Слушай своё сердце - Кейси Уэст

Мне кажется, запись в среду прошла паршиво. На первый взгляд все выглядело нормально. Виктория выдавала кучу советов, я добавляла остроты и предложения. Одноклассники и мисс Лион сидели по ту сторону стекла и следили, чтобы все шло гладко. Но что-то было не так. Во-первых, Диего не позвонил. Он звонил три недели подряд, и я предполагала, что сделает это и сегодня. Он нравился слушателям. Но он не звонил, а время уже заканчивалось.

Во-вторых, в студии было холодно. Мы с Викторией дрожали на своих стульях. На улице было прохладнее, чем обычно в конце сентября, но школьные кондиционеры оставались запрограммированы на температуру как в середине июля.

И в-третьих, Алана перешла в другую команду и ее с Фрэнком перевели на четверг.

Все это казалось пустяками, но я словно вернулась к первой неделе у микрофона, нервы были на пределе, будто я ни разу этого не делала. И, пока внутри меня клокотали чувства, заговорила Сара, новое ответственное за имейлы лицо:

– У нас есть имейл.

Виктория передала мне айпад.

– Уважаемые слушатели, у нас есть имейл. И право прочитать его достается Кэт, нашему замечательному чтецу.

Я сморщила нос, но открыла имейл.

– «Дорогие ведущие (которые, вероятно, понятия не имеют, о чем говорят, но в данный момент это все, что у меня есть)». – Я засмеялась. – А мне нравится отправитель.

– Мы хотя бы думаем, что знаем, о чем говорим, – сказала Виктория. – Но спасибо за доверие.

Я продолжила читать:

– «У меня есть проблема. Я каждый день боюсь идти в школу. Меня безостановочно дразнят. Я не знаю, что делать. Когда я пытаюсь постоять за себя, становится еще хуже. Когда стараюсь игнорировать, ничего не меняется. У меня нет других вариантов, поэтому я пишу вам. С уважением, Магнит для задир».

Смех застрял в горле. Я ощутила холодок страха в животе. Почему я никогда не думала, что к нам будут обращаться с настоящими проблемами? С такими, что выходят за рамки тем влюбленности, учителей… и сыра. Для их решения необходима квалификация.

– Ты прав, – сказала я. – Мы не профессионалы. Тебе стоит поговорить с учителем или родителями.

– Задиры кормятся твоим страхом, – заявила Виктория тоном ведущего эксперта по подростковой психологии. – Тебе нужно поработать над излучением уверенности. Постарайся окружить себя друзьями и поддержкой. Те люди, которых ты описываешь, – трусы. Они не будут нападать на компанию. Они ждут, когда ты окажешься один и станешь уязвим.

Никто из учеников по ту сторону стекла, казалось, не встревожился.

– Мы можем как-то узнать, что все правильно говорим, или стоит хотя бы добавить сюда профессиональный комментарий? Мне кажется странным оставлять здесь только наши ответы, – сказала я, понимая, что это отредактируют.

Все посмотрели на мисс Лион.

– Вы отлично справляетесь, – сказала она.

Я проглотила зревший протест и произнесла в микрофон:

– Но серьезно… Тебе нужно рассказать взрослому, которому ты доверяешь. Мы не хотим, чтобы тебя обижали.

Электронные письма оказались сложнее звонков. Хорошо бы задать вопросы, что-то уточнить. Но с имейлом не поговоришь. Почему больше никто, кроме меня, не беспокоится?

Остаток шоу прошел так, будто этот имейл ничем не отличался от других. И вот запись закончилась, оборудование выключили, и Виктория поднялась.

– Ты в порядке? – спросила она меня.

– Что?

– Ты сегодня была сама не своя, – сказала она.

– Здесь холодно.

– Да? Надеюсь, к фестивалю потеплеет.

– Я тоже.

Она улыбнулась.

– Увидимся завтра. – И направилась к двери.

– Виктория? – позвала я.

– Да? – Она развернулась.

– Спасибо, что тащишь на себе все шоу.

Виктория пожала плечом:

– Мне оно нравится.

Я вышла из студии и направилась к машине. Увидев прислонившегося к ней Диего, я удивилась и хотела спросить, почему он не позвонил. Почему сбил мне весь настрой. Но как спросить, ведь он до сих пор считал себя анонимом. Да и, по-хорошему, отсутствие звонка от него не могло сбить мне настрой. Не должно было.

Он посмотрел мимо меня, словно ожидал встретить кого-то другого. Конечно, Алану.

– Привет, – сказал он, когда я подошла.

– Алане поменяли работу на подкасте, – сказала я. – Она теперь приходит по четвергам.

– Правда? – спросил он. – И чем она теперь занимается?

– Э-э… – Я забыла. – Не знаю. Спроси ее.

Именно так я бы и поступила.

– Спрошу ее в пятницу.

– А что в пятницу?

Он закусил губу.

– Кулинарное соревнование же, верно? Разве не ты будешь нас судить?

– Ой, да. В смысле, я.

– Ты в порядке? Какая-то ты кислая.

– В порядке.

– Все прошло не очень хорошо? – Он кивнул на здание за моей спиной.

– Не самый мой лучший выпуск.

– Почему?

Не нужно было ему говорить, но, возможно, таким образом я смогла бы успокоиться. Перестать переживать из-за данного нами совета.

– Нам сегодня пришел анонимный имейл от подростка, над которым издеваются в школе.

– Ого. Это серьезно.

– Знаю. Я понятия не имела, как помочь, поэтому дважды сказала одно и то же. А потом Виктория превратилась в суперпсихолога, и я теперь беспокоюсь, что мы дали плохой совет.

– Что ты сказала дважды?

– Что он… или, возможно, она – в имейле не уточнялось… должен поговорить со взрослым, которому доверяет.