Горная долина - Энн Мэтер

Мистер Деннисон напустил на себя самый напыщенный вид:

– Сеньор, мисс Мэллори – подруга моей дочери, она только что приехала в Бразилию, и пока еще не привыкла к обычаям этой страны. Все здесь кажется ей непривычным и новым, и хотя, я уверен, она оценит ваш жест, но она не знакома с вами, поэтому, естественно, смущена. Насколько я помню, сеньор, вы не представлены моей жене.

– Это правда. – Мужчина слегка поклонился в сторону миссис Деннисон. – Мы можем исправить это упущение прямо сейчас. Позвольте мне представиться, сеньор, сеньора, Рикардо Сальвадор, к вашим услугам.

Та довольно холодно кивнула ему, Моргана с сомнением посмотрела на мистера Деннисона и ответила:

– Конечно, я с вами потанцую, сеньор Сальвадор. – Она обвела всех извиняющимся взглядом. – Надеюсь, вы не против?

Руфь сверкнула на подругу глазами, посчитав ее поступок взбалмошным и опасным безрассудством, а миссис Деннисон негодующе пожала плечами. Моргана повернулась и впервые оказалась прямо лицом к лицу с тем, другим мужчиной. Он, прищурившись, смотрел на нее, однако девушка разглядела его глаза. Они, удивительного медово-желтого цвета, сейчас были такими же холодными и отстраненными, как и у миссис Деннисон. «Так, значит, это Луис Сальвадор», – пронеслось у нее в голове. Это про него Майкл Лоусон говорил, что он собирается стать священником. Ладони у нее вдруг вспотели. Может быть, поэтому он предоставил своему брату пригласить ее на танец? Зачем тогда вообще Рикардо Сальвадору приглашать ее? Этот вопрос не выходил у нее из головы, и она едва замечала пылкие взгляды, которые бросал на нее Рикардо, пока вел ее под арочными сводами в бальный зал.

Однако, когда он обнял Моргану и они приготовились к танцу, она уже не могла его игнорировать. Рикардо с ловкостью и опытностью собственника крепко прижал ее к себе, так, что она почувствовала его мускулистое тело.

Моргана уперлась одной рукой ему в грудь, чтобы несколько ослабить крепкие объятия, и он насмешливо улыбнулся.

– В чем дело, сеньорита? – спросил он. – Мы хорошо танцуем вместе, не так ли? Вы очень хорошо чувствуете музыку!

Моргана строго посмотрела на него:

– У вас в Монтераверде так принято держать партнершу по танцу, сеньор? Или вы настолько не уверены в своих чарах, что боитесь, как бы она от вас не сбежала?

Его улыбка расплылась в широкую усмешку.

– Отлично, сеньорита, вижу, у вас есть характер. Мне это нравится. – Он чуть отпустил ее. – Но скажите мне, почему же вы согласились танцевать с одним из разбойников О Халкао? Тем более, что добрый господин Деннисон явно был против?

Моргана с любопытством взглянула на него:

– Я сама выбираю, с кем мне танцевать, сеньор.

– Вы смелая женщина, сеньорита. Такие вольности здесь, в Бразилии, заставили бы многих посмотреть на вас с удивлением.

– Но я англичанка, сеньор.

– Да, я знаю. Ведь такую светлую кожу редко встретишь на нашем континенте. Вы живете у Деннисонов, да?

– Да. – Моргана кивнула, ее глаза невольно искали в зале того, другого. Она ощущала, как реальную силу, взгляд его глаз, которые неотрывно следили за ней с задумчивой серьезностью. – Скажите, сеньор, почему вы решили пригласить меня на танец?

Рикардо Сальвадор рассмеялся:

– Такая прямота подкупает. Что же непозволительного в том, что я хочу потанцевать с красивой женщиной?

Моргана пожала плечами:

– Ведь мы незнакомы, сеньор. А здесь сегодня и без меня много красивых женщин.

– Мой брат обратил на вас мое внимание, сеньорита.

– Ах, ваш брат, – тихо прошептала Моргана.

Рикардо внимательно вгляделся на нее:

– Вы знаете моего брата, сеньорита? Моргана покачала головой, пожалуй, чуть поспешно:

– Нет.

– Но хотели бы узнать, не так ли? – В глазах его появилось расчетливое выражение.

– Нет. С какой стати... это совершенно нелепое замечание, сеньор.

Лицо Рикардо сделалось тверже.

– Замечать – значит жить, сеньорита, – обронил он прохладно. Потом добавил уже мягче: – Мой брат не для вас, сеньорита. Он слишком – как бы это сказать – слишком serio[1]! Кроме того, – он понизил голос, – зачем нам вообще нужен Луис? Я же здесь и уже очарован вами, сеньорита.

Моргану возмутила его скороспелая фамильярность.

– Вы делаете слишком поспешные выводы, сеньор, – резко ответила она. – Мы с вами просто танцуем – один танец, не больше.

– Вы так полагаете? – презрительно спросил Рикардо. – Не думаю. С того момента, как я увидел нас, я почувствовал, что между нами будет нечто большее, чем просто танец.

Моргана оглянулась:

– Вы чрезвычайно галантны, сеньор, однако ваш банальный подход меня удивляет.

Рикардо нахмурился:

– Банальный, сеньорита? Что вы имеете в виду?

Моргана засмеялась от того, как смешно он произнес это слово:

– Я имею в виду – расхожий, заурядный.

– Ах вот как, теперь я понимаю, сеньорита. – Глаза его потемнели. – Но я не имел в виду – как вы сказали – подхода? Я говорю серьезно!

Моргане захотелось, чтобы оркестр как можно быстрее доиграл попурри из популярных мелодий и она вернулась бы обратно к Деннисонам. Ее минутный порыв к независимости начинал выходить из-под контроля, и у нее не было никакого желания вступать в спор с таким неуравновешенным типом, как Рикардо Сальвадор.

К ее облегчению, мелодия подходила к концу, все вежливо похлопали и начали расходиться, пробираясь к своим местам. Когда Моргана уже решила, что избавилась от Рикардо, он цепкой хваткой схватил ее за руку и плавно повел по залу туда, где, окруженные несколькими людьми, его ждали брат и дядя.

– Позвольте мне вернуться к моим друзьям, – запротестовала Моргана, когда они уже подошли к группе, но Рикардо лишь улыбнулся, причем улыбка вышла довольно жестокой, и сказал:

– Сию минуту, сеньорита.

Моргана тяжело вздохнула и успокоила себя тем, что, пока они здесь, в бальном зале, ничего плохого с ней случиться не может. Но тем не менее ее мучили нехорошие предчувствия. Она даже не пыталась предположить, что обо всем этом думают друзья и родственники Рикардо, не говоря уже о Руфи и родителях.

Луис Сальвадор проницательно посмотрел на брата, когда они подошли к их группе, и Моргана ощутила его враждебность. Они оба были высокими и стройными, со смуглой от природы кожей, но на этом сходство заканчивалось. Рикардо, с правильными чертами лица, был, надо признаться, очень красив, в то время как у Луиса черты были тоньше, глаза посажены глубже и от носа к уголкам рта шли резкие морщины. У обоих были темные волосы, у Рикардо – гладко зачесанные, подчеркивавшие безупречную форму головы, а у Луиса – спадали на правый висок, и время от времени он откидывал их нетерпеливым, характерным жестом руки. Рикардо, в свою очередь, с вызовом посмотрел на брата и сказал: