор тут же почует запах жареного, особенно если она испытывала к Леандеру нежные чувства. Тут лучше поработать Максу. Или, может, мне попытать счастья с разговором «между нами, девочками»?

Макс отвез меня к Катарине и пообещал не опаздывать утром на встречу с Аннегрет.

Мы с Катариной и Лилли хотели устроить девичник, тём более что тем для обсуждения было предостаточно.