Романтическое испытание - Кенди Шеперд

На этот раз полуторачасовая поездка привела их в пригород Катумбы. Уил пояснил, что его бывшая жена переехала сюда после развода.

Здесь улицы с небольшими, отдельно стоящими домами то шли в гору, то спускались. Это была почти самая окраина — неподалеку уже начиналась заросшая кустарником саванна. Джорджия рассмеялась, увидев бредущее по обочине стадо овец.

Уил остановил машину перед старым, но аккуратным коттеджем, окруженным ухоженным садом.

— Здесь живет сестра Энджи. Она присматривает за Ниной после аварии.

— Нина. Какое красивое имя!

— Да уж. Мне нравится.

Уил не спешил выходить из машины. Он сидел, глядя на ярко-голубую дверь дома, пока тишина в салоне не стала неловкой.

— Итак, операция «Забери младенца» начинается, — подсказала Джорджия. — Каким будет следующий шаг?

— Социальный работник Мари встретит нас в доме, чтобы облегчить передачу. Она сейчас там.

— И ты станешь папочкой.

Она не представляла себе, что Уил вскоре выйдет из этого дома с ребенком на руках.

Уил повернулся к Джорджии. Кровь отхлынула от его лица.

— Это меня пугает. Я хочу поступить правильно. Но что я знаю о том, как быть отцом? Речь ведь идет не только о том, как менять подгузники или чем кормить Нину — с этим я справлюсь. А вдруг из меня не получится хороший родитель?

На лице Уила было написано страдание. Джорджия невольно подумала, что причина столь сильной тревоги, возможно, уходит корнями в детство и воспитание Уила. Ей всегда казалось, что он многое недоговаривал, рассказывая о своей жизни. Но Джорджия никогда не подвергала сомнению прошлое друга.

А прямо сейчас он нуждался в повышении морального духа больше всего на свете.

— То, что ты чувствуешь ответственность за Нину и приехал ее забрать, — очень хорошее начало. Это огромный аргумент в твою пользу.

— У других парней обычно есть время, чтобы привыкнуть к мысли о своем отцовстве. — Уил барабанил пальцами по рулю. — А меня словно бросили в воду, не научив плавать.

— Это правда. Но ты умный парень. Мне кажется, что пока у тебя все идет отлично.

— Сейчас Нина лишь младенец, но потом она станет маленькой девочкой, а затем — подростком. Я буду отцом подростка, Джорджи! Как я с этим справлюсь?

— Это непросто себе представить, не так ли? Но ты будешь расти вместе с ней, и однажды ты поведешь Нину к алтарю, чтобы вручить свою дочь ее жениху.

— Отец невесты? Ну, до этого еще слишком далеко, — улыбнулся Уил.

— То, что ты собираешься сделать, навсегда изменит твою жизнь. Не изводи себя тревогами, а просто продвигайся вперед маленькими шажками, — улыбнулась в ответ Джорджия.

— Ты всегда знаешь, что сказать.

— Не всегда. Но в этом случае я говорю: просто иди и возьми своего ребенка. Чтобы скрепить наш договор о дружбе, я покажу тебе, как заменить подгузник, если возникнет такая необходимость.

Уил поморщился.

— Смена подгузников — это один из аспектов отцовства, по поводу которого я не испытываю восторгов. Готов к этому, но боюсь.

— Эй, тебе ведь приходилось чистить стойла в конюшне. Ты и к этому привыкнешь.

«Во всяком случае, — подумала Джорджия, — Уил вполне может позволить себе нанять няню, чтобы помочь ему ухаживать за ребенком».

— Ты права. Я пошел, — решительно выдохнул он и отстегнул ремень безопасности.

А ведь всего четыре дня назад Уил и понятия не имел, что у него есть дочь.

— Хочешь, чтобы я пошла с тобой? — спросила Джорджия.

Разумеется, она умирала от любопытства, желая увидеть Нину, но, главное, ей хотелось быть рядом с Уилом, чтобы поддержать его.

Он повернулся к ней.

— Пожалуйста! Я не знаю, смогу ли я сделать это без твоей поддержки.

— Конечно, сможешь. Но чем нас больше, тем мы сильнее, и я очень рада быть твоей подружкой.

Они вышли из машины. Джорджия разгладила ладонями подол своего льняного платья винного цвета. В сочетании с туфлями на низком каблуке это был ее любимый наряд, идеально подходящий для школьной учительницы, — стильный, но респектабельный.

— Я буду сражаться за Нину! Она моя! — яростно заявил Уил.

— Никогда не видела никого более бесстрашного. Ты можешь это сделать. Ты действительно можешь!

Джорджия не хотела признаваться, что и сама нервничала. Еще несколько часов назад она упаковывала коробки для переезда и вдруг отправилась в горы с Уилом, которого не видела два года, чтобы забрать его ребенка. Казалось, все происходит во сне.

Он повернулся, чтобы посмотреть ей в лицо, в искреннем взгляде его темных глаз читалась благодарность. «Как хорошо снова быть с Уилом!» — подумала Джорджия.

— Спасибо, — медленно произнес он. — Я теперь твой должник.

— Ты ничего мне не должен, — возразила она. — Я рада помочь. Ответной услуги не требуется.

Кто знает, когда они снова увидятся в следующий раз? Сегодня Уил нуждается в ней, а завтра? Кроме того, новый Уил может сильно отличаться от того старого доброго Уила, который был ее другом. Теперь он стал отцом-одиночкой, пережившим неприятный развод и смерть матери своего ребенка. Его жизнь будет полностью сфокусирована на семимесячной дочери. Джорджия сомневалась, что у Уила найдется достаточно свободного времени для посещения рок-концертов или для ужина с ней в каком-нибудь классном кафе. Не исключено, что он снова исчезнет еще на пару лет.

Она последовала за ним к дому. Когда Шарин открыла дверь, Джорджия сразу заметила сходство старшей сестры с Энджи. Рядом с ней стояла социальный работник — женщина среднего возраста по имени Мари.

— Я очень сожалею о вашей утрате, — пробормотала Джорджия, обращаясь к Шарин. — Я знала Энджи.

Она не кривила душой. Гибель молодой женщины, оставившей сиротой ребенка, была настоящей причиной для горя и печали, независимо от того, какой характер был у покойной при жизни.

— Очередная потеря, — пробормотала Шарин, глядя на Уила, который держался предельно вежливо, стараясь не обращать внимания на явную ее враждебность.

Мари, заговорив, разрядила ситуацию, и Джорджия вошла вместе с Уилом в дом. В прихожей выстроилась в ряд обувь детских размеров, к стене была прислонена коляска, на вешалке висели маленькие куртки. Эта картина напомнила Джорджии дома ее старших сестер.

Мари провела ее и Уила в гостиную, где царили чистота и порядок, если не считать разбросанных по полу игрушек. В центре комнаты был установлен детский манеж из дерева.

— Шарин сказала, что маленькая Нина только что проснулась и сейчас играет со своими кузенами, — сказала Мари, указывая на манеж.

Джорджия увидела темноволосую девочку в розовом хлопковом комбинезончике. Она сидела в манеже и заразительно смеялась, демонстрируя четыре крошечных зуба — два на верхней челюсти и два на нижней, а мальчик лет шести тряс перед ней пушистым игрушечным кроликом. Нина в восторге размахивала ручками, пытаясь ухватить игрушку. Еще один мальчик, помладше, стоял возле манежа, держась за него.