Желания - Джуд Деверо

— Понятно. Злая сестра и мать в одном лице. Бедная Терел! Неудивительно, что она нуждается в помощи волшебной крестной матери. — Берни взглянула на Полин. — Получу ли я волшебную палочку для этого?

— Если захотите. Вы можете получить от нас магическую силу.

— Это будет нетрудно. Я постараюсь, чтобы Терел имела все, чего заслуживает, и не позволю толстухе сестре помешать Терел стать счастливой. Известно ли вам, что моя старшая сестра всегда завидовала мне и вмешивалась в мою жизнь. — Берни почувствовала, как воспоминания пробудили в ней гнев. — Сестра ненавидела меня и готова была пойти на все, чтобы сделать меня несчастной. Но я расправилась с ней.

— Что вы сделали? — тихо спросила Полин.

— Мой первый муж был ее женихом, — улыбаясь, ответила Берни. — Он был ужасным занудой, но имел большой капитал, поэтому я заставила его обратить на меня внимание.

— Вы обольстили его, не так ли?

— До некоторой степени, но он нуждался в этом. Моя сестра была, да и сейчас… такой скучной и… — Берни внимательно посмотрела на Полин. — Не смотрите так на меня. Этот мужчина за пять лет нашего супружества получил со мной больше радости, чем, наверное, за всю жизнь с моей толстой, скучной и тупой сестрой. Кроме того, все кончилось для нее благополучно. Она тоже вышла замуж и родила пару толстеньких ребятишек. Все они были вполне счастливы по-своему, как могут быть счастливы заурядные люди среднего класса.

— Полагаю, все были очень довольны, а вы больше всех.

Берни не была уверена, что ей пришелся по душе тон, которым говорила Полин, но прежде чем успела что-либо ответить, женщина спросила:

— Ну, будем смотреть, что произойдет дальше?

Берни снова взглянула на сцену перед ними, на двух женщин в спальне. Ей очень хотелось придумать, как помочь изящной и хорошенькой Терел.

Чандлер, Колорадо, 1896 год

Нэлли двигалась по комнате, поднимая платья Терел и вешая их на платяной шкаф. Она также подняла шляпы, которые разбросала Терел, и осторожно положила их в коробки.

— Не понимаю, — сказала раздраженно Терел. — Почему мы должны жить в этом богом забытом городишке и не можем поселиться в Денвере, Сент-Луисе или в Нью-Йорке?

— Бизнес?! — воскликнула Терел, плюхнувшись на кровать. — Бизнес! Это единственное, о чем говорят в этом городе. Но почему здесь не может быть приятного светского общества?

Тем временем Нэлли поправила другую шляпку и, прежде чем положить ее в коробку, распушила высушенные перья на ее тулье.

— Но почему? На прошлой неделе был очень славный вечер на свежем воздухе у мистера и миссис Мэнкин, а в прошлом году Бал урожая у мистера и миссис Таггерт.

Терел сморщила носик.

— Все эти деньги и семейные дела одним лыком шиты. Все знают, что Таггерты немногим отличаются от шахтеров.

— Мне они кажутся симпатичными.

— О Нэлли! Ты каждого считаешь симпатичным.

Терел, опершись на локоть, наблюдала за сестрой. На прошлой неделе она в сотый раз слышала от кого-то, как хороша Нэлли и как портит ее полнота. Терел даже видела, как Марк Фентон внимательно смотрел на Нэлли. Марк был красивым и богатым и, в представлении Терел, должен был смотреть только на нее.

Она подошла к туалетному столику и вынула из ящика коробку шоколада.

— Нэлли! У меня есть подарок для тебя.

Нэлли улыбнулась своей любимой сестре.

— Ты не должна одаривать меня. У меня есть все, что нужно.

— Ты откажешься от моего подарка? — Терел кокетливо надулась, выпятив нижнюю губу. Она протянула коробку конфет. — Тебе не нравится? — Терел была готова заплакать.

— Нет, конечно, я ее возьму. Просто я должна поменьше есть, чтобы похудеть.

— Но тебе не надо худеть. Для меня, ты и так красива.

Нэлли снова улыбнулась.

— Спасибо, дорогая. Так приятно знать, что кто-то любит тебя.

Тонкие руки Терел обвились вокруг полных плеч Нэлли.

— Ты хороша такая, какая есть, и если ты не нравишься мужчинам, это не имеет никакого значения. Что они понимают? Отец и я обожаем тебя, и пусть все останется как есть. Мы так любим тебя, что заменим всех мужчин на свете.

Нэлли внезапно почувствовала, что захотела есть. Ей было непонятно, почему слова Терел о любви вызывали у нее ощущение голода, но так бывало довольно часто. Как ни странно, но любовь и еда в ее восприятии смешивались воедино. Вот и сейчас Терел сказала, что любит ее, и у Нэлли засосало под ложечкой.

— Я, пожалуй, возьму только одну штучку, — сказала она. Ее руки дрожали, когда, открыв коробку, она положила в рот сразу три конфеты.

Терел, отвернувшись от сестры, улыбнулась.

— Что же я надену сегодня вечером? В это время Нэлли тайком взяла четвертую конфету.

— Сейчас на тебе очень милое платье, — ответила она, проглатывая шоколад.

— Это ужасно старое платье! Я его надевала несколько раз. Все уже видели его.

— Два раза, — уточнила Нэлли, закрывая крышкой последнюю шляпную коробку — Наш сегодняшний гость никогда не встречался с тобой, так что он это платье не видел.

— Нэлли, ты совсем не понимаешь, каково быть привлекательной и юной, как я. Твоя молодость была не так уж давно, чтобы ты не помнила ее.

— Терел, разве я так стара, как тебе кажется?

— О нет, конечно, ты не стара, ты только… Нэлли, я не хочу быть жестокой, но просто твое время прошло; А мое нет, и я должна постараться как можно лучше выглядеть.

Нэлли съела еще четыре конфеты. Неожиданно послышался торопливый стук в дверь, и в комнату влетела единственная прислуга семейства Грэйсонов — Анна. Молодая и сильная, она была отъявленной лентяйкой. Когда Нэлли жаловалась отцу на Анну, Чарлз Грэйсон отвечал, что не может позволить себе взять еще прислугу и Нэлли должна сама заставить ее работать.

— Он уже здесь, — сказала Анна. Ее волосы выбились из-под наколки. — Джентльмен, который пришел на обед. Он здесь, а вашего отца еще нет.

— Нет?! — раздраженно сказала Терел. — Что можно подумать об этом человеке? Он пришел на час раньше, когда я еще не одета. Нэлли, обед готов?

— Да.

Всю вторую половину дня Нэлли провела на кухне, и до сих пор грязный фартук был поверх ее простенького домашнего платья.

— Анна, проводи гостя в маленькую гостиную и скажи, что он должен подождать, пока мы будем готовы принять его.

— Нэлли! — испугалась Терел. — Ты ведь не допустишь, чтобы гость провел целый час один. Папа очень рассердится. Он говорил, что этот человек спас ему жизнь и теперь они вместе хотят заняться бизнесом. Ты не можешь оставить его одного.

— Терел, ты только посмотри на меня. Я не могу принять его. А ты выглядишь прекрасно, как всегда. Выйди ты к нему, пока я…