Бедная маленькая стерва - Джеки Коллинз

— Почему именно одиннадцать лет и одиннадцать месяцев? — поинтересовался Сэм.

— A-а… — отмахнулась я. — Просто на ум пришло. Это из какого-то фильма. Ну так как?

— Неужели ты не любишь комплименты?! — засмеялся он.

— Просто я не люблю, когда мне врут в глаза.

— Я не вру. У тебя действительно роскошная фигура и… и все такое прочее. Кроме того, в тебе есть огонек. В этом отношении ты напоминаешь мне Джулию Робертс, хотя если тебе это сравнение неприятно… — спохватился он.

— Смотря какую Джулию Робертс ты имеешь в виду: ту, которая в «Красотке», или ту, которая в «Эрин Брокович»? — едко спросила я.

— Беззаботная шлюха или умная и решительная мать троих детей? — Сэм снова хмыкнул. — Интересная комбинация.

— Ну, хватит! — сказала я и, не выдержав, улыбнулась.

Сэм расхохотался, опершись локтями на кухонную стойку.

— Дело в том, что я только недавно развязался с полной и абсолютной стервой! — объяснил он.

— Правда? — Я присела на краешек высокого барного стула, радуясь, что беседа приобрела иное направление.

— Честное, благородное слово. Застукал ее со своим лучшим другом и… Банальная ситуация, не правда ли? Банальная и пошлая. — Он покачал головой, словно все еще не верил, что такое могло случиться с ним. — Если бы я написал такой сценарий, то сделался бы посмешищем всей Америки!

— Не всей. Я бы не стала смеяться, — сказала я.

— Почему? — удивился он.

— Потому что лучший друг… на то он и лучший, чтобы приходить на помощь в сложных ситуациях, — сказала я небрежно. — Верный друг никогда не подведет.

Сэм внимательно посмотрел на меня.

— С тобой тоже случилось нечто подобное?

— Вовсе нет, — твердо ответила я. — С чего ты взял?

— Нет так нет, — легко согласился он. — А сейчас у тебя есть друг?

— Нет, — повторила я и после многозначительной паузы спросила: — А у тебя?

— Ни друга, ни подруги. — Сэм снова рассмеялся, а я подумала, что он все-таки очень похож на Оуэна Уилсона. Кроме того, Сэм был писателем и обладал чувством юмора. Разумеется, не исключено, что его пресс не прокачан до такого же скульптурного великолепия, как у Марио, но действительно ли это важно?

Абсолютно неважно. Просто «кубики» хорошо смотрятся.

— Итак, — сказал Сэм и пошевелил длинными, «музыкальными» пальцами, — на чем мы остановимся? Яичница или спагетти?

Случайно или нарочно, но он употребил местоимение «мы», словно мы уже стали парой. С моей точки зрения, это было далеко не так, но поправлять Сэма я не стала.

— Если для того, чтобы поесть спагетти, нужно выходить на улицу, тогда я предпочту яичницу, — сказала я, сделав вид, будто дрожу от холода.

— Отличный выбор, — согласился Сэм и, открыв дверцу шкафчика, достал сковородку. — Не сочти за бахвальство, но если я что-то и умею в этой жизни, так это жарить яичницу.

— Правда?

«Какой мужчина не умеет приготовить яичницу? — подумала я про себя. — Собственно говоря, большинству из них на большее просто не хватает умственных способностей». Сэму, однако, удалось меня удивить.

— О, да! — ответил он с воодушевлением. — Я могу приготовить болтушку, глазунью, охотничью яичницу, яичницу по-королевски, яичницу с сыром, с луком, с беконом, с помидорами и так далее. А может, ты предпочитаешь омлеты?

Я бросила быстрый взгляд на часы. Почти восемь — по местному времени. Интересно, остался ли у меня хоть малейший шанс увезти Аннабель в Лос-Анджелес сегодня?

Вряд ли.

— Сойдет и болтушка, лишь бы поскорее, — сказала я.

— Полужидкую или поподжаристее?

— Как получится, шеф.

Тут мы снова улыбнулись друг другу, и хотя мы определенно не были парой, я все равно чувствовала себя так, словно знаю Сэма как минимум неделю.

— Но лучше все-таки поподжаристее, — добавила я, решительно изгоняя из головы все мысли о Марио. Как я уже говорила, он все равно был в Лос-Анджелесе — за многие сотни миль от меня, так что вспоминать о нем было как минимум бесполезно. Буду думать о нем, когда вернусь, решила я, а сейчас лучше сосредоточиться на настоящем.

— Я тоже люблю прожаренную, — сказал Сэм и достал из холодильника упаковку экологически чистых яиц.

— Боюсь, моя командировка может затянуться, — проговорила я, пока Сэм мыл яйца и разбивал их на сковородку. — Наверное, мне стоит позаботиться об отеле. Ты ничего мне не посоветуешь?

— Я посоветовал бы тебе остаться здесь, если, конечно, хочешь, — небрежно отозвался Сэм, стоя ко мне спиной.

О, черт! Кажется, он воспринял мои слова как намек. Какая же я дура!

— Мне не хотелось бы тебя затруднять, к тому же мне нравится жить в гостиницах. — Сломя голову я бросилась исправлять положение.

— Да что ты говоришь?!

Сэм, разумеется, не поверил. Так мне и надо!.. «Мне нравится жить в гостиницах» — идиотская фраза, к тому же отели я возненавидела с тех пор, как в одном заведении меня искусали клопы. Кажется, это было в Финиксе, где я по заданию Феликса охотилась за информацией об одной неверной жене.

Меня спас звонок. С дивана, где я бросила свой «Блэкберри», раздалась мелодия «Если бы я была парнем», и я бросилась туда.

— Завтра в десять утра в нашей квартире в Сохо, — сообщил мне Фрэнки Романо самым деловым тоном. — Ты знаешь, где это?

— Знаю… — Еще бы! Ведь там я и находилась сейчас.

— Закажи два билета на двухчасовой рейс авиакомпании «Юнайтед». В первый класс, естественно. Позаботься о лимузине: одна машина должна доставить нас в нью-йоркский аэропорт, другая пусть ждет в аэропорту Лос-Анджелеса. Зарезервируй двухкомнатный номер в отеле «Беверли-Хиллз». И еще — пока мы будем в Калифорнии, нам может понадобиться разъездной автомобиль с шофером. Это тоже на тебе. В общем, завтра в десять в Сохо… — И, не дав мне сказать ни слова, Фрэнки дал отбой.

Что ж, по крайней мере, с заданием я справилась.

Так, во всяком случае, мне казалось.